Чтение онлайн

Рука на моём горле разжалась. Я шлёпнулся на пол и мысленно порадовался способности котов падать на лапы: то, что в человеческом теле достигается упорными тренировками, у хвостатых халявщиков выходит само по себе.

— Ты знаешь, о чём говоришь, — резюмировал библиотекарь.

— Знаю, конечно! Как же не знать?

— И ты упоминал о проводнике.

— Я могу найти одного такого для тебя, — в крайнем случае правда могу, хотя от этого конкретного кадра постараюсь избавиться до того, как придётся её с ним знакомить…

И в любом случае — не раньше, чем я буду уверен, что смогу её защитить.

— Но себя ты не предлагаешь.

— Я никогда не был способен путешествовать за границы мира… То есть, по своей инициативе, — так-то вообще моё путешествие в Вечный Лес, а потом и в этот мир, вполне может засчитаться за Опыт Великого Путешествия, о котором так любит говорить тётушка. Количество тех, кто при жизни удостоен чести путешествия в Вечный Лес, вообще весьма ограниченно, это считается великой привилегией…

Если я, конечно, считаюсь живым, а не мёртвым.

И это довольно тонкий вопрос, нивелирующий мою учительскую ценность.

Серьёзно, а умер я или нет? Ведь, если подумать, превращение в дух — это разновидность смерти. Но что тогда с моим телом?!

— Сраная теоретическая магия и её противоречия!..

Тихий смешок вырвал меня из задумчивости. Я что, сказал последнее вслух?..

— Забавный котик, — сказал библиотекарь, — быть может, ты и способен на самом деле что-то знать. Но не думай, что я отпущу тебя без клятвы. У тебя выбор: ты или умрёшь здесь и сейчас, или принесёшь мне клятву, что обучишь меня всему, что знаешь.

Я возвёл глаза к потолку.

— Если хочешь у меня учиться, лови первый урок: думай над формулировками, прежде чем брякать что-нибудь вслух! Всему, что знаю? Парень, мне триста лет. Я задолбусь учить тебя всему, что знаю, и в любом случае не преуспею. Тогда проще сразу сдохнуть, чем выполнять “всё, что я знаю” условие… Тебе придётся очертить в формулировке конкретные границы. И, опять же, это развлечение должно быть на пользу нам обоим, иначе я отказываюсь. И да, ты можешь мне угрожать, конечно, но что-то мне подсказывает, что моё убийство и неизбежный скандал с пропавшим фамильяром не пойдёт тебе на пользу…

Библиотекарь ласково улыбнулся:

— Ну, в крайнем случае, я могу содрать с тебя кожу и украсть твою жизнь.

— Удачи с этим, — хмыкнул я. — Если ты не научишься великому искусству “договариваться ко взаимной выгоде”, тебе и сотня украденных жизней не поможет.

Парень помедлил.

Я рассматривал его искоса, размышляя.

Кто он такой — или что он такое? У меня нет на этот счёт даже толковых теорий. Некая хищная тварь? Но он очень разумен для твари, и от него не разит неконтролируемой тьмой. Очень старая и опытная хищная тварь? Но мальчишка ощущается слишком юным. Это сквозит во всём, начиная от манеры речи заканчивая формулировками. Может ли и это быть притворством? В теории да, просто потому что в теории всё что угодно всегда может быть. На практике… Ну, даже Лит-тир, лучший из мне известных актёров, не смог бы так сыграть юность. И с чем же это меня оставляет, хотел бы я знать?..

— И о чём же ты хочешь договориться, пушистик? — спросил библиотекарь в итоге.

— Я помогу тебе, если ты станешь женихом для моей подопечной и пойдешь с ней на новогодний бал.

Пару мгновений библиотекарь задумчиво меня рассматривал, потом вздохнул и небрежно присел на краешек ближайшего стола.

— Не скажу, что мне не нравится предложение, — заметил он спокойно, — по факту, это можно назвать сделкой века. Но я не верю в дармовые подарки, уж прости. В чём твоя выгода?

Я прикинул, что тут безопасно будет сказать вслух, и решил отделаться полуправдой.

— Мне важно выиграть конкурс фамильяров, который будет проводиться на ближайший новый год. Для этого мне нужно найти своей хозяйке любовь.

— Ладно… И каким же образом в список кандидатов вписался я?

— Совпадение аур. Прочие кандидаты были такие, что ты на первый взгляд показался лучшим выбором, — легко выиграть конкурс, в котором ты — единственный участник, в конце концов.

— Хм… Ладно, предположим… И что же не так с твоей подопечной?

— Почему с ней должно быть что-то не так?! — даже слегка обиделся я.

— С ней должно быть что-то не так, если из всех возможных вариантов наибольшую совместимость её аура показала именно со мной.

Это было бы справедливо, будь дело в одних только аурах.

Но судьба — очень забавная штука, в случае с ней искать логику более чем бессмысленно. Иронию, может быть, и то не всегда; в остальном же причины, по которым судьба может связывать двух разумных, случайны. Это из серии — они однажды родят великого Императора? Годится. На свидании они случайно спасут птичку, которая смахнёт крылышком важное донесение? Годится. Они должны сойтись, чтобы их праправнук сделал некое открытие? Тоже годится! Судьба — это узор, система, переплетение и цепь вероятностей. Она не сваха и своим клиентам ничего не должна.

Нет, статистически доказано, что у встреч и расставаний, случайностей и случаев обычно бывает больше одной высшей причины. Каждый, кого мы по воле судьбы должны встретить, это испытание и урок в одном флаконе…

Но всё же, есть на свете испытания и уроки, без которых в идеале стоило бы обойтись.

— Вот что, — сказал я, — с моей хозяйкой всё в порядке, и я не советую предполагать другого. Просто в данный момент мне нужен для неё лояльный, любящий, внимательный, галантный жених. И ты пока что — мой лучший выбор.

— Потому что ты думаешь, что зацепил меня?

— Потому что мне есть, что тебе предложить.

Парень хмыкнул.

— Очень… романтично.

Я на это только хвостом махнул.

— Не разочаровывай меня.

Мальчишка вздохнул.

— Слушай, пушистик… Кстати, ты ведь из свиты Владыки Моррида, так? Один из природных духов?

— Мнение, имеющее под собой основание, — важно распушил хвост я, сделав мысленную пометку — нарыть про этого самого “владыку Моррид”. Может ли это оказаться мой милый приятель-пищуха? Но, даже если нет, то расширение кругозора никому ещё не вредило. — Так что ты там хотел сказать?

Парень помолчал, как будто взвешивая “за” и “против”. В итоге он выдал:

— Если ты мне лжёшь, если даёшь надежду без надежды, то я уничтожу тебя, и твою подопечную, и всё, что тебе дорого, и всех, кого ты любишь. Ты будешь умирать так долго, как я захочу, и жить так долго, как я захочу. Это понятно?

— Дрожу от страха, — ответил я сухо.

— Хорошо, — мальчишка оскалился, больше не скрывая острых клыков. Всё же, не человек, а тварь. За что, интересно, Ван-Ван такое счастье?