Чтение онлайн

– Сам справлюсь, если развяжешь.

То ли спросонья Динеш соображал медленно, то ли его радовал вид моих мучений, но освободить руки и ослабить путы на ногах заняло у него целую вечность. Кое-как отковыляв за куст, я на пару мгновений стал абсолютно и положительно счастлив. Небо над туманным полотном мазнула нежная розовая полоска, зеленевшая по краю. Там, куда еще не достали пастельные тона, темный небосклон набух крупными частыми звездами. Луна побледнела, но была еще видна – идеально круглая и огромная, как гонг тибетских монахов. Глядя на все это великолепие, так отличное от неба родного города, я вдруг неожиданно остро осознал, как далеко от дома меня занесло. И нелепый смертный приговор, уже начавший казаться кошмарным сном, внезапно навис надо мной всей своей неотвратимой реальностью. Я завязал пояс штанов, повернулся спиной к красоте и заковылял в лагерь. Мне очень хотелось выжить. А чтобы выжить, нужна была информация.

По ту сторону куста Динеш навьючивал ездовых животных – завтрака нам, очевидно, не полагалось. Он тут же связал мне руки – на сей раз спереди – и ткнул в «коня» потемнее:

– Поедешь на Вамдаме. Постарайся с ним подружиться. У квадрупегов сложный характер.

«Это я уже понял», – подумал я, припомнив свое неожиданное пробуждение. Вслух же спросил:

– А как с ними подружиться?

– Спой.

– Чего? – я был уверен, что ослышался.

– Квадрупеги – музыкальные животные, пение их успокаивает.

Да, судя по утреннему концерту, с голосом у Вамдама все было в порядке. Зато со слухом, похоже, не очень.

– Вот уж серенад он от меня не дождется! – заявил я хмуро и направился к скотине.

Она покосилась на меня желтым глазом с вертикальным зрачком и резво потрусила в сторону. Я умиротворяюще зачмокал, вытянув губы трубочкой, и сделал несколько мелких шажков в сторону Вамдама. Тот ощерил желтые зубы в наглой ухмылке, поднял жилистый хвост и… опорожнил кишечник прямо мне под ноги.

– Ах ты… опердыш яблочный! – задохнулся я.

Одним прыжком перескочил дымящуюся кучу, плюхнулся животом в седло… И тут же рыбкой скользнул дальше. Оказалось, квадрупеги могут вставать на дыбы не хуже земных лошадей. Хохот Динеша перекрыл звон в ушах.

– У-дак! У-дак! – высказал свое мнение обо мне Вамдам, хотя его никто не спрашивал.

В душу начало закрадываться подозрение, что всю эту развлекуху Машурин брат устроил нарочно. Я точно помнил, что вчера квадрупеги слушались его беспрекословно, причем без всяких песен. Поднялся с земли злой, как черт. Ладно. Хотят они музыки, я дам им музыку. В конце концов, пора уже культурно развивать этот мир.

Я огляделся в поисках подходящего инструмента. Походный котелок, который Динеш еще не успел приторочить к прочей поклаже, высунул из травы свой закопченный бок. Подхватив связанными руками толстую сухую ветку, я обрушил свои эмоции на днище ни в чем не повинной посудины. Конечно, это была не ударная установка, но гул по полянке пошел еще тот. Динеш схватился за рукоять сабли, квадрупеги насторожили уши, а я включил голос на всю мощь легких:

В горло мне словно ежа запустили – сказывалась проведенная на голой земле ночь. Зато хрипатый утробный рык а-ля «Рамштайн» мне сегодня очень удался.

Я завершил свое выступление, послав котелок по траве наподобие хоккейной шайбы. Жалобно брякнув, он остановился, запнувшись о сапоги Динеша, взиравшего на исполнителя круглыми глазами, чуть приоткрыв рот. Меня, однако, гораздо больше интересовала реакция четвероногих слушателей. К моему огромному изумлению, Вамдам, нежно пофыркивая, приблизился ко мне и доверчиво положил длинную морду на плечо. Щеку чуть холодила роговая пластина, прикрывавшая ноздри животного, шею щекотало горячее дыхание. Хорошо все-таки, что квадрупеги не понимают немецкого.

Бросив на Динеша торжествующий взгляд, я поднялся на ноги и легко взошел в стремя. Выпрямился в седле, крепко ухватившись за высокую луку. Все предвещало, что путешествовать головой кверху, а задом книзу будет гораздо приятнее. Вот только мой спутник не двигался с места. Глядел на меня недобро сузившимися глазами, закусив губу и не выпуская рукояти факара.

– Ты что, забыл, куда нам ехать? – осведомился я, теряя уверенность.

Динеш тряхнул головой:

– А мы уже приехали, – обнажив саблю, он внезапно скользнул ко мне неуловимо плавным движением. Острое, как бритва, лезвие оцарапало кожу под моим подбородком. – Слазь!

Сбитый с толку такой внезапной сменой курса, я мысленно взмолился, чтобы Вамдам не вздумал взбрыкнуть, и кое-как спешился.

– Отправляй нас на Запад, – потребовал Динеш, снова сунув факар мне под нос. – Сейчас же.

«Опять двадцать пять!»

– Я же уже говорил – я не с Запада!

– Да по мне хоть с седьмой преисподней Нижнего мира! Каиса на Западе, в Каисе исуркхи, а у них Машура. Ты маг, и ты отправишь нас через Ось, или я… – тут пилот чуть помедлил, окидывая меня оценивающим взглядом. – Начну с того, что отрублю тебе уши, потом – твой любопытный нос, потом…

– Стоп-стоп! – прервал я вдохновенную речь, чуть отстраняясь от неприятно поблескивающего клинка. – Тут какая-то ошибка! Маг из меня, как из свиньи балерина!

Динеш схватил меня за грудки и примерился саблей к левому уху:

– Кончай зубы заговаривать! Я только что собственными глазами видел, как ты животных заколдовал, заставил себе повиноваться. Так что считаю до трех! Раз…

Слова иновселенянина вызвали противное, многоголосое эхо в памяти: «Левцов Лиан – предводитель обезьян!» Кровь бросилась мне в голову, и я выдавил сквозь зубы:

– При чем тут колдовство? Ты же сам сказал: «Спой!» Вот я и спел, а Вамдаму, видать, понравилось.

Глаза Динеша налились кровью:

– Во-первых, это была шутка. Единственное, что приводит квадрупегов в блаженное расположение духа, это желуди храмитов.

Тут уже глаза налились кровью у меня.

– Во-вторых, не пытайся убеждать меня, что это… это… – Динеш неопределенно ткнул саблей в сторону котелка.

– «Рамштайн», – подсказал я.

– Во-во! Что шайтан – это не заклинание на языке магов! И кстати, я уже дошел до двух!

Я скосил глаза на лезвие факара. С ухом расставаться очень не хотелось, но все возможности для диалога, кажется, были исчерпаны.

– Два с половиной, – рявкнул Динеш, тряхнув меня для острастки.

Рука с факаром чуть дрожала, на лбу у парня, несмотря на утреннюю прохладу, выступил пот, но проверять, хватит ли у него духу выполнить угрозу, как-то не хотелось.

– Я ничего не могу сделать без волчка! – скороговоркой выпалил я и пояснил, видя непонимание в карих глазах. – Это такая круглая полосатая штука. Она лежала в кармане моих штанов.