Моё сердце в плену
Шрифт:
— Спасибо, что остановились, – прохрипела я, рассеянно прижимая руку к животу. — Да, пожалуйста. Я была бы признательна, если бы вы могли вызвать эвакуатор. Я не могла поймать сигнал на своем телефоне.
Кивнув, он достает телефон и прижимает его к уху после набора номера. Даже от его профиля текут слюнки, когда он смотрит в другую сторону. Я почти не обращаю внимания на его разговор, пока он удрученно не вздыхает и не вешает трубку.
— У них не хватает персонала, и они не смогут приехать по крайней мере через пару часов, - сообщает он мне.
— Дерьмо. – Заправляя прядь волос за ухо, я отвечаю: — Ну … спасибо, что попытался. Я позволю тебе идти своей дорогой.
— Я не оставлю тебя здесь.
— Ты н-не оставишь?
— Нет, Молли. – Он звучит почти оскорбленным тем, что я вообще спрашиваю об этом. Убирая телефон в карман, он спрашивает: — Куда ты собиралась?
— Сан-Вэлли.
Его взгляд вспыхивает, он выглядит довольным.
— Я могу тебя подвезти.
— Нет, все в порядке…
— Я живу там и не собираюсь сворачивать со своего пути.
Бабочки заплясали у меня в животе при мысли о том, что мы живем в одном городе. Значит ли это, что мы будем продолжать сталкиваться? Боже. Теперь это я выгляжу довольной.
Это глупо. Я не встречаюсь с мужчинами постарше. Насколько я знаю, он женат и у него есть дети, хотя я не вижу обручального кольца у него на пальце.
Тем не менее, этот сексуальный мужчина ни в коем случае не одинок.
— А как же моя машина? – Спрашиваю я, отгоняя другие мысли. — Я не могу просто оставить ее здесь.
— Не беспокойся об этом. Шоссе не загружено. Это будет безопасно, пока за ней не приедут. Я даю тебе свое слово.
Я обдумываю варианты. Ехать домой или остаться здесь в такую жару? Да, вариант ясен.
— Хорошо. Я поеду с тобой.
— Хочешь кому-нибудь позвонить? – Мягко спрашивает он. — Ты можешь сообщить им мой номер, чтобы чувствовать себя в безопасности.
— Спасибо.
Наши руки соприкасаются, когда он передает мне свой телефон. Электрический разряд пробегает по моему телу. Игнорируя внутреннюю реакцию, я набираю номер своей мамы, пока он оставляет меня наедине. Хотя я чувствую, что его глаза наблюдают за мной.
— Привет, мам, - говорю я, как только она берет трубку.
— Привет, милая, - радостно отвечает она. — Ты собрала вещи? Не могу дождаться, когда увижу тебя завтра.
— Насчет этого… – Я делюсь с ней всем и сообщаю, что скоро буду в нашем новом доме. После я присоединяюсь к Александру. — Я только захвачу свой багаж. Это нормально?
— Конечно, – протягивает он. — Я помогу.
— О, в этом нет необходимости. Я могу…
— Все. Садись в машину, – строго приказывает он, передавая мне ключи. — Сумки в багажнике?
— Да, - бормочу я, попав под его чары.
Пока он идет к моей машине, я подхожу к его и сажусь на пассажирское сиденье. Я ощущаю запах его пряного одеколона из каждого уголка салона, от которого у меня кружится голова. Я смотрю, как он хватает два моих чемодана и запирает машину. Ветерок сдувает его волосы со лба, когда он возвращается.
Мои бедра сжимаются вместе, когда наши взгляды ненадолго встречаются.
Я борюсь с желанием поерзать, когда несколько секунд спустя он садится за руль. Мы заперты внутри, и мое дыхание становится прерывистым. Его бицепсы выпирают, когда он пристегивает ремень безопасности и включает зажигание. Тишина становится напряженной, когда он выезжает на дорогу.
Или, может быть, мне это кажется.
— Хочешь пить? Сзади есть бутылка с водой.
— Спасибо.
Я наклоняюсь, чтобы взять ее со средней консоли. От этого движения мои груди сжимаются. И все же у меня нет желания прятать ложбинку между грудями. Выпрямляясь, я замечаю, что он отводит взгляд. Его челюсть плотно сжата, когда он смотрит вперед.
Он как будто балансирует на тонкой грани между уважением и вожделением.
Сжалившись над нами обоими, я откупориваю бутылку и подношу ее к губам. Откуда ни возьмись, появляется лежачий полицейский, отпуская мою хватку. Вода стекает по моему переду, пропитывая топ.
Мой белый топ.
Через несколько секунд он становится прозрачным. Поскольку на мне белый бюстгальтер в тон, становятся видны очертания моей груди. От кондиционера мои соски затвердевают. Как будто это было не в тот момент, когда он посмотрел на меня.
Боже! Он подумает, что я неуклюжая идиотка.
Я пытаюсь прикрыться и извиниться, когда резкий вдох привлекает мое внимание к нему. Он выглядит смертельно опасным.
— Я-я так и-извиняюсь, – бормочу я, откидывая волосы вперед. Это отрезвляет его похотливый туман. — Не мог бы ты… эммм … Пожалуйста, остановись? Мне нужно… чтобы…
— Да, конечно, - хрипло произносит он, избавляя меня от унижения.
Он останавливает машину на обочине. Мы оба выходим и идем к задней части. Он открывает багажник, доставая мои чемоданы. Я прикрываю грудь, расстегивая одну из молний и хватая первую попавшуюся рубашку.
— Я подожду здесь, - говорит он, не отводя взгляда от моих глаз.
Я бросаюсь на заднее сиденье. Снимая одежду, я понимаю, что забыла захватить лифчик. Моя грудь не совсем маленькая, что ставит меня в затруднительное положение. Слишком смущенная, чтобы попросить его выбрать что-нибудь для меня, я надела черную футболку с V-образным вырезом. Слава богу, она свободная.
Выходя, я говорю ему:
— Все готово, Александр.
Он выпрямляется со своего места у заднего колеса. Как только мы возвращаемся в дорогу, я снимаю напряжение, спрашивая:
— Как долго ты живешь в Сан-Вэлли?
— Родился и вырос там.
— Ого, вау. Должно быть, это чертовски классный город, раз ты так и не уехал отсюда.
Его взгляд смягчается.
— Что-то в этом роде. А как насчет тебя? Что привело тебя сюда?
— Моя мать. – Он с любопытством смотрит на меня. — Я никогда не хотела жить отдельно от нее, поэтому подала заявление в общественный колледж.
— В чем ты специализируешься?
— Я еще не решила. Либо зоология, либо наука об окружающей среде. – Меня всегда интересовала дикая природа. — Чем ты занимаешься?
— Скоро узнаешь, - загадочно отвечает он.
— Ты что, шпион или что-то в этом роде?
Я поддразниваю.
Уголки губ приподнимаются, он качает головой.
— Пока ты не преступник на свободе, я в порядке.
Я краду у него широкую улыбку, которая заставляет мое сердце биться быстрее. Мы все время болтаем о пустяках, пока он не спрашивает мой адрес. Я повторяю ему его, наблюдая, как ссутуливаются его плечи. — Что? Это плохая часть города?