Чтение онлайн

— Честно? Я почти не участвую во всем этом, — ответил я, залпом опрокидывая стопку. — Ангелина полностью взяла инициативу на себя, а я, кажется, просто плыву по течению.

— Хм, — он усмехнулся и добавил, — вот это другой уровень. Моя Ирина меня с ума сводила шарами и цветами. Я бегал за каждым нужным оттенком, как какой-то безумец, — засмеялся друг, заново наполняя емкости янтарной жидкостью.

— А мне кажется, это не для меня, — признался я. — Я даже не уверен, что хочу идти до конца. Иногда мне кажется, что я просто боюсь правды в наших отношениях.

Петр, который хотел выпить виски, поставил стопку, поднесенную к усам, обратно на стол и посмотрел на меня с внезапной серьезностью.

— Ты передумал? — спросил он, не скрывая беспокойства.

— Не знаю, — выдохнул я. — Боюсь, что брак не спасет нас. Все, что между нами было, уже не вернуть. Мне страшно, что мы просто обманываем себя и друг друга, надеясь на чудо. Думаю, за год я смогу это решить… или смириться и принять, — снова выдохнул я.

— Год? — Петр выгнул бровь и провел пальцем по аккуратным усам. — Почему так долго? Мы все думали, вы поженитесь через пару месяцев.

— Ты же знаешь Лину, она готовится к замужеству как к войне — хочет, чтобы все было идеально, а за пару месяцев она точно не успеет все организовать.

— Я уже хочу посмотреть на лица наших парней, которые планируют тебя скоро вести на открытие какого-то нового клуба на мальчишник, — засмеялся он под мой непонимающий взгляд. — Но я тебе ничего не говорил!

— Сделаю максимально удивленное лицо, — усмехнулся я, но ухмылка быстро сошла с лица.

— Слушай, если ты не уверен, то так и скажи ей. Чем дольше будешь молчать и откладывать, тем хуже будет потом. Да, ты причинишь ей боль, но честность — это единственный способ не разрушить все окончательно.

Я отвернулся, глядя на расписную декоративную посуду в шкафчике за стеклом, которую принесла мне Ангелина. Мой друг всегда был прямолинейным и честным. Он хвалил, когда нужно, и ругал, когда это было необходимо. И имел на это полное право. Ему было тридцать два года, и в жизни, в отличие от меня, он уже состоялся: построил дом, посадил дерево и вырастил сына. Все как по писаному. Но я не хотел так. Однообразие, повторяющийся сценарий изо дня в день, отсутствие движения – все это пугало меня. Отец однажды сказал, что, возможно, это из-за того, что в подростковом возрасте я не смог насладиться этой порой, так как несколько лет провел в трауре из-за потери матери, и теперь мне хочется ощутить, что значит жить. Возможно, он прав, а может, я просто такой сам по себе. Ведь мне только двадцать восемь, и я хочу испытывать весь спектр эмоций, жить жизнью, полной приключений. Разве это плохо? Я люблю постоянство в плане отношений, но не понимаю, как люди из года в год делают одно и то же, когда вокруг столько всего интересного. Но сейчас все это проходит мимо меня. И я начинаю падать в какую-то яму, в которой лежу обездвиженный и почти бездыханный.

Я вернулся с небес на землю и посмотрел на друга, который продолжил.

— Послушай, ты не первый и не последний, кто оказался перед таким выбором. Но жизнь слишком коротка, чтобы жить ради чужих ожиданий или ради статуса. Если ты не чувствуешь себя готовым, лучше честно признаться и не играть в эту игру.

Я посмотрел на друга и почувствовал благодарность за его слова. Он был для меня не просто другом, он был тем старшим братом, которого мне так не хватало. Мы росли бок о бок, наши дома стояли по соседству, когда моя семья еще была целой. Он, словно рыцарь, вставал на мою защиту от уличных задир, когда я был мал и слаб. Помню, как меня переполняла радость и изумление, когда мальчик, на целых пять лет старше, предложил мне дружбу. С того дня он стал моей незыблемой опорой, верным союзником, мудрым советчиком. Даже не представляю, как бы я справился со многими жизненными испытаниями, не будь его рядом. Он не пытался меня утешить, не говорил, что все будет хорошо, а просто дал понять: принимать решение — моя ответственность.

