Чтение онлайн

Отечественный исследователь А.П. Барышев в своем фундаментальном труде «Мировая политика и Организация Объединенных Наций 1945–2009» подробно проанализировал подходы к улучшению работы Совета Безопасности, выработанные руководством ООН, в частности т. н. «пять руководящих принципов, касающихся санкционирования применения силы» [122] .

В развернутом виде эти принципы изложены в докладе Группы высокого уровня ООН по угрозам, вызовам и переменам («Группы мудрецов»):

1. «Серьезность угрозы. Носит ли угроза причинения ущерба безопасности государства или человека такой характер и является ли она в достаточной мере ясной и серьезной, чтобы prima facie оправдать применение военной силы? Что касается внутренних угроз, то сопряжено ли это с геноцидом и другими массовыми убийствами, этнической чисткой или серьезными нарушениями международного гуманитарного права, которые носят реальный характер либо, как есть опасения, неизбежно произойдут.

2. Правильная цель. Является ли очевидным, что главная цель предполагаемых военных действий состоит в том, чтобы нейтрализовать или предотвратить данную угрозу, какие бы другие цели или мотивы не существовали при этом?

3. Крайнее средство. Были ли изучены все невоенные варианты отражения данной угрозы и существуют ли разумные основания предполагать, что другие меры окажутся безуспешными?

4. Соразмерность средств. Являются ли предполагаемые военные действия по своим масштабам, продолжительности и интенсивности минимальным необходимым средством для отражения данной угрозы?

5. Сбалансированный учет последствий. Существует ли разумная надежда рассчитывать на то, что при успешном осуществлении военных действий по отражению данной угрозы действия не вызовут худших последствий, нежели бездействие?» [123] .

Как отмечает А.П. Барышев, данные принципы так и не были в полной мере реализованы на практике. Среди причин исследователь выделяет нежелание представителей Запада дать «зеленый свет» этим предложениям, чтобы в целях обеспечения национальной безопасности «подольше оставить за собой право принимать решение об использовании силы в одностороннем порядке» [124] .

Следующим этапом масштабного осмысления миротворческой концепции стало формирование по инициативе бывшего Генерального секретаря ООН К. Аннана в 2003 году Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам. Целью данной структуры стала выработка предложений и рекомендаций, направленных на укрепление архитектуры безопасности для преодоления новых вызовов, с которыми государства – члены ООН столкнулись в новом тысячелетии. В качестве эксперта от Российской Федерации выступил Е.М. Примаков. В декабре 2004 года Группой высокого уровня был представлен доклад «Более безопасный мир: наша общая ответственность». Основной тезис документа – в начале XXI века как никогда ранее растет взаимозависимость акторов на мировой арене, международную безопасность на глобальном и региональном уровнях можно обеспечить, только действуя сообща [125] . Данный подход в духе неолиберального институционализма предполагает консолидацию акторов на площадках международных организаций для решения глобальных проблем, затрагивающих подавляющее большинство участников международных отношений.

Среди наиболее серьезных угроз экспертами выделены: терроризм (на фоне событий И сентября 2001 г.), межгосударственные и гражданские войны, транснациональная организованная преступность, распространение оружия массового поражения, нищета, инфекционные болезни и изменение климата. В этой связи особое внимание уделено «превентивной политике» с целью купирования вышеуказанных проблем на ранних стадиях.

В плоскости проведения миротворческих операций, по мнению членов Группы высокого уровня, необходимо увеличить численность контингентов и транспортных средств, предоставляемых в распоряжение ООН. Отмечается, что численность и мобильность миротворческого контингента прямо пропорциональны степени контроля над территорией и защиты гражданского населения.

В докладе подчеркивается роль постконфликтного миростроительства, которое в будущем, возможно, займет одно из ключевых мест в миротворческой деятельности ООН. Само по себе присутствие миротворческого контингента не означает прекращения насилия (как это происходило с 2013 по 2023 год в Мали) [126] . Кроме того, нередки случаи, когда после вывода миротворцев конфликт снова возвращается на этап эскалации [127] .

Среди документов, в которых сформулированы стандарты миротворческой деятельности ООН, стоит выделить «Руководство по проведению многоплановых операций по поддержанию мира ООН», принятое в 2003 году [128] , и «Принципы и ориентиры» – доктрину деятельности по поддержанию мира, также известную как «Capstone Doctrine» [129] .

В целом с 2005 года была запущена масштабная программа реформ под названием «Операции в пользу мира – 2010», в рамках которой отмечены пять сфер, нуждающихся в модернизации: доктрина, персонал, партнерские отношения, организация и ресурсы [130] . Стоит отметить, что вышеуказанные сферы и по сей день нуждаются в реформировании.

Реформы в существовавшей системе требовались также по причине целого ряда внутренних проблем. Например, после появления обвинений в сексуальных домогательствах в отношении несовершеннолетних детей со стороны миротворцев, в частности в Африке, осуществлена реформа в сфере поведения и дисциплины. В 2007 году Генеральной Ассамблеей принята резолюция 62/214, содержащая план мероприятий по оказанию помощи жертвам сексуальных надругательств со стороны персонала миротворческих миссий [131] .

Среди документов, подготовленных ООН в рамках реформы миротворческой деятельности, стоит выделить «Программу нового партнерства: открывая новые горизонты деятельности ООН по поддержанию мира» от 2009 года [132] , инициативу «Новые горизонты» – доклад № 1 от 2010 года [133] и доклад № 2 от 2011 года [134] . В данных обзорах проанализированы основные трудности тактического и стратегического характера, с которыми миротворцы столкнутся в будущем. В документах описывается имплементация новейших технологий в работе миротворцев. Вместе с тем предложения, изложенные в вышеперечисленных документах, не вытесняют рекомендации «Доклада Брахими». Напротив, в рамках инициативы «Новые горизонты» укрепляется сформированный фундамент архитектуры безопасности при помощи модернизации подходов к купированию новых вызовов и угроз.

Для проведения исследований на предмет эффективности операций по поддержанию мира и выработки рекомендаций по решению проблем, с которыми сталкиваются миротворцы при исполнении своих обязанностей «в полях», 31 октября 2014 года была учреждена Независимая группа высокого уровня по операциям в пользу мира. Независимая группа, состоявшая из 16 экспертов во главе с Ж. Рамушем-Ортой рассмотрела ряд проблем, с которыми столкнулись миротворческие контингенты в XXI веке: трансформация характера противоречий, расширение мандата миссий, защита гражданских лиц и т. д.

По итогам работы Независимой группы высокого уровня по операциям в пользу мира в 2015 году был подготовлен доклад «Объединяя наши силы в интересах мира: политические решения, партнерские связи и люди», рекомендации которого были озвучены бывшим Генеральным секретарем П. Муном накануне 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН [135] . Российскую Федерацию в Группе представлял опытный дипломат П.В. Ильичев (в настоящее время Директор Департамента международных организаций МИД России). Документ содержит комплексный анализ проведенных ОПМ, а также предложения по усовершенствованию миротворческого механизма. Большое внимание уделено политическим аспектам миротворчества, а именно процессу поиска оптимальных решений по урегулированию конфликтных ситуаций с учетом интересов всех сторон. Как справедливо отмечают эксперты, целесообразным представляется развертывание операций в зоне конфликта только после подтверждения статуса ООН как основного посредника в переговорном процессе. Данный подход позволяет не только сэкономить человеческие и технические ресурсы, но и закрепить позитивный имидж организации в качестве гаранта международной безопасности.