Чтение онлайн

– Немного. Знаю, что вас было трое, и один из вас погиб. Его звали Зеркальцев?

– Да.

– Он один справился с десятью роверами? Но ведь это же подвиг!

– Смертельный подвиг. Мы все за ним выходили, - запнувшись, добавил: - Десятый он взорвал после смерти.

– Как?

– Самоликвидация оружия.

Кондратий умолк, не понимая, что сказать.

– От Зеркальцева ничего не осталось, не похоронишь. А рядом с той ямой лежит человек... останки человека, помогшего нам бежать. Её звали Нелюдима, - махнула рукой в сторону Стерёга.

– Может, её закопать?

– Нет, историк, пусть всё здесь останется как есть.

В полной тишине троица подошла к валу и начала спуск вниз по естественной тропе.

– Ну надо же! Ничего не изменилось, всё как тогда, - прокомментировал Филимонов, первым ступив с тропы на дно кратера.
– Посмотри прямо. Обломки видишь? Это наш спидер, его мы самоуничтожили по таймеру. Сразу при отходе из кратера взрывать не стали, чтобы не всполошить спартанцев.

Кондратий глядел во все глаза. Легендарный спидер с бронёй из шёлкосплава! Пусть и разваленный на куски, но по-прежнему невероятно ценный для науки. Все его собратья полторы сотни лет назад были утилизированы в ходе очередного перевооружения Русенты.

– А это видишь?

– Что это за Капитанова палка?

– Это? Это не палка. Это резак. Лазерный. Тоже скопированный с привезённых. Рядом должен быть... Давай в траве поищем. Ага, есть!
– и Филимонов показал Кондратию рассыпавшийся скелет в какой-то драной и замызганной одежонке. У скелета не было головы.

– Один из спартанских шпионов. Алекс его приговорил, а я казнил.

– Слушай, а знаешь что, историк?
– разведчик подошёл к Кондратию вплотную и почти шептал в ухо.
– Даже резак, и тот лежит на своём месте, где мы его бросили. Ты осознаёшь, что это означает?

– Что?
– от обилия новых впечатлений Кондратий растерялся и как будто поглупел.

– Это означает, что людей в кратере и рядом с ним с времён нашего боя не было.

– А это хорошо или плохо?

– Не знаю. Хорошо, наверно. Или плохо. Кто-то ведь должен растолковать нам все странности. А кто это сделает, если мы никого не найдём?

Разведчик и историк уставились друг на друга, поражённые глубокомысленным выводом первого. Сзади раздались тонкие всхлипы. Стерёга, присев на корточки, плакала почти беззвучно, затем, как прорвало, заревела в голос, по-бабьи.

– Алекс нас вытащил из этого Капитанова дерьма. Он спас, вывел нас в Русенту. И потащил с собой этого Ника. Ты! Ты понял, нет? Из-за твоего Капитанова защеканца Алекса убили! Я ненавижу Капитанова мальчишку! И тебя ненавижу!
– слова закончились, остался только долгий рвущий душу плач.

– Ей досталось тогда. И вспоминать всё заново... Не обижайся на Стерёгу, пожалуйста, - разведчик подбодрил Кондратия и, кажется, извинился за гневную тираду жены.

Девушка внезапно унялась, вытерла слёзы и другим, спокойным голосом сказала:

– Простите меня, я дура. Я не могу так думать о Нике. Если бы не он, мы погибли бы ещё в Сильфонте. Он спас нас всех при нападении червей, успел поднять тревогу, пока мы были в отключке. Примчались наши защитнички, - кивок в сторону Филимонова, - и пожгли тварюшек.

– Погодите-ка, погодите!
– оживился Кондратий.
– Вы были в отключке, а Ник поднял тревогу и вызвал на помощь подготовленных бойцов?

– Ну да, так и было.

– Но это же означает, что Ник был способен противостоять ментальным атакам червей!

Новое открытие, новую странность компаньоны встретили по-разному. Кондратий был ошеломлён. Безродный мальчишка с Капитаном забытой базы, не проходя никакого специализированного обучения (а где бы он его мог пройти?), получил от природы (или от того же Капитана) бесценный дар, способность сопротивляться мерзейшим созданиям планеты! Но как это возможно? Капитана ради, как?

На лице Стерёги застыло смешанное выражение. Так бывает с человеком, воспринимавшим нечто как само собой разумеющееся, но вдруг над ним задумывавшимся. Возможно, такое же выражение могли увидеть у героя одной из старых, ещё до первопоселенцев, комедий, удивлённого тем, что всю жизнь говорил прозой.

Лишь Филимонов был спокоен. Естественно, он об этом свойстве Ника знал, причём знал с самого первого боя.

– Алекс по этой причине забрал с собой моего предка?

– Нет. По этой причине мы не прогнали Ника, когда он увязался за нами. К себе в спидер мы посадили мальчишку, потому что он назвался фамилией Алекса.

– Оба-на!
– от переизбытка тайн историк отбросил столичную культуру и перешёл на простецкие выражения фронтира.

Люди возвращались к гравилёту, каждый в своих мыслях.

– С червями там была ещё одна история, - первым заговорил разведчик.
– Вместе со спартанцами был один хиванец...

– Да, я помню, вы сказали, что один хиванец сотрудничал со спартанцами.

– Угу, вот именно. И он натравливал на нас червей.

– Натравливал?!

– Да, он умел ими командовать. Называл это "петь с червями".

– Послушайте, уважаемый Филимонов, есть вещи, в которые я просто не могу поверить. Улей так и не смог до своего разгрома освоить биотехнологии ментального плана. Приручённых червей использовали только на севере, это фракции...

– Да в курсе я, в курсе, - досадливо скривился старик.
– Но это есть факт, уважаемый Каратов. Человек, выглядевший как хиванец, разговаривавший как хиванец, представлявшийся как хиванец и бывший хиванцем, умел управлять червями и организовал с помощью своего умения несколько атак на нашу колонну. В конце концов он проиграл Алексу и мы остались живы. Старший Звара от рождения обладал высоким набором ментальных характеристик, и уступить ему было незазорно. Но сказанное про хиванца это не отменяет.

– Знаете что, Филимонов, - отдышавшись после подъёма на восточный вал, предложил историк.
– Я напишу статью... нет, монографию о вашем выходе и о бое в кратере. Вся Русента должна узнать о том, что здесь произошло.

– Парень, дела разведки в наши дни не в чести. Полиции не понравится, если ты похвалишь нас.

– Плевал я на полицию!
– на самом деле, Кондратий выразился жёстче, по-фронтирному. Но пусть будет "плевал".

– А в тебе что-то есть, парень, - разведчик внимательно оглядел историка с ног до головы, как будто заново его оценивая.
– Хорошо, пусть будет по-твоему, мы со Стерёгой поможем, чем сможем... Что это?
– резкая смена тона заставила спутников вздрогнуть.