Чтение онлайн

Подходит. Черная рубашка на выпуск, брюки. Но гармонирует с пиджаками гостей. Встает рядом.

— Рада, что ты здесь, — Габриэлла улыбается, как другу. Поворачивается ко мне. — Как вам ужин?

— Произведение искусства. Подача. Блюда. Алхимия, волшебство, но никак не кухня. Отдельная благодарность за Равеля и его гипнотический Болеро.

— Организаторы вечера, как и наши повара и кондитеры, старались, — вступает в разговор Жером. Это понятно. SBN отвечает за казино и отели.

— Да. На уровне, — подхватывает Джошуа, рассматривая меня более внимательно. — Мне, как вегетрианцу, тоже угодили.

Не удивлена. Мероприятие частное. По приглашениям. И, однозначно, стоят такие приглашения не один десяток тысяч евро. Поэтому согласовывали блюда с предпочтениями и диетами гостей.

— Здесь тоже игровые залы, когда не проходят мероприятия?

— Да. Мэдсен и оба Тузе — частные игровые салоны. — Отвечает Жером. — Вход только клиентам с золотыми и платиновыми картами.

Тем временем свет вновь напоминает о продолжении пати, и Габриэлла вновь смотрит на меня.

— Вы когда нибудь бывали на аукционе?

— Нет.

— Надо сделать рокировку. — Смотрит на Льежуа, и переводит взгляд на меня. — Сядете за моим столом. Если вам что-то понравится, просто поднимайте руку. А Джошуа с сестрой проведет вам небольшой экскурс в мир драгоценных камней.

Понимаю, что она опекает меня из-за того, что ее муж увел Харда, и она, к тому же, чувствует вину, что прервала наш с Айсом романтический вечер. Но я не хочу, чтобы она чувствовала неловкость.

— Благодарю. Я наслаждаюсь вечером, — даю понять, что у меня все в порядке и опекать меня не надо.

Тем не менее, отказать ей не вижу повода. И тем более не откажусь от интересной лекции.

— Брай, присоединяйся к нам, — внезапно добавляет она, и я скрываю желание скривится. Вот не хочется, чтобы он маячил перед глазами.

Направляемся к столу. Но чувствую, что-то не так. Не пойму, что, но интуиция сигналит. Будто тянет подол. Слегка поворачиваю голову. Чуть поодаль дефилирует Хизер и смотрит на шлейф моего платья. Рядом идет официант с напитками. Еще секунда-две — и она толкнет официанта. Намеренно. Тот либо опрокинет содержимое бокалов, либо наступит на тонкую органзу.

Как любили говорили мои коллеги из таймшера «вот же сучка крашена». Не без иронии. Ее маневр понятен. Она хочет повредить платье, чтобы я уехала с пати. Расчищает себе путь. Возможно, рассчитывает, что Айслер вернется с принцем на мероприятие, а тут она во всей красе, так сказать.

Ну нет, дорогая. Планы придется поменять не мне, а тебе. «Чтоб ты искупалось в вине», — с улыбкой на губах подбирая подол. Судя по фейловому вайбу на ее лице, интуиция меня не подвела.

Не успеваю дойти до стола Габриэллы, когда слышу громкий возглас. Оборачиваюсь. Садясь за стол, Хизер нечаянно задела локоть своей матери, которая держала в руках бокал шампанского, и все содержимое вылилось на ее изумрудный шелк.

Я реагирую спокойно. То есть, не показываю вида. Зато вижу реакцию Брая. Он смотрит на меня. Будто знает, чьих рук дело. Делаю вид «Дерьмо случается. Не повезло девушке», и, наблюдая, как Хизер с матерью быстро направляется к галерее, сажусь за стол Габриэллы, где мне расчистили место.

— Располагайтесь, — улыбается принцесса, как радушная хозяйка, и, пока официанты разливают по бокалам напитки на выбор, уходит с Льежуа.

