Чтение онлайн

— Дальше будет завтра, — про себя подумал мальчик, — а сегодня — сегодня.

Первым же делом Владимир направился к Валену. Наконец он мог узнать о его успехах. Поскольку сейчас было утро, то логично предположить, что они наверняка занимаются с мастером боя. Владимир с радостью в сердце устремился туда. Он не ошибся. За время его отсутствия за Валена основательно взялись. Первым делом, как и самого Владимира, стали обучать медитации. Правда, по другой схеме, более упрощенной и сокращенной. Упор делался в основном на практику. Никаких «осознаний заблуждений». Возможно из-за того, — предположил Владимир, — что Вален не обладает даже искрой магии. Мин Дао начал обучение юнги с уже известных Владимиру трех способах медитации. В некотором сравнении их обучения были идентичны. Задумкой Мастера было пробудить в Валене «ценное» явление, понимаемое лишь инстинктивно, мистически, что позволило бы ему стать причастным к «великому учению Пути». По этой причине медитация больше носила характер образующего идеала и начала, без которых дальнейшее обучение было невозможно. Другими словами, она должна было помочь ему найти «единичное бытиё во всём». В отличие от Омара, — по словам Валена, — Мин Дао отдавал предпочтение внутренней подготовке воина, чем внешним физическим данным. Решающим фактором в деле была выработка силы духа. Настоящий воин должен развить в себе психически уравновешенное состояние для исполнения своих основных, военных функций. Сами же тренировки в фехтовании, стрельбе и т. д. выступали как репетиции собственно боевых действий. Следующим важным этапом, из слов Мин Дао, станет изучение техники «медитация в движении».

Владимир в смущении и с радостью вернулся в свою келью. Смущало то, что он раньше считал, что настоящее владение оружием, это только физическая форма и умение им ловко владеть. А оказалось, это не так. Здесь зеленый мастер видел целую философию, причем свою, не похожую на философию Жан Дао. Как все запутано, но видя мастерство Мин Дао, Владимир ни на секунду не сомневался в истинности учения. Радостным было то, что зеленый мастер прямо сказал, что ему поручено малость подучить Владимира. После этих слов Владимир просто сиял как начищенная до блеска монета. Слова наставника о том, что об отдыхе можно забыть, начинали осуществляться и это несмотря на все предстоящие трудности — радовало.

— Магидов, Магидов, — шептал про себя Артем. Почему ты здесь?! А не у себя дома! В теплой квартирке, на мягком диванчике с холодной бутылочкой пивка и сушеной рыбкой перед «ящиком». Артем насколько реально представил эту волшебную картину из своего прошлого, что у него помутилось сознание. Возвращаться в реальность не хотелось. Лучше вот так стоять и мечтать. Но долго мечтать не получилось, голодный желудок резким спазмом напомнил о себе. Приступ был насколько сильным, что Магидова скрутило. Полежав несколько минут, он дождался пока боль притупилась. Виной, наверное, та травка, которая с голодухи казалась очень даже съедобной. Нечего пихать в рот все, что кажется более-менее приглядным. Если кажется — креститься надо, — вспомнилось из уже прошлой жизни, к которой не вернуться, как ни мечтай.

