Чтение онлайн

Вскоре я поняла первоначальный энтузиазм Славина, потому что он захватил и меня. Перед нами стояла нестандартная, интересная задача, не скованная никакими рамками, и мы могли делать что угодно. К тому же я вспомнила, как это здорово — работать с Пашкой в одной команде, когда точно знаешь, что второй прикроет тебя в случае необходимости. Я чувствовала свободу творчества, ответственность и азарт. Стало интересно: а выйдет ли у нас что-то в итоге?

За месяц работы, когда из офиса мы выходили затемно, а иногда и ночевали в нем, мы так и не смогли заключить новые договоры, но зато навели порядок в старых, набрали новую пробивную команду, которая наконец начала заниматься работой. Демид Станиславович был недоволен тем, что сын нанял в умирающий бизнес новых сотрудников и расширил команду до десяти человек, но результаты работы за месяц в целом его удовлетворили, и он одобрительно кивнул, оставив меня в команде Пашки. А мой новый босс решил наглеть и дальше и запросил бюджет на командировки за границу для своих сотрудников, ссылаясь на то, что из офиса переговоры вести сверхтрудно из-за специфики бизнеса. Я, как экономист, была против. Но изначально возражала и по поводу набора персонала, однако команда, составленная Пашкой, внушала надежду. Дядя Демид тоже не видел смысла в новых затратах, пока доходы не начали расти, но одобрил несколько командировок, скрепя сердце.

Пашка начал отправлять по несколько человек для солидности на переговоры за границу. Так первая поездка принесла нам крупный договор, которых раньше не заключалось нашей группой. Потом в командировку съездили мы со Славиным и принесли еще больший по объему контракт. Демид Станиславович был приятно удивлен и начал согласовывать нам поездки практически не глядя.

Я и раньше знала, что Пашка хороший продажник, но даже не подозревала, что до такой степени. Поприсутствовав на паре переговоров с клиентами, оценила его пробиваемость, он был настоящим змеем-искусителем и хорошим стратегом: уступал в меньшем, а затем побеждал в большем. Да и как руководитель он был неплох, хоть и принимал поначалу не всегда правильные решения. Он держал всех сотрудников в ежовых рукавицах, никому не давал расслабиться и поддерживал в команде боевой настрой. К сожалению, условия в нашем отделе были адскими, и не все их выдерживали. Так, Арина, неплохой в целом менеджер по продажам с хорошим английским языком, не выдержала нагрузки нового руководства и через полгода уволилась сама. Мне тоже было непросто, но я держалась на энтузиазме Пашки да возможности объездить многие страны.

Два года, что мы с Пашкой занимались международными продажами, дольше месяца в родном городе практически не оставались и постоянно были в разъездах. Несмотря на загруженный график с утра до вечера, в каждой поездке Пашка выделял мне один или два дня на то, чтобы ознакомиться с достопримечательностями нового иностранного города или пробежаться по магазинам. И мне нравилась такая жизнь, когда за месяц я бывала в нескольких разных странах.

Вынужденно я освоила работу аналитика, менеджера по продажам, юриста, маркетолога, рекламщика, переводчика и секретаря. Мне приходилось заниматься очень разными направлениями, я уставала, работала на износ, но в то же время чувствовала, как становлюсь очень крутым специалистом, напитываюсь опытом и знаниями. Опять же, заработная плата у меня возросла в разы благодаря премиям за заключенные контракты, и я стала всерьез задумываться о покупке квартиры.

Словом, работать с Павлом Демидовичем оказалось очень интересно. Мы вместе спотыкались, допускали ошибки, но в целом росли — он как руководитель, а я как его правая рука. И в офис из поездок я уже возвращалась не «Юленькой из экономического», а «Юлией Валерьевной, помощницей Павла Демидовича», звонко стуча каблуками по каменному полу.

Пашка сделал это! Он получил место коммерческого директора!

Всего два года беспрерывной работы нам потребовалось для того, чтобы его оценили и заметили. Когда же с компанией попрощался коммерческий директор и Демид Станиславович стал искать ему замену, мы с тетей Мариной атаковали его с двух сторон. Пашке я больше не позволяла оставлять офис и постоянно подталкивала его к отцу в кабинет с новыми идеями, усиленно рисовала отчеты об успешности нашего отдела, а тетя Марина взяла на себя работу по домашней «обработке» мужа насчет успехов сына.

