Мои алые паруса
Шрифт:
Ненакрашенная, с полусухими волосами, в мятых штанах и блузе, с пиджаком и сумкой в руках выскочила из номера, по пути заходя в интернет и проверяя, какие имеются рейсы, чтобы поскорее вернуться в свой город. Я была готова лететь и через Москву, лишь бы поскорее оказаться в офисе и защищать кресло генерального директора до времени обнаружения загулявшего недо-друга, недо-босса. Проклятый отпуск все равно не задался!
Однако далеко я уйти не успела. Только вышла из отеля, как передо мной припарковалось такси, из которого вылез Тот-Кого-Нельзя-Называть. С той же самой довольной улыбкой, идеальной прической, в солнцезащитных очках, джинсах, футболке. И с отличным настроением новоприбывшего отдыхающего.
— Золотко! Ты меня встречаешь?!
Кулаки сжались сами собой.
25. Извращенец-преследователь
После того как я стала жертвой рыжей наложницы из гарема Славина и она наградила меня сотрясением мозга, Пашка пытался обучить меня самообороне. Я сразу показала себя полной бездарностью в этом деле, потому что больше смеялась, чем повторяла за ним движения, и вскоре занятия мы прекратили. С тех пор не жалела об этом ни разу, потому что мне бы это все равно нигде не пригодилось. Вернее, не жалела до этого самого момента. Сейчас же испытала на себе значение выражения «чесались кулаки». У меня на костяшках пальцев вдруг образовался страшный зуд при виде довольного Славина. Так и хотелось обо что-нибудь их почесать. Например, об эти идеальные высокие скулы. Или лучше нос. Да, определенно, нос был бы лучше. Его сломать, наверно, легче, да?
Но сделать ничего не могла, потому что помнила, что я бездарность в рукопашном бою. Тем более против высокого, широкоплечего, твердолобого барана передо мной.
— Что ты здесь делаешь?
Всегда считала себя уравновешенным, спокойным, трезвомыслящим человеком, но уже во второй раз за неделю завизжала как истеричка, еще и руками исполнила какое-то нервное движение, взмахнув пиджаком и сумкой, а также топнув ногами по очереди.
Славин, словно не замечая моего состояния будущего пациента психиатрической лечебницы, улыбнулся еще шире и весело воскликнул:
— Да я тут на выходных посчитал… Представляешь, я уже пять лет в отпуске не был!
Это был предел моего терпения. Меня даже не остановили моя «бездарность» и его «широкоплечесть». Замахнулась сумкой и ударила Славина в район идеальной скулы, однако весь мой женский саквояж, в котором я, по заверениям экс-друга, таскала кирпичи, пролетел мимо него и лишь сбил очки с одного уха. Второй удар я нанесла пиджаком, но тот его вообще скорее погладил, чем нанес вред.
— Эй, ты чего дерешься? — поинтересовался Пашка, снимая очки, поднимая руки и уворочиваясь от во второй раз занесенной сумки. — Подожди. Подожди. Я чемодан заберу, а то мы снова без вещей останемся.
Раздраженно оглянулась на водителя такси, который стоял рядом с нами и неодобрительно смотрел на то, как стервозная бабенка не первой свежести поколачивает блестящего от лоска, богатенького, вновь прибывшего туриста. Гордо задрала голову и кивнула Славину на выставленный из багажника автомобиля огромный черный кейс. И пока Пашка нерешительно мимо меня проходил к автомобилю и обменивался фразами на английском с водителем, я смотрела на мужчину, уязвленная его взглядом, полным непонимания, брезгливости и неодобрения.
Да чтоб ты знал, я вообще-то красотка. Это просто сегодня у меня утро не задалось: ни волосы высушить не успела, ни причесаться, ни погладить одежду, а кожа местами покраснела, воспалившись, потому что уже третий день без крема и масок обхожусь.
Кажется, моего взгляда мужчина перепугался еще больше. Славин как-то пытался перевести его внимание с меня на себя, но ему это не удавалось: водителя я сильно впечатлила.
— Не обращайте внимания. Жена встречает, — под конец заявил Пашка. Водитель наконец перевел на него взгляд, уважительно кивнул, мол: «Держись, друг!» — и развернулся к автомобилю.
— Что? Какая я тебе жена? — возмутилась, замахиваясь ногой и желая хотя бы на его заднице оставить след от своей подошвы, но и это мне не удалось: он отскочил, а я на каблуках и с утяжелителем в качестве сумки покачнулась и чуть сама не упала. Хорошо хоть, Славин с быстрой реакцией тут же меня придержал за предплечье.
— Ты что шатаешься? Агрессивная какая-то? — поинтересовался он, заглядывая мне в глаза. — И с лицом у тебя что-то? Пила?
Тыдыщ! В моей голове случился очередной взрыв.
И если бы не вновь подъехавшее такси, из которого вылезла семья с ребенком, я бы снова начала нападать.
— За мной! — гаркнула, развернулась и вошла снова в отель, продвигаясь к стойке администратора. — Добрый день! Вы мне номер обещали! — агрессивно обратилась к мужчине.
Со своим решительным настроем изначально забронированный номер я вытрясла быстрее, схватила ключ-карту и сжала, как заветное сокровище. Наконец-то, слава всем богам, я попаду в рай с огромной кроватью, зоной отдыха, отделенной от спальни, и просторной лоджией с видом на море.
— Какой номер? — сунул Пашка нос в мою вторую регистрацию в отеле.
— Не твое дело, — постаралась скрыть от него ключ-карту.
— Я сейчас быстренько зарегистрируюсь и приду, надо поговорить.
— Не надо нигде регистрироваться. Уезжай обратно. Немедленно, — старалась говорить спокойно, чтобы на этот раз не выставить себя истеричкой перед администратором, который уже принимал паспорт у Славина.
— Но я же уже приехал. Чем я хуже тебя? Тоже хочу в отпуск.
— Тогда уезжай в другое место.
— А мне здесь нравится.
— Я приехала первая!
— Ты мне не мешаешь.
— А ты мне — очень! — по мере нарастания нашей очередной ссоры я снова начала повышать голос, и администратор стал поднимать на меня обеспокоенный взгляд. — Ты вообще знаешь, что дома происходит? Тебя все потеряли!
— Кто? — искренне удивился Славин.
— Светлана Игоревна и прочие сотрудники.
— Ну папа им объяснит, что я в отпуске.
— В каком отпуске? — возмутилась я. — А китайцы?
— Что ты все заладила: китайцы да китайцы? — Он имел наглость еще и устало вздохнуть. — Эти китайцы и без меня прекрасно жили — и дальше проживут.
— Это же твой проект! Ты который год с ним бьешься!
— Так все же уже решено. Осталась только формальность — подписать бумаги да провести пару гостеприимных ужинов. С этим и отец справится.
— Тебя сместят с должности за такое поведение прямо перед подписанием крупного контракта. Ты на месте гендира без малого полгода! Этот извращенец Леонид Петрович только и ждет, когда ты оступишься и он тебя подвинет!