Чтение онлайн

Она делает попытку захлопнуть дверь.

– Постойте, – говорит он, просовывая ногу в щель.

– Что вам надо? Его нет дома. – Почему-то ей не хочется, чтобы он произнес вслух имя ее супруга.

– Я не знал, что вы не в курсе. – Несколько мгновений они смотрят друг другу в глаза. – Он сказал мне, что вы все знаете.

Она молчит, лишившись дара речи.

– Я принес вам кое-что, – продолжает он. – Я снова занимаюсь доставкой.

– Где вы пропадали?

Вместо ответа он протягивает ей посылку.

– Вы были в Венеции? – Нелла забирает у него посылку с узнаваемым знаком солнца, нарисованным чернилами. На этот раз она размером поменьше.

– Я должен его увидеть, – говорит Джек.

– Его нет, – повторяет она. К ее изумлению, Джек протискивается мимо нее в прихожую и начинает прохаживаться по мраморному полу.

– Миниатюрист… Вы знаете, кто он? – спрашивает она.

Джек поворачивается к ней с холодной улыбкой.

– А вы не знаете? – отвечает он вопросом на вопрос. Из кухни выбегает Корнелия с закатанными рукавами, с раскрасневшимся от жара лицом.

– Ты! – вырывается у служанки.

Джек поворачивается к ней и раскидывает руки в стороны.

– Я.

– Убирайся! – Корнелия подходит вплотную и отвешивает ему пощечину.

– Не надо… – Слова застревают у Неллы в горле, а тем временем Джек прижимает служанку к стене.

– Вы все считаете, что вы вправе… я еще не забыл твоих слов.

– Я могу их повторить, – бросает она с вызовом. – Ты должен был держаться подальше.

– Он меня преследовал. – Ударом колена под ребра Джек отправляет Корнелию на пол, а пальцы жестко стиснули горло, так что она не может даже пикнуть. – А теперь, значит, меня можно выбросить за ненадобностью.

– Отто! – Нелла повторяет его имя как заклинание, в ужасе глядя на застывшую фигурку на полу, которую легко принять за мертвую. Ее собственное тело сделалось невесомым, а сердце величиной с горошину. Уронив посылку, она бросается к Корнелии, чьи юбки сбились в кучу, а чепчик отлетел в сторону. Джек преграждает ей дорогу, его проницательные глаза поблескивают в отблесках свечи.

– С ней все в порядке. Просто задохнулась. Набросилась на меня и получила в ответ.

На лестнице появилась Марин.

– Что здесь происходит? Почему парадная дверь открыта?

Джек широким жестом распахивает руки. Он так хорош собой, так необуздан, что Нелла не в силах оторвать от него глаз. Джек встречает хозяйку дома смехом. А Марин, шагнув вперед, понимает, что его раскованное поведение объясняется не столько уверенностью в себе, сколько нервозностью. Она замечает у него в руке длинный узкий кинжал. С вызовом выдержав ее взгляд, он вдруг вспарывает кинжалом висящую на стене картину. Цветы и насекомые вываливаются, как из открытой раны, неуклюже повисают отдельные лепестки. Между тем Корнелия издает пугающий стон.

– Это не ваша картина! – Неллу пугает ее собственный визгливый голос. Нет бы сказать то же самое твердо, полубезразличным тоном. Она прикусывает губу. «Где же Отто? И почему Марин стоит как истукан? Не могу же я справиться с этим в одиночку».

Наконец прозвучал голос Марин, громкий и уверенный. Она сошла вниз, и Нелла сразу почувствовала облегчение.

– Джек Филипс, сколько раз я должна это повторять?

Джек с удивлением оборачивается, рука с кинжалом повисает вдоль тела. А Марин остановилась, сложив пальцы на животе.

– За хорошую цену твой брат оттрахал бы и собаку, – с вызовом бросает ей Джек.

Корнелия издала очередной стон, а Марин молчит. Джек начинает снова прохаживаться.

– Очень может быть, – наконец выдавливает Марин.

Корнелия тяжело дышит. Нелла окликает Отто, призывая его на помощь.

– Поговаривают, что он окучивает тебя, Марин Брандт. – Джек смерил хозяйку дома пристальным взглядом. – Больше-то некому.

– Старая шутка, Джек, – отвечает ему Марин. – Давно уже не смешно.

Джек поднимает кинжал, готовый распороть еще одну картину.

– Брось ты его. – Ее слова разносит эхо по огромному холлу. Но Джек лишь крепче сжимает рукоять. – Не дури. Какой же ты все-таки дурак, Джек. Я ведь тебя предупреждала, разве нет?

– Где он?

– Как обычно, в деловой поездке. – После короткой паузы Марин спрашивает: – Сколько тебе нужно?

– Я не прошу денег. Мы…

Марин, зажмурясь, делает глубокий вдох.

– Подойди ко мне, Джек, – говорит она. – Давай без глупостей. Мы это уже проходили.

Джек колеблется. Держа кинжал наготове, он переводит взгляд с картины на скрюченную фигурку на полу, потом на Неллу. К изумлению последней, он подходит к Марин, которая спокойно ждет. И тут же получает затрещину. Он хнычет, схватившись за лицо.

– Ты напал на мою служанку, – назидательно поясняет она. А он таращится на нее, по-прежнему не выпуская из рук оружие. – Какой же ты слабак.

– Марин… – открывает рот Нелла. Она так надеялась, что золовка возьмет ситуацию под контроль, вместо того чтобы нагнетать еще больше, но у той, похоже, лопнуло терпение. Марин захлопывает входную дверь. Все оборачиваются на стук, понимая, что отрезаны теперь от внешнего мира.

– Мой брат слишком щедр. – Марин указывает на оружие. – Это он тебе подарил? Кинжал моего отца.

Джек продолжает пялиться на нее.

– Ты…

– Умей вовремя остановиться, – говорит она. – Ты зашел слишком далеко.

Они долго глядят друг на друга. Потом Марин достает смятые купюры и, отсчитав двадцать гульденов, сует их Джеку в нагрудный карман. Тот молча смотрит на торчащие бумажки.

– Оставь моего брата в покое.

Вдруг Джек выдергивает купюры, и они веером ложатся на пол. А он силой привлекает ее к себе и зажимает ей рот поцелуем.

– Вы что? – вырывается у Неллы. – Не надо…

Поцелуй затягивается, а Марин машет рукой невестке, мол, не вмешивайся. Она как будто хочет ей сказать: раз уж это неизбежно, пусть само закончится. Она вся поджалась, шея окаменела, руки повисли вдоль туловища, а поцелуй уже длится вечность. Она не сопротивляется, его это только подстегнет. А у Джека подрагивают плечи, как будто его душат рыдания.

Нелла боковым зрением поймала Отто, выходящего из погреба, где он, по всей видимости, что-то заготовлял к возвращению хозяина. Увидев картину насильного объятья, он ускоряет шаг.