Чтение онлайн

Расплатившись с возницами, сразу и попрощался с ними.

Федора же позвал с нами пройти, осмотреть объем работ. Тот, вскочив, засуетился. Мужики выдали ему накидку от дождя, и мы втроем, отправились в дом.

— Да, там же еще та девчонка с рынка, наверняка голодная в комнате сидит, носа не кажет! – вспомнил я, — отдам в услужение Авроре, надеюсь, она не будет сильно бедняжку обижать, ей и так досталось.

— Не будет, — тихо, себе под нос, буркнул Прохор.

Я резко остановился, чуть не столкнув того в лужу.

— Что-то ты темнишь! Давай, выкладывай, что опять приключилось? – нахмурился я, ожидая новую порцию жалоб на мою благоверную.

— Да что вы, князь, ничего не произошло! Просто…, — замялся управляющий, — иногда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — продолжил он загадочно.

Привыкнув, что новости редко бывают хорошими, я невольно ускорил шаг, торопясь увидеть то самое, о чем умолчал Прохор. И как оказалось, оно поджидало меня буквально у самого порога! Едва зайдя в дом, я был практически оглушен красивым и чувственным женским голосом, который пел:

— Если б имела я десять сердец,

— Все бы ему отдалаааа!

От этих слов, мое собственное сердце екнуло, а затем быстро застучало где-то в районе горла, а в груди, жаром полыхнуло незнакомое доселе, томление.

Не успев прийти в себя от чудного голоса, я поднял голову вверх и обомлел. Голова закружилась, а в ушах раздался противный, высверливающий мозг, писк. По-видимому, я покачнулся, так как почувствовал, как с обеих сторон, меня под руки подхватили Прохор с Федором. А я, лишь хрипло выдавил из себя:

— Что здесь происходит?

В ответ на мой вопрос, на меня смущенно смотрели безумно красивые, фиалковые глаза Авроры.

Моя высокомерная жена, аристократка до мозга костей, стояла на самом верху складной лестницы, одетая в серое платье горничной. Ее волосы, вместо высокой вычурной прически, были заплетены в простую косу, а сама Аврора, в руке держала грязную тряпку!

— Да я тут… прибраться решила, — тихо пролепетала она мне в ответ и смущенно улыбнулась.

Я с трудом сдержал нервный смешок, а веко правого глаза, непроизвольно задергалось, чего, я очень на то надеялся, со стороны видно не было.

Только в этот миг я вполне понял, что значит «держать лицо». Мой отец много раз объяснял мне, насколько важно аристократу держать лицо и не показывать своих эмоций, но я никогда к этому не стремился, был самим собой. Но именно сейчас, мне пришлось проявить недюжинное самообладание, чтобы не показать, насколько на самом деле, я был поражен увиденным.

— А зачем? – задал я глупый вопрос и тут же об этом пожалел.

— Ну, как же!? – пожала плечами Аврора и легко, будто только это и делала каждый день, спустилась с лестницы. – Все же, в доме полтора месяца не убиралось! – ответила она и, погрузив в ведро с водой тряпку, принялась ее полоскать.

Я заворожено наблюдал за ее действиями, с трудом веря своим глазам.

— Так ты же сама и разогнала деревенских баб! – ответил я, и тут же готов был вызвать себя на дуэль за подобную глупость. Ну, вот зачем я ее провоцирую? Где та тонкая грань, за которой снова покажется злобное и эгоистичное лицо моей жены? Внутренне сжавшись, я ожидал реакции Авроры на мои, необдуманно сказанные слова и тем неожиданнее оказался ее ответ.

— Ну, да, согласна, сглупила, — просто ответила она, пожимая плечами. И ловко поднявшись по лестнице, принялась намывать следующий плафон.

С трудом взяв себя в руки, я деревянным голосом произнес:

— Аврора, не стоит утруждаться. В ближайшее время, будет серьезный ремонт дома, так что большую уборку придется делать только после него.

— Правда!? Ух, ты, здорово! – воскликнула девушка, мгновенно спустившись с лестницы. – Прохор! – громко позвала она и чуть не оглушила бедного старика, все время стоявшего за ее спиной и поддерживающего рукой лестницу. – Ой! Не заметила тебя. Убери, пожалуйста, лестницу, она позже понадобится. Ну, раз здесь уборку делать не нужно, пойду я, пожалуй, к себе, и в моей комнате дел непочатый край! – быстро протараторила Аврора, и, прихватив с собой ведро с тряпкой, стрельнула в меня своими невозможными глазами и пошла на второй этаж.

— Это что такое сейчас было? – прохрипел я, не сводя глаз с призывно виляющей серой юбки, практически не скрывающей соблазнительные изгибы девичьей фигуры.

Прохор лишь пожал плечами, сказав:

— Да я, собственно до этого, только от Тимофея, да Глафиры слышал, что хозяйка наша вмиг изменилась. Сам впервые вижу. А что думать-то и не знаю, хозяин.

— А ты? – без всякой надежды кивнул я дворецкому.

— Да что тут раздумывать? Изменилась в хорошую сторону, так тут радоваться надобно, а не раздумывать!

— Прохор, ты ступай пока, позже договорим. — Все еще пребывая в какой-то прострации, пробормотал я. – Сам понимаешь, о деле сейчас все равно думать не смогу, — я криво улыбнулся и посмотрел на управляющего.

Тот усмехнулся в бороду. – Хорошо, барин, если что, вы знаете, где меня искать. – И, схватив удивленно глазеющего на все происходящее, Федора, направился на выход, потащив его за собой, но обернулся и добавил: — И, для такой хозяйки, работать будет куда приятней!

Едва за Прохором закрылась дверь, как снова приоткрылась, и в щель просунулась его бородатое лицо.

— Князь! Вы говорили, что у вас в доме девица, вчерась купленная томится к комнате, так уж вы не забудьте о ней! – хохотнул управляющий и хлопнул дверью.

— Как же я мог забыть!? И, как же ее там зовут, ага, Марфа! – Я обрадовался тому, что есть причина постучаться в комнату Авроры. Я испугался, что все то, чему я недавно стал свидетелем, мне только померещилось и хотелось всенепременно убедиться в обратном. Я быстро взбежал по ступеням и постучал в комнату справа от спальни Авроры.

Марфа сразу открыла дверь, словно стояла и ждала, когда же за ней пошлют. Мне стало жалко бедную девушку. Я посмотрел на ее худенькую фигурку, и она невольно поежилась под моим взглядом.

— Ты сегодня с утра ела что-нибудь? – задал я вопрос, уже заранее зная на него ответ. Нужно было вчера хотя бы Глафире сказать о девушке! Ну, да что ж теперь. – Пойдем! С хозяйкой познакомлю.

Глаза девушки сделались испуганными, но она поклонилась и шагнула за порог.

Сделав шаг в сторону, я невольно прислушался, и, с трепетом поднеся руку к двери, постучал.