Чтение онлайн

— Графу Арвину недавно исполнилось двадцать шесть и он не женат. Однако у него есть внебрачная дочь. По тому, как забегали твои глаза, полагаю, тебя это нисколько не смущает.

“Вот оно!” — подумала я.

Чем не популярная завязка? Молодой одинокий отец очень даже хороший претендент на главную мужскую роль. А вот дальше возможны варианты. Либо он еще не нашел любовь всей своей жизни, которая сможет принять его внебрачную дочь, либо не успел заключить брак по расчету, чтобы сделать дочь своей наследницей, либо же еще не нашел мачеху для “золушки”. В любом случае в этом направлении можно было подумать, если бы нас не прервали в самый ответственный момент моего мозгового штурма.

— Ваше Высочество! Ваше Высочество!

Рене забежала в комнату как самый настоящий ураган и начала спешно кланяться, извиняясь за столь внезапное вторжение. А затем с ее губ успело только слететь:

— Император!..

— Приветствуем солнце нашей империи Его Величество Атила Вальмиера дель Турин! — громогласно объявили рыцари, распахивая двери в мою спальню.

Я как сидела на полу, застывшая словно раненая антилопа в ярком свете фар, так и смотрела безмолвно, как на пороге комнаты появился высокий мужчина. Он был другим, и дело вовсе не во внешности и роскошных одеждах. Властная аура заставляла расступаться и склонять головы не только слуг, но и давила на меня даже на таком приличном расстоянии.

Бьёрн при этом успел обернуться зверем и забился в самый угол, пытаясь слиться со стеной. Мне же было поздно куда-то бежать, что-то выдумывать с внешним видом, который, откровенно говоря, был тот еще после нескольких дней безделья в кровати. Я сразу же пожалела о том, что выгнала утром Рене, которая предлагала ведь помочь с утренним туалетом. Согласись я, сейчас могла бы встречать императора в чем-то получше ночной сорочки. Но толку уже было переживать?

“Голову! Голову! Голову!” — разразилось в моей черепушке так громко, что я непроизвольно сморщилась и схватилась за виски.

“Опусти чертову голову!” — бесновался Бьёрн, и в этот момент до меня дошел смысл его слов.

Пусть я сидела на полу и было не только поздно, но и бесполезно вставать для реверансов, голову склонить я могла. Нет, была просто обязана. Мое сердце настолько сильно грохотало в груди, что было больно дышать. Пальцы рук мгновенно заледенили, а по плечам побежали неприятные мурашки. Я смотрела ровно в пол и когда мыски начищенных до блеска сапог оказались перед глазами, Бьёрн снова пришел на помощь:

“Кларисса Морел дель Турин приветствует солнце империи, Его Величество Атила Вальмиера дель Турин”

Я с таким трудом произнесла эту фразу, что невозможно было передать. Голос предательски полз вверх, руки дрожали, а моя вновь обретенная интуиция просто сходила с ума. Я даже понять не могла, что именно она мне подсказывает — так много эмоций и чувств я ощутила разом.

— Вижу, выводы лекарей были поспешны.

Голос до того сильно пробирал своей глубиной, силой и чистой неприязнью, что я словно попала под толщу воды, туда, где уже не видно солнечного света.

— Подними голову. — последовал приказ, и мне стоило невероятных усилий его исполнение.

Позже, оставшись наедине с собой я прокручивала произошедшее снова и снова и осознала, что правда открылась мне в тот же миг, как я посмотрела в лицо императора. И да, мои догадки оказались верны, но радости мне это нисколько не прибавило.

Бойся своих желаний — стоило бы прислушиваться к народной мудрости хоть иногда.

В моменте же мой мозг буксовал, выдавая информацию волна за волной. Невероятное чувство, когда одна половина тебя вырывает клочки информации, которые становятся предположениями об этой самой реальности, а другая, показавшаяся мне раньше лишь интуицией, сразу же подтверждала каждую мелочь и отвечала на каждый вопрос. Деталь за деталью я выстраивала мозаику, которая складывалась сама собой и пугала все больше и больше сокрытым ответом.

Первыми были глаза, как по-другому? Чистые аметисты, они сверкали так ярко, что не было дела до черных эмоций, что клубились на дне. Такие же, как я встретила совсем недавно — увидишь этих двоих однажды и никогда не усомнишься, что перед тобой отец и сын. И пусть для меня подобный цвет был удивительным, я знала, что в отличие от Бьёрна это дело рук самой природы. Магия была не при чем.

«Отличительная черта императорской семьи. Признак чудовищной силы.»— тут же пришло в голову. Словно я знала это когда-то давно, а теперь лишь вернула утраченное воспоминание.

Затем мой взгляд скользнул по лицу, чьи линии были столь искусно выверены, что я невольно зависла на пару секунд. Залюбовалась, пусть выражение оставляло желать лучшего. Однако новая подсказка быстро перетянула все внимание на себя.

Чёрные полосы извивались словно маленькие змейки, тянулись из-под воротника вверх по шее, заползали тонкими концами на линию подбородка.

«Проклятие. Признак соприкосновения с чёрной магией.»

Едва глянув на узор, я сразу же посмотрела вниз, на пояс штанов, где ожидала увидеть меч. Особый меч. И пусть я до конца не знала, как он должен выглядеть, сомнений во мне не было. Ни одного.

«Чёрная рукоять из когтя дракона и такое же лезвие, что способно обратить все живое в прах, принося в мир очищение. Единственное яркое пятно — драгоценный камень, внутри которого словно заключено расплавленное золото. И имя ему — слеза Бога»

Иронично, не правда ли? Меч был священной реликвией, что защищала империю. Он приносил очищение, хоть и отравлял своего владельца. Мои же силы любой бы назвал разрушением, разложением, смертью. Быть может потому, что я могла воздействовать не только на живых существ?

На философские думы не было времени. Я пыталась держать лицо и подавляла истерический смех, что подбирался к горлу. Я хотела попасть в книгу? Пожалуйста! Но, вопреки ожиданиям, это откровение только сильно осложнило мне жизнь.

Стоило уточнить, я попала не в книгу, а в мир знакомой истории, которую в прошлой жизни я так и не прочла до конца. “Почему” — спросите вы. Ответ прост: я не могла читать дальше смерти моего любимого персонажа, и не важно, что он являлся главным антагонистом первого тома истории. Совсем ещё юный император, что только взошел на престол и взвалил на свои плечи огромную ношу импонировал мне больше всего.

Разве было его виной то, что вечно недовольная мать не дала и капли любви только требуя, требуя, требуя.

Разве было его виной то, что отец не признавал единственного сына своим наследником до самой смерти, не желая передавать ему обязанность хранителя империи.

Разве было его виной чувство, что родилось в груди к единственному человеку, от которого он получил частичку тепла? И что ему было делать, если сердце ее уже принадлежало другому?

Император Каэль Вальмиера дель Турин был тем, кто заставил меня рыдать целую ночь напролет, а после ещё неделю я не могла отпустить эту несправедливость. Постоянно возвращаясь мыслями к истории, я кляла автора последними словами, но сделать ничего увы не могла.