Рассаживаемся. Рядом со мной садится брат с сестрой Спирро. Напротив рядом с Розентом и Веберами — Брай.

Все вновь погружается в темноту, за исключением небольшого пространства в основании зала, где стоит принцесса Габриэла с микрофоном в руках.

— Друзья, — улыбается она. — Мы достигаем многого в жизни, только отдавая другим, и наш ежегодный гала-вечер организован для того, чтобы оценить лучшее в жизни, а также дать участникам возможность сделать пожертвование в пользу достойных местных благотворительных организаций, меняющих жизнь к лучшему. Это непростое время для всех во всем мире, и мы объединяемся, чтобы сделать что-то действительно хорошее. Да начнется аукцион!

Габриэла передает микрофон аукционисту, а я вновь чувствую взгляд на себе из темноты. Спокойный, изучающий. Брай сидит напротив, небрежно откинувшись на спинку стула. Смотрит на освещенное пятно зала. Черные очки скрываются глаза.

Он, что ли, наблюдает? Зачем? Нянькой поставили ко мне? Или это вообще не он? Напрягает это незнание.

Кажется, аукцион будет веселым, — кривлюсь я и перевожу взгляд на аукциониста.

Зал наполняют аплодисменты, Габриэлла возвращается к основанию стола и эстафету перенимает аукционист.

— Дамы и господа, — вещает он. — Сегодня мы рады представить вам легендарных ювелиров современности. Каждое их украшение — это квинтэссенция невероятных технических сложностей и природной красоты камней. Каждое — из частной коллекции. За их шедеврами коллекционеры готовы выстраиваться в очередь…

По залу дефилирует модель, демонстрируя брошь на черном закрытом платье.

Первый лот. От тайваньского ювелира Анны Хо [изменено]. Ее драгоценности — настоящая ода природе и ювелирному искусству. В рамках преобразующей стратегии «Один пояс, один путь», реализуемой Китаем, и совместно с Фондом князя Монако, Анна Хо специально для благотворительного мероприятия в Монте-Карло, разработала уникальную брошь «Прыгающий кои». Этот кои, окруженный плавающими лилиями и перепрыгивающий через пурпурно-красный рубеллит весом 38,48 карата, выполнен из прекрасно вырезанного фиолетового халцедона с волнистыми плавниками из бриллиантов и сапфиров. Стартовая цена 220 000 евро…

Начинаются торги. Все рассматривают не только модель, но и экраны, где показывают рилс с «прыгающим карпом», а также каталоги аукциона, лежащие на столах и загруженные в специальные приложения на смарты.

— Вы когда-нибудь бывали на ювелирных показах? — тихо спрашивает Джошуа.

— Никогда. Я полный нуб в мире драгоценностей.

Ну почти. О Ведьмином камне и танзаните я уже знаю.

— Хотите расскажу?

— Конечно. — Мне реально интересно.

— Анна, например, в прошлом виолончелистка. Но из-за травмы плеча ушла в ювелирное дело и перенесла страсть к музыке в ювелирное творчество.

— Брат прав. Она больше композирует, чем создает, — подхватывает Ава. — И ее работы — это смесь культур. Восточные корни и западное образование. Например, ее браслет «Enchanted» вошёл в постоянную коллекцию британского музея.

Киваю. Слушаю. Отмечаю, что Джошуа с Авой не просто продолжатели ювелирных традиций и отцовского дела. Это их страсть.

— Продано даме в голубом за 520 000 евро! — слышится голос аукциониста, а мне хочется поежится. Я вновь чувствую взгляд на себе. Смотрю на Брая. Он разговаривает с Розентом. Значит, не он? Перевожу взгляд на экран с пурпурно-красным рубеллитом на черном бархате, и внезапно будто из недр подсознания вспыхивает визуал. Кровавое пятно. Нет, это не рана. Пятно на черном небе. Как красная луна. Чертов Ктулху. Что за хрень? Откуда этот визуал? Мне реально становится не по себе.