Чтение онлайн

От 2 мая 1900 года:

…6 мая еду в Миргород на 3–4 дня. Надо приготовить Петровцы к общему приезду семьи. Наши все понемногу поправляются, но кашляют по слабости… [378]

От 7 апреля 1901 года:

… В среду 11-го в 12.00 еду по Курской дороге в Петровцы дней на 10–15. Приглашаю ехать вместе. Расходы мои.

Влияние Елизаветы Семёновны — ученицы самого А. Г. Рубинштейна [380] — на пожилого мужа и детей совершенно преобразили быт семьи по мере роста её благосостояния. В доме появились гувернантка-француженка, учитель музыки, много внимания уделялось чтению, танцам, театрам. Все дети прекрасно говорили по-французски. К гимназии их готовили нанятые учителя.

Без преувеличения можно заметить, что именно благодаря упорству и способностям матери в воспитании детей из этой семьи вышли такие известные в Европе личности, как Татьяна и Георгий Адамовичи, о которых мы скажем ниже.

К сожалению, Виктор Михайлович не узнает об этом. Его здоровье резко ухудшится к середине февраля 1903 года. Из письма к сыну Борису в Варшаву от 12 февраля 1903 года:

… Отпросись и приезжай немедленно. О чём прошу и командира полка.

Отец. [381]

14 февраля Борис Викторович выехал в Москву и находился рядом с больным 2 недели. На этот раз обошлось. Но 2 апреля телеграмма Елизаветы Семёновны вновь позвала его в дорогу.

Отец пожелал ехать в родовое миргородское имение, всё ещё надеясь на лучшее. К сожалению, чуда не произошло. 21 апреля 1903 года на 64-м году жизни В. М. Адамович скончался от старческой астмы на руках близких и был похоронен на погосте Преображенской церкви села Петровцы.

Много позднее сын Георгий вспомнит об этом:

Панихида по «ушедшему» директору была отслужена 22 апреля в Скорбященской церкви военного госпиталя протоиереем А. А. Копецким. Отдали дань памяти усопшему «Московские ведомости» [382] и «Московский листок» [383] , поместившие скромные некрологи об этом сердечном и прямом человеке.

Высочайший приказ по Военному министерству «Об исключении из списка», подписанный в Царском Селе 3 мая 1903 года, поставил последнюю точку в служебной карьере генерала.

Его усердие (в походах и сражениях не участвовал, но выслужил 45 лет, 3 месяца и 17 дней) не было забыто после смерти. По прошению вдовы, представлению Главного штаба и с согласия министра финансов С. Ю. Витте многодетной семье покойного была назначена повышенная пенсия в 1145 рублей в год, как полагалось семье генерал-лейтенанта, вместо начисленных 860 рублей. Были зачтены командировка в Болгарию, труды в первой переписи населения России в 1897 году, экономия (свыше 100 тысяч рублей) сметы затрат по содержанию госпиталя в бытность его директором.

Семья генерала, помимо основной пенсии, получила и дополнительное пособие в 1290 рублей в год от эмеритальной кассы [384] сухопутного ведомства, из чего в совокупности и сложился основной источник их материального обеспечения до полного совершеннолетия детей.

В уважение заслуг покойного главы семейства Военным Министерством в 1910 году была сохранена пенсия достигшей совершеннолетия Ольге Адамович (по болезни), которая в 1911 году была увеличена до 190 рублей 83 копеек в год [385] .

Вдова с детьми освободила казённый госпитальный домик и переехала на жительство в С.-Петербург поближе к своим родителям, где и поселилась в отдельной квартире (из пяти комнат) в доме № 3 по Гродненскому переулку. Семён Исаевич Вейнберг, к тому времени железнодорожный чиновник, личный почётный гражданин и пианист-любитель, был больше известен в столице как член-учредитель и председатель Петербургского общества любителей музыки и сценического искусства.

Городская хроника тюменской «Сибирской Торговой Газеты» [386] насыщена эпизодами жизни местного общества, среди которых любопытный потомок обязательно отыщет крупицы благородных деяний и увлечений своих далёких предков.

В январе 1895 года в городе создаётся отделение Тобольского общества трезвости, взявшее курс на культурно-массовое просвещение простого народа. В марте его усилиями (на средства А. А. Мальцева) в городе появилась 1 — я чайная-читальня на Базарной площади, которую до конца года посетили 6302 человека [387] .

Откликнувшись на гуманную инициативу, И. М. Чукмалдин на свой счёт открывает народную чайную-читальню в деревне Кулаковой и жертвует ей 224 фунта чая. 6 января 1896 года и в Зареке в доме братьев Колмогоровых (Береговая, 29) появляется третье подобное заведение, которое за полгода посетили 3010 человек. Желающим здесь предлагались газеты и журналы — «Свет», «Сибирская Торговая Газета», «Родина», «Вокруг света», «Развлечение», «Русское слово» и книги для народного чтения [388] . В 1897 году все трое Колмогоровых (наряду с И. И. Игнатовым и А. И. Текутьевым) становятся почетными членами самого общества и вносят деньги на читальню при 1-й народной чайной [389] .

В этом же году в Тюмени наконец-то открывается и 1-я публичная библиотека (2500 книг). А. Ф. Колмогоров передаёт на её обустройство 3 шкафа стоимостью в 75 рублей [390] .

На 1897 год приходится учреждение и городского Общества потребителей, членами наблюдательного комитета которого избираются братья Колмогоровы [391] .

Из отчёта тюменского Общества попечения об учащихся за 1896 год мы узнаём, что его почётный член А. Ф. Колмогоров уступил обществу подвал собственного дома на Царской улице и взял на свой счёт организацию доставки и хранения имущества, жертвуемого горожанами [392] .