— Ничего, — произнес Магидов, — если за сутки не откинул копыта, значит выживу. Тут же в голову закралась гаденькая мыслишка: «Вот, Магидов, уже и с собой начал разговаривать, как ни крути, а первые признаки шизофрении налицо!» Оно и не удивительно, третьи сутки, как он ушел на поиски Герасима. В первый же день он уничтожил оставшиеся запасы еды и воды, а мог бы растянуть на неделю. Нет, не смог, их и так было мало, да и за неделю оно все испортилось бы, холодильника для хранения в джунглях нету. И как раньше его предки хранили пищу? Надо было лучше учить историю. Знал бы — учил бы. Нее, — в тот же миг подумал Артем, — знал бы, не вернулся бы тогда обратно к бабке, костяной ноге, будь она не ладна. Чего раскис! Прошлого уже не вернуть, надо жить тем, что есть. Во-первых, эксперименты с травками надо прекращать, так не долго и копыта откинуть. Во-вторых, надо раздобыть воду, а для этого есть два надежный источника — дождь и хваленные Герасимом кокосовые орехи. Первого и второго здесь в переизбытке, вопрос заключается только в том, как их достать. На пальму влезть не получилось, по видимому еще не вошел в ту стадию психического расстройства, когда считаешь себя обезьяной, птицей или, на худой конец, Винни-пухом на воздушном шарике. А вот с дождем даже очень хорошо все выходило — раскрывай рот и лови капли, в этом деле главное, чтоб какой-нибудь паразит на лету в рот не нагадил. Если с питьем еще полбеды, то с едой получалась полная лажа. Надо искать то, что точно будет съедобно — живность! Но как изловчиться ее поймать, живность она на мои добрые уговоры и голодные глаза не ведется. Пробовал кидать в нее кинжал — еле единственное оружие потом нашел. Да и живность иногда попадается какая-то подозрительная, демонстрирующая такой же голодно-притягивающий взгляд — и не знаешь наперед, кто еще кем перекусит. Спасало лишь то что Магидов по меркам хищников выглядел не аппетитно или пока попадались сытые животные. Так долго продолжаться не могло, надо и по поводу своей защиты что-нибудь сообразить. Первое, что пришло в голову — дубинка, но ее Магидов откинул сразу. В его случае дубинка, это скорее оружие нападения, чем обороны. Ему необходимо хищников держать на расстоянии. Копье!!! Да. Это было то, что ему и нужно. Не медля больше ни секунды, Артем начал поиски нужного древка. Сегодня был его день! Подходящее древко нашлось после десяти минут поиска, но оставалась одна трудность, которую поначалу Артем проигнорировал — древко еще росло из земли. Магидов на радостях успешного поиска кинулся его ломать, даже не обратив внимание на то, что вокруг предмета его поисков десятиметровая пустота. Каким же было его удивление, когда хворостина вырвалась у него из рук, и в ответ хлестнула его со всей дури, доступной растению, прямо по лбу. В Артема аж в голове загудело и он потерял сознание. Очнулся в очередной раз с огромной шишкой и жуткой головной болью. Вот везет же, как утопленнику. Но если Артем думал, что это самое плохое, что с ним могло случиться — он ошибался. Магидов не мог пошевельнуться, корни так называемой хворостины вылезли из-под земли, и плотно окутали его. Вот незадача. Осмотревшись вокруг, Артем стал замечать небольшие холмики земли — могилки, первое, что пришло в голову. Дерево оказалось хищником. Вот блин, накаркал — подумал Артем. Попытки вырваться ни к чему не приводили, корни лишь сильнее его обвивали. Потом корни стали проникать в него. Артем завопил. Продвижение корней прекратилось, как будто дерево упивалось болью человека. Дерево — энергетический вампир, он такого даже в ужастиках по телику не видел, а уж на себе испытать и не мечтал. В подтверждение его мыслей, дерево снова сделало больно Магидову. Артем закричал и начал впадать в панику. Его крики и боль лишь оттягивали момент смерти, а не саму смерть. Это Артем понял, как дважды два. Оставалась одна ниточка, ниточка надежды, на ту чушь, что нес Герасим, насчет его магических способностей. Надо поверить в себя, что он все может, если есть в этом мире гоблины, орки и другая непонятная хрень, значит есть и магия. Вот эта живая злобная деревяшка тому подтверждение. Будь что будет. Хуже уже точно не будет. Хочешь моей боли — получи. Магидов как будто сжал всю свою боль в комок и отпустил. В глазах на миг потемнело, но результат принес ожидаемый результат. Как показалось Магидову, дерево, словно губка высосало предложенное и с еще большей силой потребовало добавки. Артема скрутило и всего пронзило корнями. Если он пока жив, значит, не пострадали основные органы, возможно потому, что жуткое дерево-убийца пытается использовать его по максимуму.

— Хочешь боли, так подавись, гнида! — выкрикнул Артема.

