Чтение онлайн

Вечер стремительно приблизился. Точно также как и тогда, когда Федор следил за обстановкой в трехэтажке. Только вчера все было иначе. Самое интересное, ведь как-то же миновали те головорезы, оставленные ловушки. Сигнализаторы, обтянутые капроновой проволокой на первом этаже и торчавший, топор, где по задумке неприятель, наступив и сорвав проволоку, должен был поймать его острый конец между ног.

Они очутились у очередного тупика.

– Куда ты нас привел? – перепугалась Катя.

Асфальт давно расслоился и пришел в негодное состояние, как и та машина, что была брошена хозяином, который либо уже мертв, либо бог пойми где. Передние штампованные колеса были обезображены, видимо кто-то очень сильно надругался, а сама морда машины была в прямом смысле голой, как и само девятиэтажное убежище, давно потерявшее стекла в окнах. Словно мародеры решили отпраздновать это беззаконием.

– Ждите здесь, я мигом – у самого входа проговорил парень и растворился в аптечном доме.

Федор с Катей прислонились к кузову «шкоды октавии» и притаились, ожидая любого сюрприза, и не исключено, что могли выйти мертвецы или он их, все-таки, привел в западню.

– Федя…

– Тихо – коротко отозвался Федор и на всякий случай перепроверил магазин ПМ, из которого давно хотел застрелиться. Восемь патронов и еще пару магазинов в нагрудном кармане. Не очень-то арсенал.

Девушка отвернулась, будто она как маленькая обиделась. Федор хотел было до нее дотронуться, но понял, почему она так притаилась. Катя услышала шорох раньше и уже навострила нож, ожидая, очевидно, мертвецов, которые не шумели привычным воплем. Но почему нет запаха?

Однако это оказалась стая из шести разных пород собак. Животные сразу же выстроились в полукруг, перекрыв пути к отступлению и пуская слюни от предвкушения свежего человеческого мяса. Их темно-красные зрачки злобно смотрели то на девушку, как на ближнюю цель, то на Федора, застывшего с ПМ в руках, ругая себя, что АПБ в походной сумке. Федор испуганно прицелился в крупно-шерстную собаку, но выстрелить не решался, потому что ему никак не одолеть их всех разом и они загрызут все равно ее. Что же делать?

Сердце долбилось со страшной силой, выделяя больше и больше адреналина, на который собаки залаяли по очереди, словно совещались между собой, кто первым нападет. Нет. Они явно не уйдут. Первая темным окрасом псина прогнулась мускулистым телом, отдав всю силу в могучие лапы, и вот…она сейчас прыгнет и конец. Собаки хором зарычали так, что, аж, ушные раковины напряглись до предела. По телу пробежались мурашки, а сердце екнуло у девушки так, что в пятки дало. Рев стоял такой, что без сомнения за считанные минуты сюда сойдутся все местные кожееды и сожрут собак, если у тех не хватит мозгов убежать, и естественно, Федора с Катей, а Максим, скорее всего, сбежит и окончится путешествие. Однако спасительная невидимая пуля просверлила голову, и первая черная туша хлопнулась боком перед собратьями. Остальные пять беззащитно струсили, и пропала вся та храбрость собак, которые заскулили как щенята, но пули настигли их, прежде чем те бросились в бегство. Это сделал Максим, умело обращавшийся родным, русского происхождения, автоматом Калашникова модифицированным с глушителем, напугано посмотрев на Катю. В эту же секунду она со слезами бросилась в объятия к парню и не громко заплакала. Максим одарил её взаимным объятием свободной руки и сам прикрыл глаза, ощутив на себе вину, что оставил их одних.

– Спасибо – простонала она, сквозь грудь Максима.

Федор перевел дыхание, озлобленно покосившись на груду мяса, а под ними тем временем уже организовались растекающиеся ручейки крови, создавая одно общее озеро, и поднялся с колен:

– Нашел, что искал!?

– Я надеюсь, после этого ты начнешь мне доверять – улыбнулся парень, застегнув молнию куртки на девушке, которая переборола свои эмоции, отстранившись от человека, которого она знала всего лишь какие-то пять минут.

– Впрочем, мы уже пришли – указал он рукой на этот самый дом, возле которого и произошла данная заварушка. Обшарпанная многоэтажка, затемнённые окна, полные смерти и та таинственная молчаливость стен, где когда-то бурлила жизнь, а теперь это всего лишь олицетворение настоящего ада.

Федор, кстати, помог тогда найти Екатерине тетушку. По пути они часто натыкались на мертвецов, но от них Федор умело уходил, объезжая памятники машин, автобусов, некогда ходивших по регулярным маршрутам. Было такое, когда он выходил и расчищал дорогу холодным оружием, одному из кожеедов Федор так сильно вогнал нож, что и пришлось оставить в раздробленной черепушке.

