Мне страшно любить тебя
Шрифт:
Даже когда они встречались.
Полина перевела взгляд на дверь, ведущую в ванную, слизала языком злые слезы. Она ждала. Не хотела делать последний шаг, но очень хотела увидеть Сашино выражение лица, когда они встретятся глазами.
Шум воды прекратился и за женским смехом последовал гортанный возглас удовольствия. Такой знакомый, что стер последние сомнения.
Дверь ванной открылась и Полина увидела любовницу мужа. Ее постигло разочарование - самая обычная. Ни выдающихся форм, ни красивой мордашки - просто женщина, даже не модель… может, проститутка?
Незнакомка замерла, улыбка намертво приклеилась к губам - бесстыжая, даже не подумала прикрыться. Следом вышел Саша - в полотенце на голое тело, капли воды блестели на темных волосах на груди.
В одно мгновение удивление в его глазах при виде жены сменилось злостью и досадой. Поля сжала зубы - она помешала, ей здесь не место.
Убежала прежде, чем он успел хоть что-то предпринять.
Сюрприз удался.
Глава 12
Ульяна спала.
Сначала Полина не хотела брать дочь с собой, но потом поняла, что одна справиться со всем не сможет. И присутствие рядом близкого, пусть еще и не смышленого человека, даст сил преодолеть то, к чему она не была готова.
И вряд ли когда-нибудь будет.
Строгая сотрудница ЗАГС забрала паспорт и, мазнув взглядом по коляске, в которой посапывала ее дочь, ушла в другую комнату.
Ждать свидетельства о разводе долго не пришлось - розовый бланк на плотной бумаге с печатью и подписью начальника отделения отдали через пятнадцать минут.
Можно было праздновать свободу, но Полина чувствовала только опустошение. Она все еще надеялась, что Саша появится и попытается вернуть их семью, хотя бы ради ребенка, но то были безумные мечты.
Она вышла на улицу и достала из сумки телефон. Смахнула с заблокированного экрана сообщение от свекрови и приняла входящий от Киры.
– Привет, рыбка, как ты?
– Сердце бьется, пока что… - неумело пошутила Поля и закатила коляску в тень под козырек.
– Когда отметим? Я уже и бенто тортик заказала.
– Кир, мне жить негде…
– В смысле? Он что, оставил квартиру себе?
– Ну, так-то она его - бабушкино наследство. Да и как я после всего смогу там…
– Охренеть, и ты ничего не стала требовать?
Поля промолчала - ее душа, женственность, мечты и планы, а самое главное - любовь были растоптаны человеком, которого она считала самым близким в своей жизни.
Часы на руке завибрировали, но Поля не стала смотреть. И так знала, что писала свекровь. Видно, чувствовала свою вину за случившееся, да и Саша наверняка не упустил возможности все ей высказать.
Первое время Ксения Витальевна пыталась их помирить, ради внучки, конечно, но не срослось. Как Полина позже узнала, Саша давно вел двойную жизнь, и она была любимой женой и матерью его ребенка лишь номинально.
Вся его энергия, забота и внимание доставились той, другой. Спасать было нечего, но обсуждать это со свекровью Поля пока была не готова. Она не винила мать Саши в случившемся, ей просто нужно было время.
– Давай не будем об этом, не хочу…
– Ладно, по живому не будем. И какие планы на ближайшее будущее?
– Я уже перевезла вещи к родителям. По-хорошему, надо искать квартиру и работу, - Полина вздохнула, закрыла лицо рукой.
– И учиться жить заново.
– Найдешь, я помогу. Есть на примете один вариант, вечером обсудим.
– Хорошо. И, Кира, спасибо.
– О чем речь, мы еще на него порчу наведем! На кровавый понос и долговечное нестояние.
Тут уж Поля не выдержала и рассмеялась - все лучше, чем жалеть себя и свою неудавшуюся семейную жизнь.
Вечером, когда она искупала и уложила Ульяну спать, родители закрылись в зале, а Паша еще не вернулся со свидания, они с Кирой оккупировали кухню и, разложив по тарелкам закуски, разлили на двоих розовое игристое.
– Значит, за твою свободу!
Кира придвинула к Полине коробочку малинового цвета, в которой лежал обещанный бенто тортик с жизнеутверждающей надписью: «Добби свободен!» и полосатым носком поверх.
– Смешно… И до сих пор не верится, если честно.
– Только не говори, что ты все еще ждешь чуда?
– Кира достала нож и вручила Полине.
– Отрезай сразу по пальцы, так вкуснее будет.
– Моя дочь будет расти без отца… - она даже не улыбнулась.
– Знаешь, некоторые «отцы» хуже отчимов. Меня вот вырастил чужой дядька и что? Да он мне роднее того, из чьей спермы я на свет Божий появилась.
– Фу, не говори так, - Полина поморщилась.
– Это жизнь, Полюсь - где убыло, там обязательно прибудет. Кстати, пока не забыла - вот телефон моего знакомого - у него родители уехали в Болгарию на ПМЖ (постоянное место жительства - прим. Автора), а квартира осталась. Артур ищет надежные руки и я его заверила, что твои - надежнее некуда.
– Далеко?
– У Солнечного, так что проблем с садиком и магазинами не будет.
– Дорого наверное? У меня и работы пока нет нормальной, вдруг не потяну…
По глазам Полины было понятно, что она только сейчас начала осознавать масштабы перемен. Когда восемь лет жила у мужа за пазухой, а теперь все приходится делать самой, с нуля.
Одной.
– Пусть родители помогут, уж они тебя с Ульяной не бросят.
– Да родители хотят, чтобы я здесь с ними жила.
– Вариант экономичный, прямо скажем… - Кира уронила на тарелку кусок тортика и облизала пальцы.
– Блин, а вкусно!
– А я не хочу, сама понимаешь… своей жизни не будет.
– Тут согласна - лучше давать им внучку на выходные, а самой строить новую личную жизнь.
– Еще чего, мне и этой хватило за глаза! Не хочу, Кира, вот от слова совсем.
– Это понятно - по живому кто новые татухи бьет, - Полина рассмеялась.
В отличие от нее, у Киры татуировок было много - по одной на каждого “особенного” ухажера в ее жизни.
– Завтра тогда позвоню.
– Все наладится, со временем, конечно, но ты вывезешь, мать. Уж я тебя знаю!
Кира разлила оставшееся вино по бокалам и они выпили его залпом - за то, чтобы все в жизни Полины сложилось побыстрее.