Чтение онлайн

Клаудия устало потёрла глаза и прислонилась затылком к холодному камню стены. Присутствие Пайпер по большей части нервировало не событиями, которые потянулись за ней, а её неумолимым стремлением вернуться домой. Для Клаудии домом была Омага, но раньше, ещё до Вторжения, — поселение, затерянное в кэргорских равнинах, с извечно недовольной матерью и напоминанием о том, что лучшей жизни не будет.

— Ты просто бездарь!

Клаудия открыла глаза и уставилась в спину Магнуса, настойчиво объясняющего Пайпер, почему её стойка плоха и не годится для принятия удара. Голос его отца, бывший огромным исключением из правил, требовательный, жёсткий, набатом прозвучавший в ушах, излучал недовольство и презрение. Ни следа той родительской любви, что она слышала в голосе матери Магнуса.

Если бы воскрешение было возможно, он обязательно бы попытался вернуть свою маму — Клаудия в этом не сомневалась.

Твари играли с ними, измывались, подбрасывая одну безумную загадку за другой. «Воскрешение невозможно», — упрямо твердила Клаудия, сжимая кулаки и вдавливая ногти в ладони. Это лишь очередная уловка, призванная ослабить Третьего, а следом за ним — их всех.

Чёрта с два эти мерзкие существа смогут сломить их. Скорее Клаудия станет любезнее или позволит какому-нибудь рыцарю-идиоту соблазнить её.

— Песнь стала громче?

Клаудия свела брови. Она не могла определить, за чьей спиной шептался голос мёртвой женщины.

— Громче и яростнее, — ответил другой, мужской. Тоже мёртвый, потому что никто не обратил на его слова внимания, однако Клаудия озиралась, выискивая, на кого отзовётся её проклятие.

— Башня может не выдержать.

— Она и не выдерживает.

Сердце Клаудии забилось в горле. Мёртвые, которых она слышала, не цеплялись за чьи-то плечи. Они словно наполняли собой весь воздух, были вмурованы в каменные стены и таяли вместе с воском свечей. Шёпот лёгкий, как ветер возле крепости Нийи, проносился совсем близко.

— Трещины становятся всё больше, — продолжал женский голос, полный скорби и отчаяния. — Возможно, следует начать уже сейчас?..

— Скверна имеет лицо, и его нужно уничтожить.

— Лишь бы трещины удавалось сдерживать…

Клаудия остановилась. Следуя за голосами, звучащими то тише, то громче, она поднялась и обошла тренировочную площадку по кругу, растолкала группу магов, отдыхавших в углу, даже задержалась возле стойки с оружием, где было не меньше пяти рыцарей. Все без исключения смотрели на неё с опаской, а самые молодые, недавно прибывшие, косились на её чёрные губы, словно за ними она прятала острые клыки тварей и могла воспользоваться ими.

— Клаудия, если ты не хочешь помочь, то лучше уйди.

Магнус улыбался, но уголки его губ нервно подрагивали, словно сохранять беззаботный настрой для него было очень трудно.

— Я слышу голоса, — сказала Клаудия, смотря на рыцаря.

— Ты всегда их слышишь, — вздохнул Магнус.

— Верно, но я слышала кого-то, кто не пытался зацепиться за живых. Я не могу понять, кому близки эти мёртвые.

Магнус нервно рассмеялся.

— А такое возможно?

Никто не знал, даже Третий. Проклятие Клаудии — уникальное и неповторимое. Они даже не знали, спадёт ли оно, если убить породившую её тварь.

— Если бы у нас было больше времени… — жалостливо продолжила женщина.

Клаудия обернулась в сторону, откуда, предположительно, звучал голос. Собеседник женщины ответил из какого-то другого места:

— Прекрати. Хочешь, чтобы другие засомневались?

— Они с самого начала сомневаются, — с нотками обиды произнесла женщина. — Лучше бы им всё сделать правильно, иначе я не знаю, как ещё сдерживать недовольство остальных.

Клаудия остановилось. Те, кто должны были всё сделать правильно, и те, кто были недовольны — разные люди. Осталось лишь понять, кем именно они были.

— Надеюсь, когда-нибудь мы сможем…

Женщина не закончила предложение. Клаудия ждала дольше, чем было нужно, хотя подсознательно уже знала — голоса затихли и вряд ли вернутся.

— Есть новости от Охоты?

Магнус удивлённо вскинул голову, махнул Пайпер, чтобы она подождала ещё немного, и подошёл ближе.

— Что ты слышишь?

— Есть новости от Охоты? — нетерпеливее переспросила она.

— Нет, Третий мне ничего не сообщал. Хотя я знаю одну очень хорошую новость, которая тебе точно понравится.

Клаудии не понравился его тон. Карие глаза Магнуса блестели в предвкушении, словно перед ними открывалась дорога, сулившая не столкновения с тварями, холод и боль, а увлекательное приключение, приправленное интересными знакомствами, непристойными песнями и реками вина — всем, что он любил.

— Не-ет, — протянула Клаудия, когда в её голове мелькнула ужасающая мысль.

— Да-а, — с улыбкой возразил Магнус, оборачиваясь к Пайпер.

— Не смей! — попыталась остановить его девушка, но Магнус, со смехом отмахиваясь от её неуклюжих, но яростных попытках закрыть ему рот, громко спросил:

— Золотце, скажи, как ты относишься к шёлку? Или, может быть, атлас?

Топчущаяся на месте Пайпер удивлённо уставилась на него. Клаудия раздражённо выдохнула, заметив, как две леди из Тоноака, до этого обсуждавшие ограниченную силу некоторых чар, подхватили вопрос Магнуса.

— Атлас географический или держащий небо? — невинно спросила Пайпер, подойдя к ним.

Магнус озадаченно похлопал глазами.

— Что?

— Карта или титан?

На губах Пайпер очень медленно расцветала улыбка. Издевательская. Пожалуй, в это мгновение Клаудия даже немного зауважала её. Но только немного.

— Платье, — кое-как выдавил Магнус, возмущённо вскидывая подбородок. — Вино, песни, танцы. Возможно, парочку поцелуев где-нибудь, где никто не видит. Или даже на глазах у всех. Хочешь поцеловать меня, Золотце?

Уважение Клаудии исчезло, когда Пайпер поперхнулась воздухом, покраснев, и с силой треснула рассмеявшегося Магнуса по плечу. Насколько же наивной нужно быть, чтобы не понимать, что Магнус вовсе не флиртует с ней?

— Брось, — он перехватил кулак девушки и улыбнулся ещё шире. — Разве я не очарователен? Клаудия, милая, скажи, что я очарователен.

Она без промедлений сказала:

— Ты отвратителен.

Магнус остановился, притворно схватившись за сердце, и опустил голову.

Он не забыл, что она только что слышала какие-то незнакомые голоса. Но тренировочный зал не был создан для обсуждений тайн, которые раскрывало её проклятие, и потому он не слишком умело увёл разговор в другое русло — к приближающейся череде праздников. Клаудия бы предпочла, чтобы ей не напоминали об этих шумных гуляниях, во время которых она постоянно следила то за Магнусом, то за Джинном, а иногда даже за Стеллой. Раньше она ещё могла пережить радостное предвкушения Магнуса, обожавшего всякие торжества, и стойко перенести само торжество, но только не теперь. Теперь здесь была Пайпер из какой-то там семьи Сандерсон, и, если уж Магнус заговорил про ткани, это означало, что в ближайшее время Третий отправит к Пайпер слуг, чтобы они сняли с неё мерки, помогли выбрать ткань и создали для неё платье, которое она захотела бы надеть.