Чтение онлайн

Его руки, в этот момент, мелко тряслись от похоти и возбуждения. Агой медленно попятился вдоль стены, от страха, ледяной пот покатился по его лицу.

– Не смей этого делать! – прокричал он, с трудом сдерживая ярость, – Ата хан жестоко отомстит нам!

– Я сильнее его! – гортанно взвыл Абаасы.

– Ты должен остановиться, кам! – прохрипел Агой.

За его спиной послышался шум шагов, и появилась темная фигура старейшины кочевья.

– Я ухожу, Абаасы. Те из воинов, кто пожелает покинуть тебя, последуют за мной, – печально произнес Агой.

– Ты пугаешь меня? – прогремел черный кам и затрясся от бешенства. – Остановись, я знаю, что делаю.

– Нет! – покачал головой Агой. – Ты превратился в жестокую тварь, алчного хищника, которого вечно будут бояться, и ненавидеть люди, которого они вечно будут преследовать и, в конце концов, убьют!

– Я знаю это. Эту битву я проиграл, но это еще не конец. Деяние, которое я задумал, не облегчит моей участи, но какой будет сладкой месть! Я жестоко отомщу своим врагам, которых я ненавижу всем сердцем!

– Как знаешь, Абаасы, я не стану ни мешать, ни останавливать тебя, я просто ухожу.

Агой резко развернулся и направился в сторону, откуда доносился звук свирели.

Старейшина кочевья, который невольно стал свидетелем конца этого диалога, от страха перед черным камом, стоял как вкопанный. От ужаса, тело онемело, а руки и ноги не слушались.

– Что? – рявкнул Абаасы, – чего застыл? Распорядись, чтобы люди ложились отдыхать, и выстави часовых. Девушка, что приехала вместе со мной, сильно больна. Этой ночью я буду изгонять из нее злых духов и поэтому, заклинаю тебя хозяин, какие бы звуки ты не услышал из этой юрты, ни в коем случае не входи и не мешай мне! Если все же меня кто-нибудь потревожит, то злые демоны навеки поселятся в твоем кочевье и уничтожат твой род.

Произнеся эти слова, Абаасы повернулся спиной к старейшине, откинул входной войлок и переступил порог юрты. Девушка безмятежно спала, отключившись от внешнего мира.

– Даже сонная, как она прекрасна! – молнией пронеслось в голове.

Черного кама тут же охватило жгучее желание. Стараясь не наделать шума, он подошел к ложу, осторожно прилег рядом и, одним резким движением скинул со своей жертвы домотканое одеяло. Абаасы пьянел от этой вольности. Сняв с девушки оленьи сапожки, он на минуту задержал в руках ее маленькую хрупкую ножку, провел пальцами по шелковистой коже. Ай-наазы зашевелилась во сне, но так и не проснулась. Тем временем, черный кам наслаждался раздеванием не сопротивляющегося женского тела. Раньше, будучи мальчишкой, он не понимал, почему девушки избегали и боялись его.

– Ну, почему? Ведь я лучше, я сильнее и умнее других? – часто задавался этим вопросом юный кам. – Мое уродство? Вот причина, по которой люди ненавидят и боятся меня!

Со временем Абаасы привык к такому отношению. Он стал платить людям той же монетой. Он вырос, перенял навыки и магические знания своего приемного отца и, мстя всему человечеству за прошлые обиды, постепенно превратился в черного кама. Но теперь, раздевая спящую Ай-наазы, он вкусил другой жизненный смак, жгучее чувство того, что эта, лежащая перед ним женщина находится вся в его власти и он может сделать с ней все, что ему заблагорассудиться.

Оставалось снять с нее платье, но Абаасы не выдержал и начал срывать с себя самого стесняющие тело одежды. Покончив с этим, он тут же обнял ее, наслаждаясь страстью и властью над божественным женским телом. Под платьем тихо билось сердце. Оно билось ровно. Упругая грудь Ай-наазы плавно вздымалась и медленно опускалась вниз. Абаасы еще плотнее прижимался к ней, чувствуя нарастающую истому в собственном теле. Он посмотрел на ее сонное лицо, поцеловал еще более привлекательную и волнующую грудь. Его дыхание становилось горячим, надрывистым. Запустив руку под подол платья, он тихо произнес:

– О, Тэнгри, как она прекрасна!

Судорога охватила его тело, движения стали резки и неосторожны. Он встряхнул ее. Ай-наазы промычала во сне что-то невнятное. Абаасы встряхнул сильнее. Девушка зашевелилась, зачмокала губами как ребенок, открыла мутные ото сна глаза. Она все еще была в объятьях сновидений и не понимала в чем дело. Черный кам возликовал от этого успеха и тут же взобрался на нее. В полусонном состоянии Ай-наазы улыбнулась чему-то непонятному и снова закрыла глаза, но затем, сообразив, наконец, что происходит, с силой отпихнула от себя своего похитителя и резко вскочила на ноги.

– Не смей меня трогать своими руками! – в ужасе прокричала она, пятясь по стене к выходу.

Не выпуская из поля зрения свою жертву, Абаасы поднялся с ложа, подошел к почти погасшему очагу и подбросил в тлеющие угли охапку сухого хвороста. Языки пламени быстро охватили свежую пищу. К отверстию в куполе юрты сначала устремился дым, затем неровный свет огня озарил пространство степного жилища.

– Я понял!… Ты никогда не станешь моей по собственной воле! – устало произнес кам, все больше и больше раздражаясь.

– Ты правильно понял, Абаасы, я не боюсь тебя! – по-прежнему сильным голосом произнесла Ай-наазы.

Необузданный гнев переполнил чашу терпения. Абаасы больше не контролировал себя. В эту минуту, в лице этой девушки, он ненавидел все человечество, он готов был уничтожить весь мир, чтобы отомстить, отомстить всем, за все и разом. Но мир для него был слишком велик, погубить его Абаасы не мог, сил и возможностей было слишком мало. Перед ним стояла беззащитная девушка… Все зло и ненависть, скопившиеся за долгие годы в его черной душе сейчас были готовы выплеснуться наружу. Не стесняясь своей наготы, загораживая своим телом спасительный выход из юрты, он подошел к Ай-наазы в плотную.

– Ты все равно будешь моей, и может быть, тогда я сохраню тебе жизнь! – сквозь зубы процедил разочарованный черный кам и изо всей силы хлестнул несчастную девушку ладонью по лицу.

Потеряв равновесие, Ай-наазы упала на пол. Из разбитых губ струйкой засочилась кровь. Сплюнув под ноги своему палачу, девушка произнесла:

– Мразь, тебе никогда не сломить моей воли!

Ее пламенную речь прервал жуткий поток смеха, от которого кровь стыла в жилах.

– Сейчас ты получишь то, что заслужила, – холодно произнес Абаасы.

Ударив беззащитную девушку ногой в живот, он сыромятным ремнем стянул ей руки за спиной, подхватил в охапку и бросил на старый ковер, служивший хозяевам юрты постелью.

Ай-наазы ахнула. От сильной боли она скрутилась в комок. Не успела она перевести дух, как ее мучитель стремительно набросился на нее и стал рвать ее одежду. Силы были не равными, но, все же, придя в себя, несчастная пленница попыталась сопротивляться. Тонкая шелковая лента, накинутая на шею, удавкой сдавила горло и девушка поняла, что ей не избежать печальной участи. Внезапно удавка ослабла.