Чтение онлайн

Я чувствовала, как Марк колеблется. Конечно — я чуть ли не в обморочном состоянии, Ник злой как сто чертей, — какие уж тут разговоры…

— Не думаю что это хорошая идея… — с сомнением в голосе произнес он.

— Я не спрашивал у тебя насколько она хорошая… — начал было Ник, но так и не договорил. Глубоко вздохнув, словно пытаясь успокоиться, более мирным голосом продолжил, — ничего с ней не случится. Ты же знаешь!

— Знаю, — спокойно согласился Марк. — Хорошо…

— Нет!!! — заорала я, наконец-то вспомнив, что обещала молча больше не протестовать. — Никаких — хорошо. Я с ним не поеду! Марк, он убьет меня.

Кхм… если до этого я думала, что Ник в ярости, то похоже я сильно ошибалась. Теперь от его взгляда, направленного на меня, захотелось собственноручно вырыть себе могилку и поставить в изголовье крестик. А еще можно надпись написать «Здесь покоится самая бестолковая личность из когда-либо живущих» или «Вот куда может привести глупость».

— Не драматизируй. Разговоры еще никого не убивали, — поучительно заметил Горьев.

Смешно… разговоры не убивали, а вот последствия — запросто!

Эрденко перехватил мою руку и потащил в направлении своей машины.

— Отпусти, — зашипела я, стараясь не замечать направленные на нас изумленные взгляды.

Но он, словно не слыша меня, продолжал тянуть к припаркованной почти у самого выезда со стоянки машине. Я пару раз попыталась выдернуть свою руку из железного захвата его пальцев, но поняла, что я ее быстрее оторву, чем смогу это сделать.

— На нас все смотрят, — в гневе процедила я, еле сдерживаясь от желания кинуться на него с кулаками.

— А ты еще поори, смотрю, тебе нравится быть в центре всех сплетен Института, — голос его вибрировал от едва сдерживаемой ярости.

— Да ты… сволочь! — в бессильной злобе выплюнула я, и второй раз за этот день захотелось собственноручно его придушить. — Да как ты можешь такое говорить?!

— Могу, милая, могу, — фальшиво-ласковым голосом произнес он и грубо развернул меня к себе. — Я же насильник!

И, не дожидаясь ответной реплики, буквально впихнул меня в машину, хлопнув дверцей. Я попробовала ее тут же открыть — дудки!

Ник, сев на переднее сиденье, завел машину.

Я же постаралась вжаться в кресло и прикинуться частью интерьера.

Злость и боязнь грядущего дурманящим коктейлем расползались по моим венам. Вообще меня распирало столько противоречий, что я поняла, если сейчас что-нибудь не предприму, то банально не выдержу.

— Куда ты меня везешь? — дрожащим голосом спросила я.

— В одно тихое место, — холодно ответил он.

В тихое… господи, он, что, реально меня убить хочет?! Или нет, убить вряд ли, для этого, наверное, существуют какие-то специальные люди, а вот избить или… А что он там сказал — я же насильник?! От страха пальцы рук заледенели, а по телу прокатилась такая волна всепоглощающего ужаса, что все мысли в раз повылетали из головы. Мне стало тяжело дышать, словно из машины резко исчез весь кислород. Я рванула ручку двери на себя.

— Ирина! — заорал Ник, вывернув руль.

Ну прекрасно — меня сейчас еще и стошнит.

Ник отстегнул ремень безопасности и грубо притянул меня к себе.

— Не трогай меня, — в страхе закричала я.

Ник мои причитания слушать не стал, а просто сильнее сжал в объятиях. Я старалась ударить его, оттолкнуть, но в таком положении это было практически невозможно, и через пару минут я затихла, молча продолжив заливать его рубашку слезами.

… Как вкусно от него пахнет….

— Успокоилась? — спросил Ник, осторожно гладя меня по голове.

— Отпусти… пожалуйста, — простонала я, уже не в силах ни кричать, ни сопротивляться.

— Нет, так дело не пойдет…

— Я… я не скажу… — все еще давясь слезами, глухо проговорила я.

— Все, что можно ты уже сказала… — как-то грустно ответил парень.

— Я уйду из Института…

— Зачем? — удивился он.

— Ладно, не уйду, — быстро согласилась я. — Только не бей… — и снова зашла в рыданиях.

У меня истерика, конкретная неконтролируемая истерика! И остановить ее я уже не могу. После такого выброса адреналина и пережитых эмоциональных всплесков, управлять своими нервами, которые представляли собой сплошное месиво, было невозможно.

Я почувствовала, как парень напрягся, а рука перестала гладить меня по голове.

— Ты думала, что я… — не верящим шепотом выдохнул он.

— Нет, не думала, — быстро сквозь слезы сказала я.

Мало ли что он решит, лучше не нарываться и со всем соглашаться.

— Ирина, — устало и как-то обреченно произнес он. — Во-первых, я не бью девушек, особенно маленьких и глупых. А во-вторых, просто хочу… помнишь, я говорил, как только ты узнаешь у Марианны, так я тебе расскажу?

— Угу…

— Вот и все. Я просто хочу выполнить свое обещание, — ласково произнес парень, прижав меня к себе еще крепче. — Только и всего.

— Хорошо, говори.

— Нет уж, — немного натянуто улыбнулся он. — Давай, ты сначала успокоишься.

— Попробую, — буркнула я и осторожно перелезла на пассажирское сиденье.

У меня нервы ни к черту, зато любопытство, радостно отсидевшись в темном и страшном подвале моего сознания, наконец-то вылезло наружу. Вроде как под солнышком погреться, заодно и меня отвлечь.

Ник протянул мне платок и повернул зеркало заднего вида, затем завел машину. Замки дружно щелкнули, заблокировав двери.

Я с опаской покосилась на маленькую кнопочку у окна.

— На всякий случай, — недовольно произнес Ник, смотря на дорогу.

— Я не хотела… только окно открыть… — все еще немного дрожащим голосом проговорила я.

Ник только головой покачал, как мне показалось обреченно.

Не верит — поняла я. Ну ладно…

Взглянув на свое отражение, я чуть снова не разрыдалась от жалости к себе любимой.

Ну почему во всех фильмах героини так красиво плачут, а я становлюсь похожа на помесь снеговика с огородным чучелом?

Нос распух и покраснел, цвет лица был бледнее обычного, тушь потекла и пейзажными синяками размазалась под глазами, на голове вообще творилось что-то невообразимое, но очень похожее на гнездо какой-то крупной пернатой птички. И как мне теперь из машины выйти в таком, прямо скажем неприглядном гриме пропитого бомжа?

Я покосилась на Ника. Парень вел машину, не обращая на меня внимания. Может, злится еще? Да вроде не похоже… ладно потом разберемся. Платок был белым и явно новеньким. Развернув его, я быстро проверила уголки — вензеля не было. Интересно… вот у Марианны все платки с ее инициалами, я помню, долго над этим хихикала и интересовалась, сама он их вышивала или как.