Чтение онлайн

– Черт тебя дери, Кендрик! Где ты?

Этот голос определенно не галлюцинация! Как и стук шагов на лестнице и других шагов, совсем рядом! Господи, неужели он уже умер?

– Мэнни! – слабым голосом крикнул он.

– Здесь! Вот эта дверь! Давайте, здоровяки, ломайте! Дверь, словно под натиском урагана, распахнулась.

– Сынок! – воскликнул Эммануил Вайнграсс, видя поднявшегося ему навстречу Кендрика. – Разве уважающие себя конгрессмены так себя ведут? Я думал, что сумел научить тебя!

Со слезами на глазах отец и сын обнялись.

Они собрались в гостиной Хасана, в доме на окраине города. Бен-Ами подсел к телефону после того, как Вайнграсс наконец закончил разговор с султаном Омана. За большим столом в столовой сидели семь официальных лиц, представляющих правительства Бахрейна, Омана, Франции, Великобритании, Западной Германии, Израиля и Организации освобождения Палестины. По общему согласию представителей Вашингтона не было, учитывая тайное участие в операции одного из конгрессменов США. Эммануил Вайнграсс сидел за столом между представителями Израиля и ООП.

Эван и раненый Иаков расположились в креслах, как пострадавшие больше других.

– Я думал над вашими словами, произнесенными в «Араду».

– Я надеялся на это.

– Сделать то, о чем вы говорили, крайне трудно. Мы через многое прошли – не сам я, конечно, но наши матери, отцы, деды…

– И многие поколения до них, – добавил Эван. – Ни один здравомыслящий человек не станет этого отрицать. Однако палестинский народ не несет ответственности за многочисленные погромы или холокост, но в современном мире, исполненном чувства вины – чувства более чем естественного, они стали новыми жертвами, сами не понимая почему.

– Я знаю. – Иаков кивнул. – Я слышал, что говорили фанатики на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа. Я слушал, что говорил Меир Каханес, и мне стало страшно.

– Страшно?

– Еще бы! Они говорили так же, как и наши преследователи много веков назад. И еще, они продолжают убивать. Два моих брата погибли, как и неисчислимо много других людей.

– Кровопролитию должно когда-нибудь положить конец. Ведь это совершенно бессмысленно.

– Мне надо подумать.

– Это только начало.

Мужчины, сидевшие за столом, внезапно стали подниматься. Легкий кивок головы коллегам на прощанье, и один за другим они направились каждый к ожидавшей их машине, не обращая внимания на других людей, присутствовавших в доме. Хозяин дома, Хасан, появился в арке гостиной и заговорил, однако первые его слова были заглушены сильным кашлем, которым разразился Вайнграсс. Эван хотел было встать, чтобы помочь другу, однако Иаков остановил его, удержав за руку. Мужчины обменялись взглядами, и Эван понял все без слов.

– Американское посольство в Маскате будет освобождено через три часа, террористам будет позволено сесть на корабль, принадлежащий Сахибу-эль-Фарраххалифу.

– А что произойдет с ним самим? – спросил Кендрик.

– Ответ на этот вопрос будет дан в этой, и только в этой, комнате. Королевский дом просил проинструктировать вас о том, что информация не должна выйти за пределы этих стен. Надеюсь, всем понятно?

Мужчины закивали головами.

– Сахиб-эль-Фарраххалиф будет казнен без суда и следствия, поскольку его преступления против человечества настолько чудовищны, что не позволяют ему рассчитывать на милость правосудия. Мы поступим с ним так, как считаем нужным.

– Могу я сказать пару слов? – спросил Бен-Ами.

– Конечно, – кивнул Хасан.

– Меня и моих коллег ждет самолет, вылетающий в Израиль. Специальный самолет предоставлен эмиром, поскольку ни у одного из пассажиров нет при себе необходимых бумаг. Мы должны быть в аэропорту через час. Примите наши извинения за чересчур поспешный уход. Прошу вас, джентльмены.

– Простите и вы нас, – проговорил Хасан, – за то, что не смогли выразить вам свою признательность.

– У вас есть виски? – спросил его Красный.

– Все, что пожелаете.

– Перелет длинный, а я до смерти боюсь летать.

Эван и Вайнграсс сидели в гостиной Хасана, ожидая инструкций от перепуганного американского посла, которому разрешили связаться с ними только по телефону. Двое друзей словно и не разлучались – безалаберный ученик и строгий учитель снова были вместе. Только теперь роли лидера и ведомого поменялись – ученик говорил, а учитель слушал.

– Ахмат сейчас, должно быть, вне себя от счастья, – произнес Эван, сделав глоток бренди.

– Есть два обстоятельства, которые не позволят ему слишком высоко оторваться от земли.

Эван вопросительно посмотрел на Вайнграсса.

– Некая группа людей мечтает избавиться от него, отправить назад в Соединенные Штаты, потому что считают, будто он слишком молод для того, чтобы управлять делами. Он зовет их своими высокомерными князьями-торговцами. Он собирается пригласить их во дворец, чтобы вправить им мозги.

– Это одна проблема, а другая?

– Существует еще одна шайка, которая в случае необходимости и посольство не погнушалась бы взорвать, лишь бы вернуть себе страну. Спятившие вояки. Именно их нанял Отдел консульских операций Госдепартамента.

– Что он собирается с ними сделать?

– Да ничего, если, конечно, ты не хочешь, чтобы твое имя прокричали со всех минаретов. Попытайся он угрожать им, и они обвинят его в связи с Госдепартаментом США, и все бедствия на Ближнем Востоке будут иметь совсем другую причину.

– Ахмат найдет выход.

– Есть еще одно дело, которое ему придется взять в свои руки. Он должен взорвать небезызвестный корабль и уничтожить все отребье, что поплывет на нем.

– Нет, Мэнни, это не выход. Кровопролитие будет продолжаться снова и снова.

– А вот и ошибаешься! – возразил Вайнграсс. – Всем, кто пожелает следовать их примеру, необходимо преподать урок. Эти мерзавцы должны знать цену, которую им придется заплатить! – Мэнни внезапно побагровел и зашелся в сильнейшем приступе кашля, сотрясаясь всем телом.

Эван участливо тронул старого друга за плечо.

– Поговорим как-нибудь потом, – сказал он, когда Мэнни немного успокоился. – Я хочу, чтобы ты поехал со мной.

– Это из-за моего кашля? – Вайнграсс покачал головой. – Обычная простуда. Промозглая погода во Франции, знаешь ли, только и всего.