Младшая сестра Золушки была гангстером
Шрифт:
— Ты слишком привередлив, — буркнула Лилиан.
Сложив руки на груди, она повернулась к Тыку, который всё ещё мерзко хихикал, указывая когтистой лапой на портрет. После того как я запер его в клетке, эта пушистая мерзость только и делала, что вредничала со мной.
«Передай этой заразе, что хорошо смеётся тот, кто смеётся последним».
— Тык, — ласково пропела Лилиан. Питомец сразу же обратил на нее внимание, подлетел и приластился к ее плечу. Подхалим рогатый.
Почесав Тыка за ухом, Лилиан добавила:
— Костя говорит, что очень по тебе скучает и любит.
«Да когда я такое сказал?!»
Лилиан не обратила на мое возмущение никакого внимания. Тык же, перестав ластиться, заглянул в ее глаза. Его пасть медленно растянулась в хулиганской ухмылке.
«Заразина! Как только завладею телом здоровяка под сто кило, ты пожалеешь!»
Лилиан поморщилась.
— Я не хочу обнимать и целовать стокилограммового здоровяка.
«А дрища, деда и страхолюдину с тех портретов хочешь?!»
— Ну это же на время. — Лилиан посмотрела на портреты, и я снова увидел эти стремные рожи. Если бы у меня был желудок, меня точно бы затошнило. Или чем там тошнить может?
— Помнится, ты кричал, что тебе важно только то, чтобы тело было мужским, — добавила Лилиан.
Я хотел было возразить ей, но в дверь вдруг настойчиво и громко постучали.
— Принцесса Изабелла, — произнесла вошедшая чопорная старушка с осанкой настолько прямой, будто она проглотила столб. — Вам пора на урок этикета.
Вздохнув, Лилиан помахала Тыку и, подобрав полы пышного серебристо-голубого платья, пошла за старухой, которую звали мадам Сенье. Я же называл ее «мадам Сено» ну или просто «Сено». Прикол в том, что от нее даже пахло сеном — настолько сухой она была.
Здесь, наверное, надо поставить паузу и внести кое-какие пояснения.
Итак, я умер. Снова. Вернее, умерло мое второе тело — душа-то у всех типа бессмертная. Не знаю, почему в первый раз я вселился в тело Доротеи и не улетел в мир иной, но теперь я остался в этом мире исключительно благодаря моей прекрасной Лилиан. Она когда-то успела сложным заклинанием привязать мою душу к себе на всякий случай. Собственно, так она и нашла меня в полицейском участке Вермишеля. Ну а после того, как тело Доротеи умерло, моя душа переселилась в тело Лилиан. Управлять её телом я не могу, но вижу всё, что видит она, и могу мысленно общаться с ней. Ну а во сне я предстаю перед Лилиан самим собой, и там мы с ней…
Так, ладно, опустим интимные подробности, у нас тут возрастной рейтинг неподходящий.
В общем, теперь я живу как паразит в теле своей любимой и отравляю ее сознание своей болтовней. Но она пока не жалуется. Однако в последнее время активно начала подбирать для меня подходящую для переселения тушку из числа нечистых на руку представителей дворянства. Вермишель их все равно либо казнит, либо закроет в тюрьме на всю жизнь, так почему бы мне не нырнуть в одного из них? Такую аферу даже король одобрил. Лилиан пару месяцев назад подсуетилась и состряпала проект закона, который разрешает переселение души в тела преступников и в последствии снимает с них все обвиненийя. Подсунула его своему папаше, ну а тот, все еще в экстазе от того, что его дочка вернулась к нему, подмахнул документ почти не глядя.
Кстати о короле. Как вы уже поняли, мы с Лилиан и Тыком теперь живем во дворце. После того, как поймали Золушку и изгнали ее демона, Лилиан восстановила вторую туфельку и вместе с Вермишелем прибыла во дворец. Родинки, туфельки и родительское чутье сыграли свои роли, и Лилиан стала принцессой Изабеллой. Признаюсь, мне до сих пор сложно называть ее как-то иначе, чем Лилиан, но надо привыкать. Королевские чародеи предложили ей вернуть свою внешность, но Лилиан сказала, что ни за что не согласится выглядеть как «тварь, которая наделала хренову тучу гадостей и едва не уничтожила королевство». Собственно, после этой фразы, сказанной прямо в тронном зале перед высокопоставленными людьми, Лилиан отправили на уроки этикета. Чарминга этот случай крайне развеселил.
Принц был единственным при королевском дворе, кто знал о моем существовании. Мы с Лилиан посоветовались и решили, что Чарминг должен знать, кто был в теле Доротеи и кого любила его сестра. Разумеется, парень был в полнейшем шоке, когда Лилиан все ему рассказала. Причем шокировало его ни столько переселение души, сколько тот факт, что он ухлёстывал за девушкой, в теле которой находилась душа мужика. Выслушав рассказ сестры до конца, Чарминг поднялся и, не моргая и немного пошатываясь, вышел из комнаты. Мы с Лилиан тогда подумали, что рановато обрушили на него такую шокирующую правду — Чарминг еще не совсем отошел от Золушкиного гипноза.
Принцу понадобилось около трех дней на то, чтобы переварить услышанное. На четвертый он пришел к нам и, пристально всмотревшись в глаза сестры, протянул ладонь и произнес:
— Предлагаю начать наше знакомство заново, месье Субботин.
Я велел Лилиан пожать его лапу и передать, чтобы он звал меня просто «Костя». Ну или «Констанция». Чарминг усмехнулся, а я подумал, что, когда переберусь в новое тело, обязательно угощу его хреновухой. Так-то принц неплохой мужик, если не бегает за мной с влюбленными глазами и не находится под гипнозом Золушки.
Наверное, все же стоит сказать пару слов об этой маньячке. Вермишель заточил ее не просто в тюрягу, а в настоящий бункер для самых опасных преступников. И пусть Золушка без своей крестной феи не могла серьезно колдовать, Вермишель не стал рисковать. За это я его зауважал. Немножко. Все же он меня крайне бесил, потому что в открытую продолжал клеиться к Лилиан, полностью игнорируя то, что я все вижу. И да, Вермишель тоже знал, что моя душа жива и на данный момент сосуществует вместе с душой Лилиан.
Собственно, вот и все, что следовало пояснить. О, забыл добавить, что у Лилиан теперь очень мало свободного времени — она вся в уроках. Родаки решили сделать из нее настоящую принцессу, которая, если что, могла бы мудро править королевством. Разумеется, никто Чарминга с его поста наследного принца смещать не собирался, но, как говорят король с королевой, «в будущем мальчику потребуется верная и надежная помощница», а на кого как не на родную сестру ему еще можно положиться? В общем, нам с Лилиан приходилось терпеть нудные уроки, ломать мозги над политическими задачами и пытаться запомнить всех правителей этого мира и членов их семей.
От всего этого можно было рехнуться! Особенно от уроков этикета, которые вела мадам Сено.
С трудом высидев положенные два часа и зазубрив, как надо вести себя на балах, мы с Лилиан вернулись в свои покои — просто огромнейшее помещение, состоявшее из гостиной, спальни, ванной комнаты, кабинета и гардеробной.
— Мне срочно надо на свежий воздух, — сказала Лилиан подлетевшему к ней Тыку.
Я с ней был полностью согласен. Мадам Сено сегодня была особенно придирчивой и настойчивой. Пока Лилиан не научилась делать идеальный книксен, она не отпустила ее на пятиминутный перерыв.