Миссия Христа. Загадки библейского сюжета
Шрифт:
Но он не выдерживает соблазна, ему очень интересно – да и папа ведь не видит… В конце концов, ну нарушит он запрет папы, так ничего страшного. Зато как интересно! Ребенок видел, как красиво горят спички в руках у папы, и ему так хочется попробовать… И вот ребенок чиркает спичкой, пугается языка пламени в своей руке, отбрасывает горящую спичку и… в комнате начинается пожар. Когда огонь разгорается и наполняет комнату едким дымом, ребенок в ужасе забивается под кровать… Ситуация сколь ужасная, столь и реалистичная, к сожалению.
А теперь представим себе два варианта развития событий.
Вариант 1. Отец детей не смог вмешаться в эту трагическую ситуацию (например, его не было дома). Как следствие, пожар распространяется по квартире, и оба (заметьте, оба!) ребенка мучительно умирают в огне.
Вариант 2. В комнату врывается отец – он в этот момент был дома и почувствовал запах дыма. Он тушит пожар, выносит из комнаты новорожденного младенца, находит и вытаскивает старшего из-под кровати… Вероятно, позже, когда старший сын приходит в себя, отец проводит с ним соответствующую воспитательную беседу, а возможно и наказывает его (если, конечно, тот сам не напуган произошедшим достаточно).
В чем принципиальная разница между вариантами 1 и 2?
В варианте 1 события развивались естественным путем, согласно той причинно-следственной цепочке, которая возникла в момент начала пожара.
Выражаясь цинично, оба ребенка погибли совершенно закономерно, ибо именно к этому вело самостоятельное развитие событий. Пожар – как следствие невозможность для детей самостоятельно спастись – как следствие их гибель. Гибель, разумеется, обоих детей – ведь в комнате их было двое. И неважно, что спящий младенец никак непричастен к пожару.
В варианте 2 в естественный ход событий вмешалась внешняя «добрая сила» – сила, нарушившая вышеописанную причинно-следственную цепочку. Нарушившая естественный ход событий. Что же сделала эта сила? Во-первых, она спасла обоих детей от того, что с ними должно было произойти. Во-вторых, эта сила позднее, вероятно, наказала виновного в пожаре ребенка за его проступок. Но разумеется, наказала несопоставимо мягче, чем это сделал бы естественный ход событий, то есть пожар.
И вот, смотрите – если мы говорим о грехе ребенка в данной конкретной ситуации (о нарушении ребенком родительского запрета на спички), то какое наказание он заслуживает за свой грех? Иначе, какой вариант развития событий закономерен, исходя именно из греха ребенка? Очевидно, что вариант 2. То есть, спасение обоих детей отцом от последствий нарушенного запрета. А какой вариант закономерен, исходя из естественных последствий действий ребенка, то есть при отсутствии рядом внешней «доброй силы»? Закономерен вариант 1. То есть, гибель обоих детей в пожаре.
Можно сказать так: в варианте 1 события развиваются исходя из тяжести естественных последствий поступка, а в варианте 2 – исходя из тяжести греха.
Мы видим, что в варианте 2 (наказание отцом за проступок) это наказание, в общем, никак связано с тяжестью возможных последствий. Отец не убьет ребенка за пожар в комнате, не так ли? Мы видим, что факт наличия в доме отца спасает детей от самого страшного – от прямых естественных последствий совершенных действий.
И наконец, само родительское наказание касается, конечно, только виновного. Но никак не второго, не младенца! Было бы совершенно нелепым предполагать, что любящий отец будет наказывать мирно спавшего, совершенно ничего не понимающего новорожденного – за пожар, устроенный его непослушным старшим братом. Я говорю очевидные вещи, согласитесь. А вот с точки зрения естественного хода вещей, «наказание» за проступок никак не связано с его греховностью. Только с тяжестью реальных последствий. Съеденная вопреки отцовскому запрету конфета не «наказывается» окружающей реальностью практически никак, а вот зажженная вопреки запрету спичка может «наказываться» оной реальностью с невероятной, чудовищной жестокостью. С жестокостью, совершенно недопустимой для любящих родителей. Один и тоже грех (нарушение запрета на конфеты или на спички) реальность «наказывает» совершенно по-разному. Вспомните приводимый выше пример про нарушенный моряком приказ командира…
Причем «наказание» это может задевать и невинных – с той же легкостью, что и виновных. Никакой связи между тяжестью греха и тяжестью «наказания» здесь нет. Неловким движением можно случайно сунуть руку под кузнечный пресс – и это вообще не будет грехом. Но «наказание» будет жестоко.
Но по какому же варианту будет наказан ребенок из примера? Ужасной смертью в огне вместе с братом или строгим внушением отца? От чего это зависит? От возможности отца вмешаться в ситуацию. Вот он – момент истины.
А по какому варианту был наказан Адам, и все последующие, совершенно непричастные к его проступку, не рожденные еще поколения? «Добрая сила» не вмешалась, люди были наказаны естественным ходом событий. Адам устроил пожар и сгорел в нем вместе с нами. И никто не пришел ему на помощь.
Кстати, обратите внимание, что пресловутая «свобода воли», которой так любят объяснять последующие человеческие страдания богословы, здесь совершенно ни при чем. Только холодная механика событий, ничего больше в этой истории нет.
Факты
И завершая наш разговор о Грехопадении, давайте попробуем непредвзято посмотреть на всю эту историю так, как она изложена в Библии. Забудьте на минуту, чему вас учили, и просто посмотрите на текст Писания – не пытаясь сразу же объяснять его в рамках уже известной вам трактовки. Конечно, нас предупреждали, что Писание неправильно толковать самостоятельно, что понимать его надо в духе толкований святых отцов. Однако, я все же предлагаю вам пойти на краткий эксперимент – ведь самостоятельно думать вроде бы не запрещается? Для наглядности, я процитирую здесь соответствующие два отрывка из книги Бытия, благо они совсем небольшие:
Из Главы 2:
«16. И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть,
17 а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрёшь.»
(…)
И далее Глава 3:
«1 Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?