Словно поняв смысл его крика, дерево в предвкушении зашумело листвой. И Магидов дал. Неосознанно он понял, причину первого неуспеха. Он собрал всю свою боль, унижение, горести, но их было недостаточно, чтобы насытить хищника и Тема потянулся в поисках вокруг себя. Силы печали и боли захлестнула его. Она была разлита вокруг, особенно много возле самого дерева-хищника, где погибло не одно живое существо. Силой воли он не дал себе утонуть в этой боли, потерять свое я. Понемногу, по чуть-чуть, он стал собирать все доступное, все то, к чему он смог дотянуться, в одно целое, в один комок. Мир вокруг посерел, словно потерял краски жизни, или это показалось Магидову. Но в этот момент, Артему было не до этого. Хищник радостно зашелестел листвой и обвил стеблем Магидова, словно любовница руками, чтобы побольше вытянуть драгоценной пищи. Похоже, у дерева, если оно есть, лопнуло терпение, и оно, не дожидаясь никаких пригласительных разрешений, накинулось жадно на пищу. Дерево выкачивало темную энергию, но ее количество не уменьшалось, а наоборот росло. Дерево впервые за много сотни лет насытилось до предела и словно с неохотой прекратило тянуть энергию. Выкачивать-то оно прекратило, но Артем не прекратил отдавать, сквозь себя, а дальше по проникшим корням он всей доступной силой вливал и вливал, с каждой секундой все больше и больше. Словно совершенствуя свое умение, познавая новые способности. Хищник возмутился, если это можно было так назвать, и попытался приструнить Магидова, сделав ему еще больней. Но разве могла жалкая боль по меркам испытуемых Артемом мучений, принести какой-нибудь результат. Даже убив Магидова, начавшийся процесс уже нельзя было остановить. Осознав это, дерево потянуло корни обратно. Но и Артем интуитивно чувствовал, что если он не освободится от накачанной энергии, его просто разорвет от ее переизбытка, и он в спешке, в один миг отдал все накопленное. На этот раз действительно все посерело, на глазах Магидова джунгли вокруг стали увядать и сохнуть, да и его кожа прямо на глазах стала стареть, ссыхаться. Дереву-хищнику досталось больше всего. Оно изгибалось, хлестало вокруг, но ничего не смогло сделать — кровожадная гадина погибала. Погибало, и, словно осознавая это, решило унести с собой источник своей смерти — Артема. В критически важные для жизни минуты, восприятие окружающего у людей сильно обостряется, и сейчас Магидов четко понял намерения своего захватчика. Не давая совершить задуманное хищником, Артем непонятным образом разорвал стянувшие тенета и протянул руки. Руки почему-то серые, так вечерние сумерки, схватили стебель и сломали. Пришло осознание — выжил, и, не осознавая, зачем он делает Артем сломал стебель еще в одном месте, как раз так, что получилось замечательное древко. И сделал то, что уже вошло в привычку — потерял сознание.

Очнулся Магидов, как всегда, от боли. Больно — значит еще жив, — вспомнил Тема фразу. Вчера, или когда это было, неизвестно, сколько он провалялся без сознания, он практически погиб. Живой, но какой ценой. Вспомнив, что творилось с его кожей, как она старела и увядала на глазах, он встрепенулся. Наверное, сейчас выглядит, как глубокий старик. Осмотр тела порадовал и в тоже время огорчил. Он остался таким, как и раньше — молодым человеком тридцати лет. Все было бы замечательно, если бы не цвет кожи. Вместо бывшего нежно-розового оттенка холеной кожи, ну, по крайней мере в тех нежных местах, которые были защищены от жестокой реалии джунглей, она потемнела, стала сероватого оттенка. Но больше всего пугали нарывы, возникшие в местах проникновения корней. Да и остатки корней торчали из его тела. Артем быстро повыдергивал все, что мог, но что-то ему подсказывало, что много частиц и частей от корней остались в самом теле, и их можно удалить только при хирургическом вмешательстве, которое ему не видать в этой глуши. Влип так влип. Главное не сдохнуть теперь от заражения кожи, а то будет как-то обидно, — подумал Артем. Желудок резко скрутило — организм уже требовал пищи. Сейчас, сейчас, — прошептал Магидов, — вот злополучное копье сделаю и схожу, поохочусь. Главное, второй раз не попадись, — всплыла гаденькая мыслишка. Да уж, второго раза он точно не выдержит. Магидов собрал обрывки корней и полученный кровью и потом стебель. Взяв более тонкую часть древка, Артем попытался ровно посередине сделать надрез, чтобы туда потом вставить острый камень или кинжал. Но все напрасно, дерево оказалось насколько крепкое, что час работы ничего не принес, лишь негативный результат — окончательно затупился нож. Сломать древко таким образом, чтобы получился острый край — тоже не получилось. Любые попытки Магидова хоть как-то заострить новоявленное копье ни к чему не привели. Хорошо, что он догадался тогда сломать в двух местах, но почему не догадался, блин, сломать второй раз под углом. Хотелось жрать, именно жрать, что угодно или кого угодно. Магидов осмотрелся, в поисках чего ни будь съедобного — хоть бегающего или ползающего. Но до таких крайностей не пришлось опускаться, судьба преподнесла щедрый подарок — гнездо какой-то птицы. Наверное, птицы, воруя яйца из гнезда Магидову было не до идентификации владельца гнезда. Блаженство. После обильного чревоугодия даже боль притупилась. Надо было поджарить, — подумалось Артему, — было бы вкуснее и безопасней. Но на чем, — как отрицание пришла вторая мысль. Еще бы попить, — подумал Магидов и, прихватив полученную палку-копье и затупленный кинжал, Тема отправился на поиски кокосов.

