Чтение онлайн

— Похоже, мой сын в твоей команде, — снова пищу я.

Его брови взлетают вверх:

— У тебя есть сын?

Я прикусываю нижнюю губу и киваю:

— Ты мне этого не говорила.

— Ты не говорил мне, что работаешь тренером по баскетболу.

— Аргументированный довод. — Он медленно кивает, явно все еще обдумывая все это.

— Я многого тебе не рассказывала...… мы ведь не совсем знаем друг друга, помнишь? — напоминаю я ему.

Он хмурит лоб, пытаясь осмыслить эту новую информацию:

— Извини, тебе придется поговорить со мной об этом… сколько лет твоему сыну?

Я сдерживаю смешок. Его растерянное лицо такое милое.

— Шестнадцать.

Знаю, о чем он думает... если моему сыну шестнадцать, то сколько лет мне?

— Ты уверена, что он — твой сын, потому что, черт возьми, ты не выглядишь достаточно взрослой, чтобы иметь ребенка такого возраста.

Пожимаю плечами, на моих губах играет улыбка:

— Почти уверена, что он — мой. Я родила его, если мне не изменяет память.

Он усмехается, хмурое выражение на его лице исчезает и превращается в улыбку:

— Сколько тебе лет, Моргс?

Я могла бы сказать ему, что спрашивать возраст у женщины невежливо, но в конце концов он это выяснит – если, конечно, все еще захочет встречаться со мной после этого откровения.

— Тридцать два... — я пожимаю плечами. — Он появился, когда я была юна.

Дьявольская ухмылка украшает его великолепное лицо:

— Черт, Моргс… ты чертовски привлекательная м…

— Ш-ш-ш, — шиплю я, и с моих губ срывается смешок. — Ты не можешь говорить этого здесь.

— Это моя команда. — Он улыбается еще шире. —Я могу говорить, что и когда захочу.

— Другие мамы смотрят, — говорю я, бросая взгляд в сторону, чтобы убедиться, и, конечно же, все взгляды устремлены на нас.

— Пусть смотрят. — Он усмехается, не отрывая от меня взгляда.

Мы стоим почти неловко, излучая сексуальное напряжение, не произнося ни слова.

Я слышу топот ног — мальчики возвращаются в спортзал.

— Еще круг! — громко кричит Броуди, даже не отрывая от меня глаз.

Слышу хор стонов, но они делают, как им говорят, и снова покидают спортзал.

— Итак… я — мать-одиночка... для тебя это проблема?

Его губы растягиваются в сексуальной ухмылке, голова медленно качается:

— Нет. Для меня это не проблема.

Мне это нравится. Мне это очень нравится.

— Хорошо… это... хорошо, — неуверенно отвечаю я.

— Я лучше вернусь к делу, — говорит он, подбрасывая мяч в руке, отчего я подпрыгиваю.

Он посмеивается и поворачивается, возвращаясь к своей тренировке.

— Бро… тренер Оуэнс, — говорю я, прежде чем он успевает отойти слишком далеко.

Он оглядывается на меня через плечо, и, Боже, он такой сексуальный, что я не могу с этим смириться.

— Сколько тебе лет?

— Столько же, сколько и тебе, — отвечает он, прежде чем подать мяч, и длинные ноги несут его обратно к краю площадки.

Я наблюдаю, как он совершает какое-то хитроумное движение с мячом, прежде чем попасть в кольцо с трехочковой дистанции. Мяч со свистом влетает в корзину.

— Довольно ловко, — бормочу я себе под нос.

Он оборачивается, и от его взгляда у меня перехватывает дыхание.

— Вау, — выдыхаю я, а мой пульс учащается, когда я на дрожащих ногах возвращаюсь к группе женщин, которые таращатся на меня так, словно у меня выросла дополнительная голова.

Не могу поверить, что он здесь.

Я вдруг жалею, что не надела что-нибудь поприличнее рваных джинсов и белой футболки. Я не нанесла макияж, и мои волосы собраны в небрежный узел, а пряди беспорядочно свисают вокруг лица.

Он, наверное, не может поверить, что я — та самая женщина из бара.

— Ну, это выглядело ужасно уютно, — поддразнивает Изабелла, когда я снова присоединяюсь к группе.

— Я, э-э... на самом деле, немного его знаю, — признаюсь я. — Но я не знала, что он их тренер.

Думаю, нет смысла нести чушь. Такие женщины, как эта, могут учуять фальшь за милю.

— Пожаааааалуйста, скажи нам, что ты встречалась с ним, чтобы мы все могли прочувствовать его через тебя, — говорит одна женщина, в то время, как другая спрашивает, видела ли я его голым.

Я нервно хихикаю:

— Нет, нет... во всяком случае, пока.

Это вызывает такой громкий смех, что Броуди отворачивается от группы мальчиков, которые закончили свою пробежку и собрались вокруг него.

Он натягивает бейсболку на голову задом наперед и ухмыляется нам, этот чертовски сексуальный изгиб его губ, от которого у меня внутри все переворачивается.

Христос.

Мне нужно убраться отсюда, пока я не сделала что-нибудь, что даст моему сыну реальный повод смутиться.

Броуди

Я бросаю мяч в кольцо, и он попадает в щиток, прежде чем упасть в сетку. Разминаю плечо, пытаясь облегчить дискомфорт. Я вожусь с Адамом всего около двадцати минут, а оно уже дает о себе знать. Он подбирает мяч и лениво ведет его к линии штрафного броска.

— Как сегодня себя чувствовали тигрята?

Он называет мою команду «Тигрята». Технически это молодежная команда «Тигры», но, думаю, «Тигрята» тоже подойдет.

— Сильные. Стойкие. — Я киваю. — В этом сезоне мы выбрали несколько хороших вариантов.

Он кивает и бросает мяч в кольцо. Это происходит без особых усилий. Он не зря является лучшим бомбардиром страны.

— Я видел, как некоторые уходили; я бы убил за то, чтобы в шестнадцать лет быть такого роста.

Я смеюсь. Адам возвышается над большинством нормальных людей, и я сомневаюсь, что в подростковом возрасте он был другим. Подбрасываю мяч, который подобрал на площадке за его корзиной, и бросаю ему обратно для следующего удара.