Чтение онлайн

Его слова заставили меня вздрогнуть, что явно повлияло на Колина, потому что он застонал что-то, очень похожее на «дерьмо, мать твою, блядь», в пространство между моей шеей и плечом, и сжал мою задницу так сильно, что я была уверена, что останутся следы.

Когда он, наконец, поднял голову, он криво усмехнулся.

— Мы только что окрестили твою новую кухню?

— Мы сделали это. — Я схватила свою рубашку с того места, где она висела на кране, и сказала. — Когда-нибудь, когда моя мама заскочит, не позвонив сначала, и поставит свою сумочку на это самое место, я улыбнусь, зная, как расстроит ее этот сценарий.

Колин

Что, черт возьми, я только что сделал?

Я открыл холодильник Оливии и схватил одну из трех оставшихся банок пива с вечера переезда и попытался сохранять хладнокровие, но правда заключалась в том, что я чертовски волновался.

У меня был секс с Оливией Маршалл.

У меня был секс с Оливией, надоедливой младшей сестренкой Джека.

О чем я только думал? Джек убьет меня, и это было абсолютно правильно. Я чувствовал себя самым большим мудаком в мире. Я был полон решимости не спускаться и не смотреть на ее новую кровать, но каким-то образом после работы мой член убедил мой мозг, что я могу оставить постельное белье, а затем просто уйти.

Это был абсолютно идиотский поступок.

Как только Оливия выйдет из ванной, я собирался убедить ее, что мы совершили огромную ошибку, умолять ее молчать и убраться оттуда ко всем чертям.

Дерьмо.

Может быть, мне стоит переехать. В другую страну.

Я был на середине глотка, когда она вышла, и чуть не поперхнулся.

Потому что… черт.

На ней была только майка, которая доходила ей до бедер, а ее длинные темные волосы были в беспорядке. Она выглядела так, словно только что вылезла из постели, и у меня перехватило дыхание, особенно когда она одарила меня ухмылкой Оливии.

— Нам нужно поговорить, Бек. Давай подышим свежим воздухом. — Она повернулась ко мне спиной и направилась в гостиную, так что я послушно последовал за ней. Я сжал челюсти так сильно, что стало больно, когда я заставил свои глаза оставаться открытыми, глядя на ее затылок, вместо ее идеальной задницы, когда она шла.

— Я рад, что ты это сказала, — пробормотал я, следуя за ней, когда она открыла раздвижную дверь и вышла на темный балкон.

Когда я закрыл за собой дверь, она облокотилась на перила и посмотрела на город. Я отказался от своей дисциплины и опустил глаза, но было слишком темно, чтобы разглядеть что-либо, кроме изгиба ее спины.

Дерьмо.

— Я не знаю, о чем мы там думали, — сказала она, ее голос звучал немного хрипло в темноте, — но я уверена, что мы оба согласны с тем, что это была огромная ошибка.

Я сел на шезлонг, который прилагался к квартире, и сказал:

— Согласен.

— Я уверена, что мы также согласны с тем, что Джек никогда не должен узнать о том, что произошло.

— Никогда. — Снизу донесся звук автомобильного гудка, и я скрестил руки на груди, удивляясь, как она там не замерзла. Ночь была не по сезону прохладной, но она стояла там в трусиках и майке, как будто это была жаркая летняя ночь.

— Хорошо. — Она прочистила горло и обернулась, на ее губах играла улыбка, когда свет из ее квартиры осветил ее лицо. — Так что, эм, тебе, наверное, стоит уйти сейчас, чтобы мы могли оставить эту ошибку позади.

По какой-то причине эта улыбка вывела меня из себя. Несмотря на то, что я планировал сказать ей именно то, что она сказала мне, то, как она ухмылялась и говорила мне уйти, все поменяло. Поэтому я сказал:

— Я мог бы уйти прямо сейчас, но я не знаю, захочу ли я этого.

— Что? — Ее брови сошлись вместе, как я и предполагал.

Я наклонил голову и позволил своим глазам блуждать по ней. Дерьмо, дерьмо, дерьмо — не слишком умно.

— Подумай об этом. Ошибка уже была совершена — у нас был секс. Так что… если мы снова займемся сексом в ту же ночь, это все равно будет считаться той же ошибкой.

Она быстро заморгала, как будто размышляя, и скрестила руки на груди.

— Нет, это не так.

— Значит, ты хочешь сказать, что каждый раз имеет значение?

— Да. — Она положила одну ногу на другую и стояла, как фламинго, что выглядело почему-то горячо.

— Итак, если бы мы прямо сейчас поднялись к тебе на чердак и занялись сексом четыре раза, а потом решили признаться в этом, так ты говоришь, что нам пришлось бы сказать твоему брату: “Эй, у нас был секс четыре раза, вместо, ой, у нас был секс.”

Она закатила глаза, но я мог сказать, что она хотела улыбнуться.

— Не будь идиотом.

— Итак, ты признаешь мою точку зрения.

— Вроде того. — Тогда она действительно улыбнулась, слегка покачав головой. — Я согласна, что сексуальные ошибки, вероятно, происходят на основе каждого раза, в отличие от каждого оргазма, но это все равно не значит…

— Иди сюда, Маршалл. — Она была всего в двух шагах от меня, но это было недостаточно близко. — Ты слишком далеко.

Ее улыбка изменилась, превратилась во что-то сексуальное, когда она опустила руки по бокам и сократила расстояние между нами. Вот только она продолжала приближаться, вставая между моими раздвинутыми коленями, так что мне приходилось смотреть на нее снизу вверх.

— Итак, вот что я думаю. — Я положил руки ей на талию и сжал, а затем, святое дерьмо, Оливия забралась ко мне на колени, как будто это было совершенно естественно.

— Доверь это мне.

С меня хватит. Всякая нерешительность исчезла, когда она улыбнулась и поддразнила меня. Я сказал:

— Если это наш единственный раз, не обманываем ли мы самих себя, не показывая нашу лучшую работу? Я имею в виду, не пойми меня неправильно, мне действительно понравилась наш секс на столешнице…

— Как и мне…

— Но я могу предложить тебе больше. У меня есть кое-какие навыки, которые я хотел бы продемонстрировать.

Это заставило ее рассмеяться. Она сморщила нос и сказала:

— Так что, по сути, ты хочешь убедиться, что я знаю, насколько ты хорош, прежде чем мы никогда больше этого не сделаем.

— Вот именно. — Мне тоже было трудно не рассмеяться, когда она так на меня смотрела. — А ты нет? Или, может быть, у тебя нет навыков…

Она закатила глаза.

— Поверь мне, у меня есть навыки.

— Я не думаю, что верю тебе.

— Правда, Бек?

Она наклонилась ближе и прошептала мне на ухо что-то настолько невероятно грязное, что мои пальцы рефлекторно сжались на ее спине. Я не знал, может ли она сделать это своим языком или нет, но я был полностью за то, чтобы выяснить это.