Кокосовую пальму удалость вскоре найти. Еще оставалось на нее влезть. Влезть никак не получалось, Артем беспомощно обхватывал стебель пальмы, не в состоянии даже пролезть вверх пару метров. Оставленные растением-хищником раны жгли огнем, да и общая слабость привносила свою лепту. От отчаяния Артем зарядил палкой-шестом по пальме. При столкновении палка посерела и прошла сквозь пальму. Не почувствовав никакого сопротивления с деревом, Магидов потянулся вслед за палкой и шлепнулся. И хорошо, что шлепнулся, так как пальма завалилась на то место, где он стоял раньше.

— Вот те на, — вырвалось у Магидова, — меч-самосек.

Но, осмотрев пальму, он понял, что это не так. На месте удара ствол дерева попросту иструхлявел. Артем, аж остолбенел от своей догадки. Чтобы подтвердить свое предположение, он ткнул палкой в другое место пальмы, дерево распалось на две части.

— Отлично, — про себя произнес Магидов, — да это топор для лентяев, такая себе палочка-выручалочка, магический посох, то есть как раз для меня. Не придется мучиться с раскалыванием орехов.

Но как всегда Артем ошибся, помучиться все-таки пришлось — от малейшего прикосновения, орех распадался трухой. От бессилия Магидов отбросил выручалочку. Палка ударилась об соседнее дерево и отлетела, не причинив тому ни малейшего ущерба.

— Так-так, — подумал Артем, — значит, палка работает, только когда находится в моих руках. Взяв выручалочку, так про себя решил ее называть Магидов, он, выбросив все мысли их головы, просто ударил соседнее дерево — ничего не произошло.

— Ага, — обрадовался Тема, — и ударил с мыслью причинить вред. Магидов еле успел отскочить от падающего на него дерева.

— Я понял тебя, — словно живому существу, сказал палке Магидов. И про себя подумал: «Все, крыша поехала окончательно, уже с палками разговариваю».

После десятка испорченных орехов, Артем, неожиданно для себя добился первого желаемого результата — небольшой протрухлевшей дырочки в скорлупе, которую потом можно было легко проткнул кинжалом. Наконец он смог насладиться кокосовым молоком. Еще пару раз поэкспериментировав, Тема понял, что выручалочка работает на определенном расстоянии, и величина этого расстояния измеряется желанием причинить определенную величину вреда. Напившись до не хочу, Магидов с чувством выполненного долга завалился спать.

Нормально отоспаться не удалось. Всю ночь снились кошмары — что он окружен сотней деревьев-убийц, и они тянут к нему свои ветки, корни. Хватают и пытаются задушить, утянуть под землю. После каждого такого сновидения, Артем в поту и с криком просыпался, а раны жгли, как будто они были только что получены.

День прошел в поисках Герасима. Артем, ожидая предстоящей ночи и возможных сновидений, — содрогался. Раны еще больше воспалились.

— Вот сейчас бы, — подумалось Артему, — сюда Герасима, он бы вмиг полечил меня своими травами. Но появление полуорка ничего не предвещало, а ночь неустанно приближалась.