Чтение онлайн

Я кинулась к Ромке, едва не визжа от восторга.

— Тань?

— Ты даже не представляешь что нашел! Идем к магам. Они должны это увидеть.

Совершенно позабыв о том, что друг все еще прихрамывал на ногу, я спешила к Четверке, дабы поделиться открытием. Меня переполняла гордость и решимость, а еще эгоизм: обо всем должна была рассказать именно я.

— Найдите магов и арда. Пригласите всех в Тихий зал. Срочно! — раздавала я указания, словно всю жизнь командовала придворными.

На входе в очередной поворот я едва не рухнула, когда путь преградил Пушок.

— Рррр!

— Чего рычишь?

— Ахррр! — зверь молотил хвостом по полу и метался туда-сюда.

— Говори уже! Умеешь!

— Гррр!

— Ой, все, брысь! Мне надо идти.

Драхэнд встал на задние лапы и оскалился.

— Да что случилось-то?

— Ложь! — выдавил дракон.

— Какая ложь? Где? Меня кто-то хочет обмануть? Хорошо, спасибо друг, учту.

— Ложь!

— Да поняла я.

Пушок закашлялся, подавившись словом, и упустил момент. Я прошмыгнула мимо него и почти бегом бросилась к Тихому залу.

— Виуррр… — послышалось за спиной.

— Некогда мне болтать с тобой, — сказала сама себе. — Кажется, я впервые знаю, что делать.

— Когда кажется, креститься надо, — вставил словцо догнавший меня Рома. — Так бабушка говорила.

— Знаешь, какая надпись красовалась на двери моей комнаты?

— ???

— Не влезай — убьет!

— Так я это…

— Я предупредила.

Тихий зал умел хранить тайны. А еще исключал любые магические стычки в случае, если обсуждение чего-то важного выходило за пределы переговоров. Но был у него еще один секрет: он не позволял людям врать. Знающие об этом умело подбирали слова либо увиливали от ответов, а вот непосвященные зачастую терялись, когда мозг диктовал одно, а язык говорил совершенно другое.

Вот только водить особо провинившихся в зал на допросы запрещалось. По причине все тех же тайн, впитанных стенами. Мало ли у кого хватит ума «достать» из хранилища нечто важное, обойдя запрет на магию.

Все знали: когда речь шла о сборе в Тихом зале, это значило, что вопрос и правда требовал обсуждения на самом высоком уровне. Но в этот раз собирала всех ардера. И это больше напоминало игру «угадай, что у меня в кармане?» — варианты поводов стремились к бесконечности. Отложив все дела, я направился в означенное место. Заинтересованные взгляды магов, уже ожидавших последнего из приглашенных (то есть меня), подтверждали догадку: ни Четверка, ни Тьеш, ни Ворхлах понятия не имели, что происходит.

Я нарочито громко захлопнул двери, давая понять собравшимся, что можно начинать. Таня вышла на середину. Ее волнение чувствовалось издалека, однако совершенно не вызывало плохого предчувствия. Верховный маг вуоргов привычно крутил в руке посох с резным набалдашником и изредка бросал нетерпеливый взгляд из-под кустистых бровей то на девушку, то на ее загадочного друга. Алн казался каменно спокойным, но я-то знал, что это напускное. Внутри он сгорал от любопытства. Собственно, как и все.

— Кхм… с чего бы начать? — Таня сжала руки перед собой и закусила губу.

— С главного, — подсказал Белый маг.

— Хорошая идея. Я знаю, как закончить войну.

— Неожиданно, — подался вперед маг Огня.

— Мы слушаем, — буркнул Ворхлах.

— Рома нашел пророчество.

— Вот так взял — и нашел? Все ходили мимо, а он второй день в Ал’Вааре — и сразу такой улов? — Нотки недоверия делали голос Синего резким и скрипучим.

Девушка уперла руки в бока и сделала шаг в сторону мага Воды:

— У вас есть повод не верить Хранителю?

— У меня нет причин ему верить.

— И тем не менее, только он смог разглядеть свечение от свитка, лежащего не один десяток лет под самым потолком Дома Знаний.

— И каким же цветом светился пергамент?

— Золотым, — поднялся Рома.

— Цвет архимага Зоррхейна! — шепоток вспорхнул, словно испуганная птица и рассыпался.

— Послушайте, я сам не в восторге от того, что моя прапрабабка Лиссарра оказалась не такой уж чокнутой, как все думали. Да еще и наградила мою бабушку, а та — меня этой… — он потряс в воздухе амулетом и выругался на непонятном языке.

— Ром! Молчи, — шикнула на него Таня. — Просто слушай и отвечай на вопросы, если понадобится.

Парень тяжело выдохнул, но все же сел на место.

— Итак, в пророчестве сказано, что Первых остановит то, что сильнее Азлириана в сто раз. Лично я склонна считать, что речь идет об Арьдерионе, — тонкий пальчик четко указал на медальон, хотя головы ардера не повернула. — Что скажете?

— До сих пор считалось, что Азлириан — самый сильный артефакт нашего мира, — взял слово доселе молчавший Тьеш. — Я очень сомневаюсь, что Арьдерион превосходит его по Силе хотя бы в два раза.

— Хорошо. Ваша версия? — вздернула подбородок девушка.

— Могу предположить, что в пророчестве упомянут Леггрен. Все таки, Сила лесов Асмэйна — самая древняя и самая могущественная из всех природных Сил Ал’Ваара.

— Соглашусь с Тьешем, — заговорил я. — Не зря же Первые хотели уничтожить и Леггрен, и Ансиэль. Возможно, их цель не разрушить магию алнов, а избавиться от того, что может укротить расу драконов.

— Но почему тогда знание открылось именно Хранителю Арьдериона? Почему Зоррхейн завещал это пророчество только своему наследнику? — Ворхлах пустился в рассуждения, активно жестикулируя рукой. — Ведь если допустить, что загадка касается Леггрена, то Ансиэль должна знать об этом хоть что-то! Но дитя молчит вот уже вторую тысячу лет, хотя могла бы предотвратить войну задолго до возвращения Силы Первых. Я на стороне ардеры, — заключил старик и умолк так резко, словно провалился в сон.

— А что вы на меня смотрите? — встрепенулся Хранитель. — Я вообще потерпевшая сторона! Мне еще, судя по всему, драконов ваших укрощать.

— Рома!!! — зашипела Таня и взглядом заставила парня замолчать.

— Я за версию ардеры, — поднял руку Серый маг.

— Поддерживаю, — присоединился Белый.

Маг Воды прошелся по залу, остановился около меня и объявил:

— Леггрен.

— Леггрен, — поддержал маг Огня.

— Что ж… Четыре против четырех. Но выбрать нужно одно. И это сделает девятый человек в этой комнате.