Позднее добрались до загородного домика и нашли худенькую пожилую женщину по имени Аня – тетю Кати, которую мертвецы так и не настигли и не вторглись по ее душу. Правда, умерла она, к сожалению, от остановки сердца ранним утром спустя неделю, когда Федор проходил комнату, вернее прохожую, где она сидела с открытым ртом и глазами, изливаясь последним желанием вцепиться в живое мясо. Она вернулась другой. Уже не тетей Аней. Ее лицо наполнилось мраком, а изо рта фонтаном потекла густая слизь вперемежку с кровью. Несмотря на возраст и давнюю до смерти боль в суставах, она со скрежетом по всему телу вскочила и завопила, хлопая челюстью. Катя увидела, как Федор убил ее. Ее поразил шок. Она молчала, замкнулась в себе, но при этом не теряла рассудка.

Через час Федор похоронил тетушку Аню за домом, неподалеку от огорода, где раньше цвела картошка, морковь, свекла. Земля была достаточно мягкой, потому выкопать яму удалось просто. Прощание было не долгим, хоть Федор и был там неделю, но он осознал, что она очень добрый и отзывчивый человек и благодаря своим закалкам, он весьма спокойнее отнесся к смерти, ежели, Катя. Она потеряла единственного родного по крови человека, и такую ношу ей пришлось перенести не сладко.

Подъезд оказался в плачевном состоянии: стекла в окнах треснули, побелка с потолка давно обвалилась, а крашенные синей краской стены, вот-вот окажутся голыми. По ступеням они поднялись на второй этаж, и Максим остановился, чтобы перевести дух, а после еще на три и оказались на пятом. Максим дважды провернул замок кожаной двери с номером 40 и распахнул свою крепость. Первым, что бросилось в глаза – это комбинированная дубленка из овчины и различные женские красочные облачения, висевшие в модульной прихожей «Моби Глория».

В квартире оказалось две комнаты, находящиеся с двух противоположных сторон и соединяющий их широкий коридор, стены которого были покрашены в черно-белый стиль и множество картин в черных рамках, дополняющие задумку дизайна.

Екатерина неуютно присела на стул симпатичной черно-рыжей кухни, облокотившись локтями, на округленный стеклянный стол, на поверхности которой стояла прозрачная ваза с искусственными красными розами вплотную к стене, над которой висели две разные картины с прелестным стилем кофеиновых зерен.

Парень по-хозяйски кинулся к огромному буфету до потолка и вытащил три разноцветных кружки, переговариваясь с Федором. Мужчины что-то обсуждали, а Катя отвалилась с разговора и полностью перестала соображать, слушая только бубнящие не вразумительные слова.

– Вода есть – обрадовал Максим, взглянув на девушку, а она уже начинала клевать носом и чуть ли не билась им об столешницу. А прошло то всего пару минут, за которые Федор успел немного узнать обстановку незнакомого района, дойти до которого пришлось ни один десяток километров то по лесу, то по полю. Плюсом Максим еще зигзагами вел по всему городку, словно пытался так сбить след недоброжелателей.

Федор отнес девушку по темноте в крайнюю комнату, где парень постелил на раздвижном кресле перьевую подушку и одеяло из овечьей шерсти, укрыв ее. Максим, говорил, холодно по ночам, а отопление это уже миф. А вода? Ответ простой – колодцы и колонки, откуда чудом до сих пор течет вода, а если что есть река, а там можно через фильтр. Туши собак Максим с Федором занесли в подсобку, которой служила квартира 42, а именно ванная. Со словами: «займусь позже» Максим закрыл металлическую дверь.

Парень угостил армейским сухим пайком и растворимым кофе, подогретое на отдельной газовой плите.

– Как ты остался один? – решил разгрузить молчание Федор.

– На лагерь напали… другие люди. Кажется, как ты их назвал, Федя? Головорезы? Самосудчики! Да! Они напали на лагерь, пока я был на вылазке с товарищем, возвращаясь, услышал выстрелы. Наши их смогли отогнать небольшими потерями или это был сигнал обеда для голодных. Они сошлись на выстрелы и напали на лагерь со всех сторон. Взяли в коробку… с тыла повалили забор и конец. А капитан был ранен. У него болела лодыжка, и он не мог быстро передвигаться, а мне приказал бежать и сказал, что нагонит меня, но когда я остановился чтобы подождать его, увидел, как мертвяки его, вроде, повалили. Дальше я уже не смотрел, не хотел видеть. Ключ от дома у меня всегда был и потому я решил вернуться. И вот так жил один, пока вас не встретил. И то, честно говоря, я хотел вас пропустить мимо ушей, но так получилось, что мое решение изменилось. Понаблюдал за вами и понял, что вы не те гады, а постоянное одиночество…