Пашка был в невыгодных условиях по отношению к другим кандидатам, потому что Демид Станиславович был к нему слишком строг и ожидал большего, чем от других. Да, замечал его старания и успехи, но новые цели при этом ставил зачастую невыполнимые. Подозреваю, просто-напросто боялся, что поползут слухи о том, что он назначил на эту высокую должность сынка только из-за родственных связей, поэтому и спрашивал с Паши слишком много.

Но все-таки не признать того, что Славин-младший достоин этой должности, он не смог. И спустя несколько месяцев все-таки нехотя назначил его и.о., когда Пашка без спроса самостоятельно начал на себя перетягивать обязанности отсутствующего директора.

Я же вернулась в финансовый блок, возглавив группу анализа и сопровождения продаж. Пашка сначала не хотел меня отпускать от себя и возмущался так, будто я его предала тем, что отправила резюме в отдел кадров, надеясь на повышение.

— Тебе, что ли, со мной плохо? У нас еще столько проектов впереди! Столько перспектив!

— Паш, я превратилась в твою помощницу.

— А что плохого в том, чтобы быть помощницей коммерческого директора?

— А то, что я училась на финансиста, а не на менеджера по продажам или секретаря. Мне правда было очень интересно работать с тобой. Я набралась первоклассного опыта. Но я тоже хочу роста. А тут подвернулась такая возможность: Дмитрий Олегович увольняется.

— Хочешь руководить? Я поставлю тебя руководителем одной из групп.

— Не мое это. Мне с цифрами и графиками удобнее работать, чем с клиентами вести переговоры о бетономешалках. Я хочу вернуться к экономистам.

— Зачем? Что там интересного? Целый день отчеты перекладывать с места на место?

Я обиженно надулась.

— Между прочим, экономическая и аналитическая деятельность тоже очень интересная и из этих самых отчетов иногда можно столько всего наковырять, что просто невероятно.

— Ну иди, иди, — разозлился мой босс. — Потом обратно прибежишь. Еще плакаться будешь, что скучно, неинтересно и зарплата маленькая.

— Оклад там больше, — заметила я и заслужила враждебный взгляд.

— Зато у нас премии большие, — возразил он гневно, а затем подался вперед. — Тебя, что ли, деньги не устраивают? Так ты скажи, сколько хочешь. Договоримся.

— Да ну тебя, Славин, — возмутилась я. — Мне это просто интересно. Как ты понять не можешь? Ин-те-рес-но!

В общем, я ушла от Пашки. Ну, как ушла… далеко уйти он мне все равно не позволил, да и я не особо хотела. Стала руководителем финансового отдела, который плотно взаимодействовал с продажниками и отстаивал их финансовые интересы, пока они усиленно продавали. Пашка же остался ждать, когда отец уберет из его должности буквы и.о. и он станет полноправным директором коммерческого блока.

Моему назначению был не рад не только Пашка, но и финансовый директор. С ним отношения у нас сразу не заладились, но мою кандидатуру на новую должность поддержал сам Демид Станиславович, поэтому вскоре я уже заняла новый кабинет.

Руководить людьми мне было не впервой, потому что часто в свое время замещала Славина в нашем отделе и опыт у меня имелся. Команда из двух девочек-экономистов мне досталась замечательная, обе были и инициативными, и коммуникабельными, и обучаемыми, поэтому я осталась ими довольна. И начала снова погружаться в экономические проблемы фирмы.

Однако счастье мое на новой должности оказалось недолгим. Не прошло и трех месяцев, как я обжила новый кабинет, когда заметила ошибку в отчетах. Вернее, сначала решила, что это ошибка. И именно ошибка моего отдела. Днями и ночами искала, в чем именно она заключается и куда в компании делись двадцать семь миллионов, но ничего не могла найти. Я проверяла и формулы в расчетах, и прошлые отчеты. Но деньги не находились. И начали закрадываться нехорошие мысли.

А вдруг это была не математическая ошибка?

Я зарылась в первичную документацию, бухгалтерские проводки, банковские выписки. Из офиса не выходила практически неделю, все мои мысли были об этих цифрах, я ни о чем другом думать не могла. Боялась и того, что совершено преступление, и того, что заподозрить могут меня и моих сотрудниц или вообще только севшего в директорское кресло Пашку. Понимала, что, как только обнародую пропажу, сразу поднимется ураган, из-за которого могут полететь головы. А если выяснится, что это всего лишь ошибка в расчетах? Значит, я покажу свой непрофессионализм.