Чтение онлайн

— Гарантии. Мне нужны гарантии, что ты не нарушишь слово, — выдавил он.

— Это можно устроить, — я активировал «Кольцо Договора» и протянул ему руку. — Кольцо зафиксирует нашу договорённость. И ни один из нас не сможет от неё отказаться. На это ты согласен?

— И чем же ты рискуешь, если нарушишь договор? Честью? У тебя её и так нет! — бросил он, взмахнув рукой.

— Чести? — мой голос налился сталью. — Что ты знаешь о чести, мальчик? Сейчас я спасаю твою страну, пока ты и Кнежевич тянете её в бездну. В этом больше чести, чем в любой бойне за власть. Так что ты ошибаешься. Ошибаешься, потому что юн, и потому что тебе в голову напихали всякого дерьма. Но ты научишься. Просто нужен опыт. Я не считаю тебя бесталанным. Но слепой лести от меня не услышишь. Только то, что вижу.

— МЫ СРАЖАЕМСЯ ЗА ИЛЛИРИЮ! А НЕ ОТДАЁМ ЕЁ НА РАСТЕРЗАНИЕ ХИЩНЫМ ИМПЕРИЯМ, ВРОДЕ ТВОЕЙ! МОЙ ДЯДЯ СРАЖАЕТСЯ ЗА ПРАВОЕ ДЕЛО! ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ СВОЕЙ РОДИНЫ!

— Абсолютной независимости в современном мире не существует. Это раз. Для относительно малых стран, вроде Иллирии, тем более. Все зависят от всех, но в разной степени. Как ты зависишь от фермеров, которые выращивают коров, из которых потом повара готовят тебе стейки. От слуг, которые набирают тебе ванну и чистят сапоги. В международных отношениях — то же самое. У Иллирии что-то есть, например — ресурсы, и она даёт их взамен на то, чего у неё нет, например — вооружения. Таковы базовые правила. Это два.

Я чуть наклонил голову набок, добавляя:

— Ещё одна важная черта успешного правителя — холодный ум на переговорах, — бесстрастно отметил я. — Иначе тебя будут эмоционально потрошить. Точно так же, как это сделал я, — его руки сжались в кулаки. — Но я сделал это, чтобы ты понял, чем чревато твоё упрямство. Крах Кнежевичей стал бы куда более болезненным ударом для твоей психики, чем любой задушевный разговор, вроде нашего. Учись. Или раздавят. Это три.

Я посмотрел на часы, затем объяснил замеревшему в поисках ответа Анте:

— Времени у нас мало. Если через час Кнежевич не согласится на наши условия, его бунт подавят силой. Со всеми вытекающими. Когда надумаешь с ответом — скажешь охране. Мне доложат и я организую ваш с Кнежевичем созвон. И помни: настоящим предательством будет твой выбор, если из-за него погибнет граф Михаэль и весь его род. А я предлагаю тебе мир.

После чего я вышел из медпункта, оставляя Анте наедине со своими мыслями. Пусть переварит. Я переборщил с давлением и откровенностью. Вместо того, чтобы всё осознать, он мог наоборот — закрыться в себе и пойти наперекор.

Но, я надеялся, рассудок возобладает. Потому что я дал Анте не только картину отчаяния, но и шанс его избежать, пусть и ценой небольшого подавления собственной гордости.

Справится ли он?

Это уже его дело.

— Щенок не хочет слушаться команды хозяина? — ощерился гигант, ожидавший меня по ту сторону двери. Охранники, стоявшие здесь, с подозрением косились на него. Напряжённые.

— Георгий, — я взглянул ему в глаза. — К Анте допуск только по специальным разрешениям. Сразу говорю: ты не получишь.

— Я не к нему. Поговорить с тобой надо. Пройдёмся, так думается лучше, — и развернулся в сторону. Я пошёл рядом.

— Слушаю.

— Если щенок заупрямится, я избавлю вас от большой проблемы, — он с оскалом-улыбкой провёл большим пальцем по горлу. — Заодно заберу желанный трофей. Но вашим надо будет навести шуму. Договоришься?

— Мы решим ситуацию мирным путём.

— Да ну? — он усмехнулся. — Уверен?

— Такова цель.

— Какие сложные выбираешь ты пути. Убить — проще.

Я ему не ответил.

А он хрустнул костяшками и сказал:

— Я вот врагов убиваю. Иначе зачем они ещё нужны?

— Кнежевич — не враг. Он просто фигура в игре.

— А кто игрок?

— Он же и игрок. На своём уровне. Мы все здесь и фигуры, и игроки. Только масштаб разный.

— Те, кто играют против тебя, и есть твои враги.

— Нет. У меня нет врагов. Только оппоненты.

Георгий усмехнулся и сказал:

— Как не назови, суть та же. Они хотят взять то, что хочешь взять себе ты. Если кто-то победил, то другой — проиграл. Ты в том числе. Зачем ты себе жизнь усложняешь?

— Таков путь. Такова игра.

— А, я понял. Ты играешь по-своему?

— Вроде того, — кивнул я.

— Мне по нраву, — он закивал. — А если бы я сказал, что могу упростить твою игру, ты бы согласился?

— У всего есть цена, — я скосил на него взгляд.

— Ага, есть. Но она невелика. Всего-то помочь мне, а взамен я помогу тебе.

— Мне не нужна помощь.

— А мне — нужна. Тебе тоже, ты просто пока ещё не знаешь где и когда. Но я тебе помогу. Заранее. Прямо сейчас. У меня есть для тебя один Дар.

— Дар? Что ты имеешь в виду?

Он весело прищурился.

— Именно то, что я только что сказал. Буквально.

И тут я засмеялся.

— Надо же, какая невероятная щедрость. Дай угадаю, для этого тебе придётся залезть в мою душу и вывернуть её наизнанку?

— Нет-нет-нет, друг мой. Ты родился одарённым. Но Дар не раскрылся в тебе, чуть не погубив твою жизнь.

Так. Серебряков ему всё рассказал?!

— Интересные у тебя сведения.

— Я был таким же… и чувствую, что внутри тебя ещё теплится сила… но она другая, перерождённая, — он хмыкнул.

Стоп.

Чувствовал?

— Ты одарённый восприятия? — я нахмурился, пристально глядя ему в глаза.

— О, я много кто, — усмехнулся он. — Мой Дар сгорел, как и твой. Но взамен… — от его зрачка по всему глазу разлилась чернота. Его взгляд стал нечеловеческим. Будто я смотрел прямо в бездну. — Взамен Дара моей семьи, я получил нечто большее. Но я не алчный. Я могу поделиться. Только мне потребуется от тебя помощь. В своё время.

— Я не иду на авантюры с тем, кому не доверяю.

— Доверие тоже с чего-то начинается. Не спеши отказываться, ведь моя просьба очень скромна. Мне всего лишь нужно, чтобы ты воспользовался моим Даром, когда окажешься рядом с одним человеком.

— Что за Дар ты имеешь в виду?

— Призыв.

— Сущности?

— Почти, — оскалился он. — Призыв того, кто спасёт твою жизнь, когда она окажется на волоске от гибели. А это произойдёт. Когда? Другой вопрос. Но произойдёт точно. Ты уже высунул нос из тени и покушение на твоё убийство — вопрос времени. Переживёшь ли ты его? Вопрос интересный. Но если согласишься — переживёшь точно.