Мир за мир
Шрифт:
— Палладий! — буркнул гном. — Вот и помни! — продолжал он ворчать, гравируя девиз. — А не затапливай нам пещеры… Дурацкая стихия, а я ей регалии делай… Хорошо хоть, не полную парюру, а вообще-то любопытно было бы… Ледяная Дева! — он зажал кольцо в каких-то тисочках и строго посмотрел на Алину. — Возьми левой рукой аквамарин, который я тебе дал. Пальцами! Теперь возьмись правой рукой за кольцо и не отпускай, пока не скажу! Камень осторожно опускай сюда, в оправу, — гном принялся подгибать крапаны[4] в виде стрелок мороза, обрамляющие вытянутый заострённый камень цвета морской волны. — Готово! — он взял какой-то инструмент, напоминающий печать с углублением, и придавил кольцо сверху. — Теперь надевай!
— На этот палец! — напомнила Ната, показав средний палец левой руки. — И девиз не забудь!
— Omnia meminit aqua! — напряжённо произнесла Алина, проталкивая палец в кольцо.
Океан! Где-то очень далеко, но она видит его — весь. Она и есть — Океан, и каждая капля воды в нём — её память. Вот капля с волны прибоя — точно так выглядела светящаяся надпись на алтаре храма, хоть язык и остаётся непонятным. Вот всплыла капля откуда-то из батиали[5] — вредная формула, которая всё время вылетала из головы, и приходилось снова и снова лезть в справочник. А вот и капелька из совсем непроглядной бездны — маленькая девочка, которой нет и года, опять упала носом в ковёр, но не плачет, а сосредоточенно пытается встать…
Она — помнит.
Помнит всё, что было с ней.
* * *
— Вот интересно, — шёпотом спросил Виктор, — если этот ювелир так не любит стихию Воды, то почему именно Алине сделал кольцо первой?
— Наверное, думал, что она облажается, — ответил Артур. — Отпустит раньше времени и потеряет связь со своей стихией. Да только не на ту напал! Линка прекрасно понимает разницу между логичной необходимостью и конформистскими ритуалами. Видел, как в кольцо вцепилась, пока гном камень вставлял? И Натали тоже сообразила, смотри! — мастер как раз крепил самоцвет из другого мира в золотом кольце, которое сжимали пальцы Наты.
— Совсем другое дело! — девушка подошла к ним, показывая действительно очень красивое кольцо с золотисто-зелёным камнем. — Гном сказал, что самоцвет хоть и не отсюда, но это самый обычный хризолит, точнее, самый необычный, потому что магический. Страж Драконов… ой… — она изо всех сил пыталась не рассмеяться. — Всех начальников мочильник… Короче, Дракоша, теперь ты! — ювелир уже готовился начертать девиз Огня на строгом мужском перстне.
— Палец не безымянный, а огненный! — Виктор показал рубин в перстне. — Наталь, помнишь, в одной сказке было такое Чудо-юдо с огненным пальцем?
— Которым оно отрубленные головы обратно приставляло? Ага… Дракоша, а тебе идёт! Воистину владыка драконов! Да, а ты понял что-нибудь, когда надевал его?
— Кажется, да, — Страж Драконов сфокусировал взгляд на другом перстне, который гном-ювелир как раз держал в руках.
— Ай! — мастер выронил мгновенно нагревшийся металл. — Я-то на Воду грешил, а оказывается, Огонь хулиганит! На малоценном организме проверял бы, то есть на себе! Страж Вихрей, девиз!
— Смысл в том, что написать надо именно так, — Артур показал экран мобильника. — Блин, какой-то Восток пошлый — мужику перстень носить, да ещё с алмазом… Кстати, а что за металл?
— Иридий, — пробурчал всё ещё сердитый на Виктора гном, с усилием нажимая на резец — серебристый с еле уловимым голубоватым отливом металл был очень твёрдым.
