Чтение онлайн

— Текинцы подстрелили.

— Бывает, — флегматично пожал плечами прапорщик.

— И не говори.

«Добровольцев» сопровождали несколько саперов, тащивших на себе ящики с тремя пудами динамита и столько же пироксилина.

Сам Дмитрий нацепил на спину сделанный из кожи и деревянных дощечек ранец, в котором лежали гальванические принадлежности и запалы, переложенные между собой слоями толстой материи. На долю гардемарина достался моток «бикфордова фитиля» взятого на всякий случай, а гордый сын маленького осетинского народа полез вперед налегке, держа в правой руке кинжал.

Как выяснилось, эта предосторожность оказалась совсем нелишней и, можно сказать, спасла нашим друзьям жизнь. Дело в том, что во рве, совсем рядом с траншеей оказался текинский секрет. Трудно сказать, получилось ли это случайно или они нарочно поджидали русских саперов, но им едва не удалось захватить их. Впрочем, службу они несли не слишком бдительно, а потому появление Дзамболата в ватном бешмете и мохнатой папахе оказалось для них полной неожиданностью.

Зато Абадзиев действовал решительно, в два взмаха кинжалом он отправил на тот свет двух противников и схватился с третьим. Четвертый, правда, уже занес над храбрецом свою шашку, но тут же свалился наземь с разрубленной головой.

— Тихо! — шепотом прошипел Будищев, убирая на место линеманновскую лопатку.

— Хо-хорошо, — ответил ему, выбивая зубами дробь, схватившийся за револьвер Майер. — К-как вы его ловко…

— Ловко, это про Дзамболата, — блеснул в темноте зубами Дмитрий, — а я так, погулять вышел.

Мокрая глина успела схватиться на морозе тонкой корочкой льда, к счастью, не слишком прочной. Зато, она недурно гасила звуки, отчего работу подрывников почти не было слышно. Ловко вырубив в почти отвесной стене рва нишу, прапорщик стал укладывать туда ящики с взрывчаткой, предварительно снабдив ее запалом.

— Ты и впрямь полагаешь надобно дополнить гальванику фитилем? — прошептал гардемарин.

— На всякий случай, — так же тихо отвечал ему Будищев, после чего добавил, — а случаи бывают разные!

Тут Майер, как на грех, припомнил рассказанный ему в свое время приятелем один весьма пикантный, чтобы не сказать скабрезный, анекдот и едва не задохнулся от еле сдерживаемого хохота, под укоризненными взглядами своих спутников.

Наконец, все было готово, и друзья медленно попятились, осторожно укладывая на землю провод. Так шаг за шагом, достигли они безопасного места, откуда можно было произвести подрыв.

— Господа, вы скоро? — высунулась сверху голова в офицерской фуражке.

— Ты, блин, кто? — изумился Будищев, едва не рубанув ее от неожиданности лопаткой.

— Апшеронского полка, поручик Остолопов! [4] — обижено ответил офицер. — Прислан со своей полуротой, чтобы прикрыть вас в случае надобности…

— Оно и видно, — буркнул в ответ прапорщик. — Да не кричите вы так, а то неровен час накличете.

— Вы готовы? — появилась новая голова, на этот раз в лохматой папахе.

Судя по голосу, это был командовавший всей операцией войсковой старшина флигель-адъютант граф Орлов-Денисов. Потомок самого младшего из знаменитых братьев Орловых, он рано потерял жену и с тех пор, казалось, искал смерти. Вышел из гвардии и отправился Кавказ. Участвовал в Среднеазиатских походах и даже в борьбе с чумой, свирепствовавшей в Астраханской губернии. В общем, по мнению Будищева, этот бывший кавалергард также принадлежал к категории «отмороженных на всю голову» и именно ему было самое место среди подрывников.

— Так точно, — отрапортовал Дмитрий. — А вы?

Если флигель-адъютант и удивился наглому вопросу от прапорщика, то не подал виду. Дело в том, что основные силы и впрямь задерживались. Сама пехотная колонна построена и готова, но перед началом штурма следовало засыпать ров фашинами, специально нарезанными в окрестных садах, а вот их-то еще не подвезли.

— Ждите! — велел им граф и исчез.

Прошло несколько минут томительного ожидания. Майеру страшно хотелось курить, Будищева так и подмывало подорвать заряд к чертовой матери, не дожидаясь команды, и только Абадзиев являл собой пример поистине олимпийского спокойствия. Наконец, вверху снова возникла голова Остолопова.

— Взрывайте, господа, мы готовы!

Дмитрий обрадованносхватился за машинку и с такой силой крутанул ручку, как будто хотел ее оторвать. Затем, его лицо приобрело какое-то совершенно инфернальное выражение и он замкнул контакты. Прошло еще несколько ужасно длинных мгновений и… ничего не случилось.

— Твою мать! — выругался прапорщик и бросился проверять контакты, провод, снова крутить ручку, приговаривая, — сейчас все будет, я ее заставлю…

Гардемарин поначалу заворожено наблюдал за этим действом, но затем в его голове что-то щелкнуло, и он пулей бросился к заряду, очевидно намереваясь поджечь фитиль, специально оставленный на такой случай.

— Куда ты? — запоздало крикнул Будищев, по инерции замыкая контакт.

На этот раз все сработало штатно, и прогремел взрыв. Пробежавшая по земле дрожь едва не свалила подрывников с ног, но они все же сумели удержаться и бросились по полу обвалившемуся ходу на поиски Майера. В первый момент показалось, что его нигде нет, но потом Дзамболат заметил торчащий из-под земли сапог и бросился к нему. Через секунду к нему присоединился Дмитрий и они вдвоем руками отрыли незадачливого моряка.

— Жив? — гортанно спросил осетин.

— Вроде бы, — буркнул в ответ прапорщик, расстегнувший на груди приятеля тулупчик, и приложив ухо к груди.

— Тогда я пошел, — кивнул тот и ринулся туда, где, судя по звукам, разгоралась нешуточная схватка.

— Нет, ты глянь, ну что твой сайгак! — покачал головой ему вслед Будищев.

Потом резким рывком поднял гардемарина и, перекинув его через плечо пошагал к своим, то и дело спотыкаясь, но все же удерживая свою драгоценную ношу. Впрочем, долго идти ему не пришлось. Скоро подбежали матросы с саперами и подхватили раненого офицера.

— Тащите его к красному кресту, — велел им Дмитрий, с облегчением переводя дух.

— А мы куда, ваше благородие? — с явным возбуждением в голосе спросил оставшийся с ним Деев.

— Куда-куда, на батарею, — отозвался прапорщик. — Не то, чует мое сердце, законопатит ребят начальство в какую-нибудь задницу и положит ни за грош.

— Как прикажете, — заметно поскучнел вестовой.

— Боишься без трофеев остаться? — усмехнулся Дмитрий.

Ответом ему было красноречивое молчание.

— Дурачок ты, парень. Сейчас там такой замес пойдет, что на один георгиевский крест — десять деревянных. Потом, дерибан начнется, только много ты все равно не утащишь. Потому как до хрена вас там таких умных будет.

— И что делать?

— А вот скажи мне, братан. Куда твои добытое потащат?

— Известное дело, к маркитантам.

— Вот именно. Поэтому твоя задача рассказать им, что самую лучшую цену за ковры и прочее дают не «карапеты с джамшутами» а купец третьей гильдии Федор Шматов! Вот так. Чем больше приведешь, тем больше твоя доля. Усек?