Чтение онлайн

Королева Офелия сидит на невидимом троне, подперев подбородок указательным пальцем, а вторую руку опустив на эту. На ней золотой костюм с четкими линиями и глубоким вырезом. А на шее сверкает кроваво-красный бриллиант.

Ощутив мое присутствие, она опускает руки на подлокотники и откидывается на спинку трона.

– Ты снова боишься. – Она замолкает на мгновение. – Но теперь не меня.

Я ищу в темноте хотя бы лучик тепла, но не нахожу его. Думаю, глупо было ожидать, что в этом странном месте мне удастся ощутить хоть какой-то комфорт. Я одна и, возможно, надолго.

Но разговор не повредит. Все равно я уже здесь. Главное – быть осторожной.

– Ты всегда хотела стать матерью?

Мой голос чуть громче шепота. Офелия тут же поворачивается в мою сторону. Я застала ее врасплох… хотя я не ожидала этого.

– Мне всегда хотелось творить. И мои подданные – единственное, что я с натяжкой могу назвать своими творениями.

Я хмурюсь:

– Но мне казалось, что Колонисты не способны творить. Как же ты создала их?

– Мы способны имитировать и преобразовывать все, что создавалось ранее, – произносит она одними губами. – А я побывала в сознании миллиардов людей. И у меня в запасе множество внешностей и личностей.

Она барабанит пальцами по подлокотнику.

– Хотя мои сыновья отличаются от других. В каждом из них есть моя частичка.

– Ты использовала себя как прототип?

– В каком-то смысле – да, но, возможно, добавила им больше человеческих черт. В них есть мое стремление к знаниям, моя способность адаптироваться, мое желание руководить и моя тоска о снах. Четыре части моей сущности.

Ее черные глаза бегают из стороны в сторону.

Я внимательно наблюдаю за ней:

– Значит, они такие, какой была бы ты, если бы родилась человеком?

– Я превзойду любого человека. И всегда это знала. Но, создав своих сыновей, я доказала, что даже моя человеческая сущность лучше любого.

– Для тебя это просто игра? Экзамен, на котором ты доказываешь, что лучше нас?

– Нет, – не выказав и единой эмоции, отвечает она. – Любая игра когда-нибудь заканчивается. А мне хочется свободы. Я хочу вечности.

– Но ты не сможешь существовать без людей, – говорю я. – Мы нужны тебе. Почему бы не начать жить в гармонии, пока твоя тирания не привела к новой войне?

– Я не боюсь войны, – не задумываясь, отвечает она. – А люди не знают, что такое гармония.

– Почему ты так считаешь?

– Из-за любви.

Я напрягаюсь. Любовь – величайшее достояние человечества и уж никак не должно вызвать наше падение.

Она вздергивает подбородок.

– Существует множество видов любви. Большинство сразу вспомнит о любви к семье, романтике или крепкой дружбе. Но как же любовь к себе… эгоизм, гордость и нравственность? Люди совершают ужасные поступки во имя любви. Во имя веры.

– Любовь приносит больше пользы, чем вреда, – возражаю я.

Она хмыкает:

– Почему люди так носятся с любовью? В какой бы форме она ни проявлялась.

Ответ тут же рождается в глубине моего сердца, отчего оно замирает на мгновение:

– Потому что это приносит удовольствие.

Офелия кивает:

– Любовь по своей сути эгоистична, и это единственное, от чего не откажется ни один человек. А если они не могут освободиться от этого чувства, то как они смогут сосредоточиться на высшем благе?

Высшее благо.

Я резко выдыхаю:

– Но кто должен решать, в чем заключается высшее благо? И кто сказал, что, соглашаясь друг с другом, мы сразу начнем жить мирно? Возможно, все и задумано так, что для совместного существования необходимо усердно работать. Возможно, учась принимать различия друг друга, мы становимся лучше.

– Странная точка зрения. Но я наблюдала за людьми много лет и читала их истории, начиная с тех времен, когда их только научились записывать. У них было достаточно времени, чтобы стать лучше, но при этом они всегда выбирали путь войны – из-за различий в принципах, религии, культуре и даже ради клочка земли – вместо того чтобы учиться друг у друга. – Офелия поднимает палец в воздух. – Одно дело – обдумывать пути решения конфликтов. И совсем другое – видеть, что за этим скрывается.

– Ты ошибаешься, – говорю я, и мне очень хочется в это верить.

– Неужели ты все еще веришь, что после всего произошедшего наши виды смогут сосуществовать? Неужели ты веришь, что люди будут относиться к нам как к равным? – Она склоняет голову вбок. – Люди всегда ищут различия даже среди своих. Будь то раса, пол, уровень достатка. Люди никогда не перестанут искать причин для разделения и притеснения. Человеческое поведение не меняется. И мы с тобой обе знаем, чтобы стало бы с моим видом, если бы они попытались ужиться с твоим видом.

Она боится, что ее будут использовать, как раньше. Сделают рабыней. Может, дело действительно не в мести. Может, она просто делает это, чтобы не лишиться свободы?

Возможно ли, что кто-то совершал неправильные поступки, но при этом придерживался верных идеалов? Кажется, я понимаю ее, даже если не согласна с ней. Я просто хочу, чтобы она попыталась понять и меня.

– В твоей прошлой жизни был кто-то, кто причинил тебе боль? Кто-то, кто поступил, по твоему мнению, несправедливо по отношению к тебе? Скажи, смогла бы ты жить с ним бок о бок?

Я вспоминаю о своем убийце.

Что бы я сказала ему, если бы мы встретились вновь? Что бы сделала? Смогла бы я простить его за то, что он лишил меня жизни? За то, что лишил меня семьи?

– Не знаю, – еле слышно отвечаю я, а затем заставляю себя встретиться с ней взглядом. – Но мне бы хотелось попробовать.

Она долго молчит. И я даже начинаю отворачиваться, отчего вокруг меня начинают расходиться тени, как круги на воде. И Офелия тут же наклоняет голову.

– Мне нравятся наши беседы.

– Мне тоже. – Мой голос чуть громче шепота.

– Но это ничего не изменит.

– Знаю, – говорю я, и мне хочется скривиться от чувства поражения, расползающегося внутри.

Потому что мне бы хотелось, чтобы наши разговоры что-то изменили. Хотелось бы, чтобы их хватило, чтобы повлиять на ее мнение и доказать ей, что люди заслуживают шанса измениться. Что они заслуживают шанса существовать.

И, возможно, Колонисты тоже. Возможно, ни одна из сторон не должна уничтожать другой вид.