— Dieu est mon droit! — Артур с уверенностью провозгласил девиз и прислушался к себе. Что там Меллеан говорила? Читать мысли? Ну попробуем…
«Ледяная Дева, ха! Девчонка! Ничего не знает, не умеет, а туда же — Стихиаль, понимаешь! Ты хоть сообразишь память Лесных Сестёр прочитать, когда получишь второе кольцо и поймёшь, что можешь читать не только свою память, но и чужую? Специально сделаю парюру сначала тебе, а уж потом сестре Наталии — всё равно ты без неё никуда отсюда не денешься», — гном работал молча, но Страж Вихрей слышал его мысли.
«Непременно надо подсказать!» — подумал уже он сам. — «Да не только Алина — все мы совершенно неопытные в этом деле, придётся учиться у самих себя и друг у друга, больше не у кого… Чёрт, ну мы и дураки! Мы же стали Стихиалями все вместе, но никто не сообразил спросить у голоса храма — на что мы способны именно вместе, полным квартетом?»
* * *
— Можешь пока не надевать, — гном положил перед Натой серьги и кулон с иномирными хризолитами — теми самыми, которые она принесла с собой. — Тем более что зеркала всё равно нет, — он добавил к регалиям ученицы фей цепочку причудливого плетения с необычной застёжкой. — Это на каждый день.
— Спасибо! — девушка восхищённо смотрела на зелёные камни, как-то незаметно переходящие в золотое, тончайшей работы плетение оправ. — Да у меня есть с собой зеркальце. Ой! — она полезла во внутренний карман куртки и обнаружила, что её платье ученицы, как и предупреждали Лесные Сёстры, осталось в другом мире. — Исчезло, а я даже не заметила. Красивое было платье…
— Если я правильно понимаю, при посвящении в полные сёстры ордена ты получишь новое, — подошла Алина. — И парюру, как у Меллеан, — она поискала глазами Первую сестру, но на каменной лавке сидела только одинокая Манелисса. — Где?.. — Ледяная Дева указала на место рядом с Лесной Сестрой и изобразила глазами вопрос.
Юная фея, похоже, поняла. Немного подумав, она достала из кошелька на поясе серебряную монету и показала её, а затем сделала круговой жест и кивнула на всех четверых друзей.
— Я тоже поняла, спасибо! — Алина повернулась к Нате. — Меллеан ещё вернётся, она отправилась раздобыть для нас денег на первое время.
— Не надо! Украдёт ведь.
— Это вряд ли, не те люди, чтобы до такого опускаться. Золото, например, сунет вместо денег какому-нибудь мафиозо в сейф. Или прихватит купюры, которые всё равно сгорят через минуту. Знать бы ещё, на что именно деньги, — Ледяная Дева подсела к Манелиссе и достала блокнот и ручку.
Ната обвела взглядом пещеру — все были при деле. Виктор, развлекаясь, как пятилетний мальчишка, неожиданно появлялся то в одном месте, то в другом. Артур, прислонившись к каменной стене, углубился в свои мысли, один раз даже став невидимым. Гном-ювелир сооружал серебряную диадему с самоцветами всех оттенков воды — от чуть голубых до непроглядно-синих. Алина с Манелиссой, похоже, нашли общий язык, переговариваясь рисунками в блокноте. И будущая Лесная Сестра, чуть подумав, тоже отыскала себе занятие — она надела все регалии ученицы и стала самозабвенно смотреться в карманное зеркальце.
* * *
Алина вертела в руках диадему, пытаясь сообразить, как её всё-таки надевать. Ага, самый большой камень должен быть спереди. Тогда эти зубцы — что-то вроде заколок? Сначала воткнуть в волосы переднюю часть, затем закрепить двумя торчащими шпильками заднюю? Вроде да. А вот не криво ли?
— Наталь, дай посмотреться! — пихнула она в бок подругу.
— Ой, диадема! — Ната с трудом прервала медитацию на собственное отражение. — Я подержу зеркальце, поправь немного.