Чтение онлайн

Она ничего не выдаёт, и я вижу, что она яростно оберегает своё личное пространство.

Я не против этого, правда. Но что меня не устраивает, так это выражение беспокойства и страха в её глазах, которое появляется только в тот момент, когда она думает, что никто не смотрит.

Меня также не устраивает комок в животе, который подсказывает мне, что эти две вещи напрямую связаны.

— Боже мой, — выдыхает она, когда мы входим в огромный зал, полный игровых автоматов, мигающих огней и громких звуков. — Это безумие.

— С ума сойти, да? Наверное, мне следовало проверить, нет ли у тебя эпилепсии, прежде чем вести сюда.

Она тихо хихикает.

— Здесь ты в безопасности.

Я подталкиваю её ногу нашими соединенными руками.

— С чего хочешь начать?

Её глаза расширяются.

— И как вообще нужно выбирать?

Я подмигиваю ей.

— Понятия не имею. К счастью для тебя, у нас есть время опробовать их все.

Она ухмыляется так широко, что на её левой щеке появляется ямочка, которую я никогда раньше не видел.

Я сглатываю. Поскольку думал, что она не может стать ещё красивее.

Я покупаю ей карту с баллами и веду к играм с мячом.

— Давай покидаем мячи в кольцо.

Я почти ожидаю, что она откажется или предложит мне начать первым, поэтому, когда она закатывает рукава и хватает мяч, я серьёзно впечатлён.

Я впечатлён ещё больше, когда её первый бросок пролетает сквозь маленькую сетку.

— Леброн Джеймс, берегись.

— Полагаю, это называют везением новичка.

Я беру ещё один мяч и протягиваю ей.

— Тогда давай это выясним.

Она была не совсем права. Поскольку делает всего несколько удачных бросков, но улыбается так широко, что я понимаю — ей всё равно.

Она оглядывает зал в поисках следующей игры — мне знакомо это чувство. Эти игры могут быть предназначены для детей, но они будоражат.

— Хочешь выиграть одного из этих гигантских плюшевых мишек?

— А разве ты не собираешься выиграть его для меня? — дразнит она с кокетливым выражением лица.

Чёрт возьми, да, именно так.

Я хватаю её за руку, и она идёт со мной, подпрыгивая.

— Какого ты хочешь, Либ?

Она хихикает.

— Ты чертовски уверен в себе для того, у кого нет ключа от автомата.

Я ухмыляюсь ей.

— У меня есть карта с большим балансом и полтора часа свободного времени. Скажи, какого ты хочешь.

— Розового.

— Отличный выбор.

У меня уходит около сорока пяти минут, но когда мы выходим из аркады, на наших лицах одинаковые улыбки, а в руках нелепо огромный розовый плюшевый мишка.

И, да, как замечает парень за стойкой, я, вероятно, мог бы купить ей игрушку дешевле, чем потратил, пытаясь её выиграть, но где же в этом веселье?

***

— Мы можем пойти куда-нибудь получше, если хочешь.

Она качает головой, и её золотистые глаза сияют.

— Пицца — идеально.

Пицца никоим образом не идеальна, но, увидев, как она расслабилась в аркаде, я решаю отказаться от идеи с фешенебельным рестораном и оставить всё в неформальном ключе.

Сейчас я готов на всё, чтобы ей было комфортно.

Нас усаживают за столик в дальнем углу заведения. Это не отдельная кабинка в глубине, но сойдёт.

— Какую пиццу любишь? — спрашиваю я, пока мы изучаем меню.

— С ананасами, ветчиной и сыром.

— С ананасами? На пицце? — я возмущаюсь.

— Не ругай, пока не попробовал.

— Но она же будет тёплой, — я содрогаюсь.

Она смеётся над моим брезгливым выражением лица.

— А какую тогда пиццу любишь ты?

— Практически любую.

— Кроме ананасовой, — ухмыляется она.

— Кроме ананасовой.

— Что будете заказывать? — появляется официантка с блокнотом в руке.

— Мне мясную с оливками, а ей — с ананасами.

Официантка кривится, и я усмехаюсь.

— Я то же самое сказал.

— Всегда найдётся один такой, — поддразнивает она. — А что будете пить?

Мы заказываем колу и снова остаёмся одни.

Либби нервно опускает взгляд, пока я открыто разглядываю её, впитывая каждую черточку её лица. Кажется, я не могу себя контролировать, когда она рядом.

— Почему ты, наконец, согласилась? — спрашиваю я.

Её глаза удивлённо поднимаются на меня.

— Что?

— Со мной... на свидание... что заставило тебя, наконец, сказать «да»?

Она пожимает одним плечом.

— Честно, я не уверена... Ну, Джинни была моим главным болельщиком...

— Придётся купить ей помпоны.

Она прикусывает губу, уголки губ дрожат от улыбки.

— Наверное, я поняла, как сильно мне нравится видеть тебя с тех пор, как ты начал постоянно приходить в библиотеку.

Выходит, моя настойчивость всё же окупается.

— Я не видел тебя снова на пляже.

Она мягко качает головой, и её щёки заливает румянец, который я уже успел полюбить.

— Почему?

— Ты бы сам появился там после того, как так позорно опростоволосился?

Я невольно вздрагиваю от слова «опозорился».

— Никто не считает тебя дурой.

Её взгляд смягчается, золото в глазах разгорается ярче.

— Ты больше всех должен считать меня дурой. Но неважно, ужаленный змеей боится верёвки.

К тому, что я о ней думаю, мы ещё вернёмся, но одно могу сказать наверняка — она не дура.

— Ты больше не плаваешь?

— Я начала ходить в бассейн, — она кривится.

Я ухмыляюсь.

— И как тебе там?

— Ненавижу его, — признаётся она виноватым тоном. — Там так жарко и воняет хлоркой... Я даже думать не хочу, что плавает в той воде.

— Тебе стоит вернуться на пляж, солёная вода такая освежающая и чистая, — пытаюсь я соблазнить её. — ... и там есть один симпатичный парень, который дежурит на волнах.