Чтение онлайн

–  Вы что же, только приехали? - спросил Виктор.

–  Да. Только с машины.

–  Издалека?

–  Из Москвы.

–  Прямо из Москвы?

–  Прямо из Москвы.

–  Комадированный или так?

–  Да и командированный и так...

Помолчали.

–  Может, помочь вам чемодан нести? - спросил Виктор.

–  Спасибо. Я сам.

–  Вы по какой линии сюда?

–  Да так, по счетной части.

–  А, по счетной... - разочарованно протянул Виктор и уже до самого дома не задавал больше вопросов. Интерес к человеку сразу пропал.

Когда приезжий вошел в комнату, наступила тишина. Все с удивлением смотрели на нежданного гостя. Виктор поставил бутылки на стол и сказал:

–  Вот знакомьтесь. Товарищ приехал, негде ночевать. Прямо из Москвы...

Началось знакомство. Приезжего звали Кузьмой Степановичем. Он оказался простым и веселым человеком. Присев на топчан рядом с Курбановым, он выпил вина со вкусом съел огурец. Когда он закурил, каждый счел, что можно продолжать веселье. Шум возобновился.

Виктор тем временем снял с примуса чайник, разлил в пиалы горячий чай.

Кузьма Степанович принял участие в общем веселье, сам рассказал два смешных случая, происшедших с ним по дороге в Дюшамбе.

Вдруг лицо его стало серьезным и он спросил:

–  А что правда, у вас тут есть всякие страшилища - скорпионы, фаланги?

Ребята переглянулись, Шамбе улыбнулся.

–  И кто бы ни приехал - сразу про скорпионов, - сказал он.

–  Вам в Москве разные ужасы рассказывают. Все брехня, - равнодушно проговорил Игнат.

–  Нет, вы правду скажите, много их у вас? - не сдавался приезжий.

–  Много их, это верно, дорогой Кузьма Степанович, - задумчиво сказал Виктор. - Но мы их не боимся. Не страшны они нам. Ногой давим. Есть вещи пострашнее. Здесь другие скорпионы водятся. На двух ногах ходят. И хвостов у них нет, а жалят больно, ох, как больно... Вот это действительно опасные звери.

–  Был у меня недавно такой случай - тоже со скорпионом, - вставил молчавший до сих пор Морозов.

–  Ну-ка, расскажите, - попросил Кузьма Степанович.

–  Нет. Неохота. В другой раз как-нибудь.

–  Да брось ломаться, Морозов, расскажи, тебя же просят, - подсел к нему Бахметьев.

–  Не могу. Сказал - не могу.

Помолчали.

Костя потянулся за папиросой, рукавом задел пиалу. По столу разлился недопитый чай.

Жора Бахметьев мрачно посмотрел на него.

–  Медведь! Когда я научу вас, косолапых, культурному поведению...

Костя смутился.

–  Ну что ж, раз начал, будем продолжать, - сказал Кузьма Степанович. Вы, я вижу, люди бывалые, есть что порассказать. - И он оглядел молодежь.

Друзья сидели, задумавшись.

–  Я думаю, Костя выскажется, - сказал Виктор. - У него на Памире много интересного.

–  Давай, Костя, выкладывай, - поддержал Шамбе.

–  Ну, хорошо. Только, что вам рассказать?

–  О скорпионах.

Костя подумал.

–  Можно и о скорпионах!

Он сел на топчан, снял ботинок и, положив ногу на одеяло, закурил.

–  Вот, пожалуй, расскажу вам о том, как я ногу отморозил. Осенью прошлого года я был на Памире, оттуда меня вызвали с докладом в Ташкент. Была поздняя осень, но в Хороге стояли погожие дни, и как-то не верилось, что на Восточном Памире уже лежит снег, дуют ветры и трещат морозы.