Я коротко кивнул, и мы сменили тему, которая и без того терзала меня каждую минуту. Было приятно хоть немного отвлечься, слушая рассказы о том, как их малыш подрастает и как у него режутся зубки. Я бы тоже хотел детей, но не сейчас, не когда я сам застрял в своих чувствах и не знаю, чего хочу.

Наслышан, что у невест есть предсвадебная паника, в которой они сомневаются в правильности своего выбора. Но в нашем случае она была у жениха, так как Лина полностью была уверена в нашем с ней будущем.

Так мы просидели до двух ночи и разошлись. Сидя на диване в полной темноте, я посмотрел в окно. Штора была отдернута, и я увидел звезды. Я никогда не был религиозным человеком, но сейчас, оставшись наедине с собой, я прошептал: «Господи, помоги мне», надеясь, что Он услышит и хоть как-то подтолкнет меня к решению. Запрокинув голову на спинку дивана, я начал засыпать, а в голове все звучал голос моего друга, который, уходя, сказал мне лишь одну фразу:

— Реши все до Нового года и покончи с этим…

Глава 7

Вероника

— Вау, как тут у тебя уютно! — Лиля замерла на пороге, глаза ее расширились от восторга, а подмышкой красовалась бутылка вина.

— Ну, пусти и меня, дай и мне посмотреть! — запричитал Даня, выглядывая из-за плеча девушки с огромным пакетом в руках. Лиля, скинув обувь, тут же облачилась в пушистые розовые тапочки для гостей, те самые, что я выгодно приобрела две пары по цене одной, и направилась к кухонному островку.

— Это действительно… вау! — подхватил Даня, оглядывая мои апартаменты. — Как же ты умело, с помощью цветов и декора, визуально расширила пространство! — восхищенно продолжал он, приближаясь к моему туалетному столику и увлеченно тестируя каждый парфюм, одаривая ими разные участки своего тела.

— Спасибо, — лучезарно улыбнулась я, направляясь к кухонному гарнитуру в поисках штопора.

Да, вчера я постаралась на славу. После того, как все необходимое было куплено, я наконец-то смогла вдохнуть жизнь в эту комнату, начав с новых штор. Это оказалось самым простым. Затем, больше двух часов я посвятила развешиванию одежды в шкаф и раскладыванию своих бесчисленных женских штучек. Мягкие подушки, мои любимые фотографии, развешанные по стенам, — все это постепенно наполняло комнату отражением внутреннего мира ее хозяйки. По углам я расставила стойки с диффузорами и аромапалочками. Я всегда считала, что у каждого дома должен быть свой неповторимый запах, и мой — это пьянящая смесь вишни и горького шоколада. Ну и, конечно же, не обошлось без множества ночников и подсветок, которыми комната была оборудована еще до моего заселения. Отец знал, как я не люблю резкий желтый свет люстры, поэтому сам провел деликатную подсветку по всему периметру потолка и углов стен, цвет которой можно было менять.

И вот, устроившись на мягком коврике перед низким журнальным столиком, ребята уже разливали вино по бокалам в интимном полумраке, а я выставляла на тарелки аппетитные суши, привезенные доставкой.

— Блин, а можно я иногда у тебя ночевать буду? — Лиля, словно встревоженная птичка, все еще вертела головой, осматривая студию.

— И я, — Даня хохотнул, разливая рубиновую жидкость по бокалам.

— Тогда это будет уже не студия, а коммуна, — улыбнулась я, расставляя кухонные приборы на прозрачном стеклянном столике и устраиваясь на ковре.

— Точно! Как в американских фильмах! Нужно придумать какое-нибудь крутое название, — загорелся Даня, задумчиво покручивая фужер в пальцах.

— Ну что, выпьем за твою прекрасную обитель, в которой, я надеюсь, мы еще не раз соберемся и проведем ни одну незабываемую и веселую ночь! — провозгласила Лиля, торжественно вскинув бокал. — Кстати, а кто у тебя соседи?

— Пока соседей у меня нет, еще не все заселились.

— Тогда точно веселую ночь! С новосельем! — мы дружно рассмеялись, и, когда наши бокалы уже готовы были соприкоснуться в радостном звоне, комнату оглушил настойчивый трезвон входящего вызова.