Я рассчитал, что, сменяя лошадей на заставах, дней за пятнадцать доберусь до Оша. Ну, конечно, стал искать попутчиков. Своих ребят не нашел никто не хотел рисковать. Пришел ко мне один индус, я часто его встречал на базаре. Он приезжал из Читрала торговать в Хорог, теперь хотел добраться до Оша, а оттуда махнуть в Кашгар. Звали его Сафдер-Али. Потом пришли два киргиза Ашим-бай и Базай-бай. Они отстали от последнего каравана, который ушел из Хорога месяц назад, и хотели до зимы добраться домой, в Гульчу. Таким образом, в путь отправилось четверо. Кони у нас были хорошие, и мы смело выехали из Хорога.

Индус оказался исмаилитом, свободно говорил по-фарсидски. Он рассказывал мне о живом боге, о жизни в Читрале, о себе. Киргизы были хмурые парни, они опасливо посматривали на небо и сердитыми окриками подгоняли своих коней.

На четвертый день пути мы простились с последним таджикским кишлаком Ак-Таяляк и вышли на Восточный Памир.

Погода резко изменилась. Днем еще здорово припекало солнце, но как только оно скрывалось за горами, поднимался ледяной ветер. Я ехал в кожаном пальто, поверх которого был надет шерстяной халат. Чтобы не отмерзли уши, я замотал голову мохнатым полотенцем. Но это мало помогало. Вдобавок, лежавший в кармане пальто наган прорвал легкую материю и упал за подкладку. На рысях наган болтался внизу в пальто и больно бил по ноге.

Первая ночевка на Восточном Памире прошла благополучно. Мы проехали Ванкалу, Джиланды, прошли ущелье Тогуз-Булак и поднялись на перевал Кой-Тозек.

Здесь нас встретила настоящая полярная зима. Свирепые ветры срывали с седел. Пришлось половину пути продвигаться пешком, ведя коней на поводу.

Киргизы в меховых тулупах и треухах не очень страдали от холода. Мы же с Сафдер-Али сильно мерзли. Индус перестал даже рассказывать мне свои басни. Выбиваясь из сил, он тихо ругался какими-то замысловатыми ругательствами и снимал сосульки с усов, бороды и бровей.

С трудом добрались мы до Сасык-Куля. Возле озера стояли две юрты. Здесь мы отогрелись, выспались и поели горячего. На сытый желудок путь показался нестрашным. Утром погода разгулялась, сияло солнце, и мы весело двинулись дальше.

Нам сопутствовала удача. Без особых приключений прошли Аличур. Два дня отдыхали в Мургабе. Стояла прекрасная зимняя погода. Можно было бы отдохнуть и больше, но мы спешили - пурга могла отрезать нам путь.

За Кара-Кулем, высочайшим в мире озером, где лед, как зеркало, отражает гигантские горы, с нами случилось первое несчастье. На небольшом перевале сорвался в пропасть Базай-бай. Он шел позади своего коня и держался за хвост. Никто не заметил, как он сорвался: мы только услышали пронзительный крик и увидели мелькнувшую фигуру. Думать о помощи было нечего. Кто здесь падает вниз - живым не поднимается.

Мы остановились. Конь Базай-бая стоял, тяжело раздувая бока, и храпел. Белый пар шел от нас, не поднимаясь вверх. Ашим-бай долго смотрел вниз, потом сел в снег и завыл. Он бил себя кулаками по голове и выкрикивал проклятия.

Когда киргиз немного успокоился, мы двинулись дальше. Осиротевшего коня привязали к седлу Ашим-бая.

Невдалеке от долины Смерчей мы увидели следы коня. Они шли откуда-то сбоку. Мы двигались по следам, пока не увидели впереди всадника.

Ну и обрадовались же мы! Это был первый встреченный нами человек за много дней пути. Мы подъехали к неизвестному. Лицо его скрывалось под огромным малахаем. На нем было несколько халатов, а сверху - коричневый суконный чекмень, какие носят в Ишкашиме. Он приветствовал нас на языке афганцев - пушту, потом - на ломаном русском. В горах не принято спрашивать, кто ты и откуда. Надо радоваться всякому попутчику. Мы поехали вместе.