Чтение онлайн

– Привет, Люси! Прости, я, кажется, не заметил тебя сразу, – поприветствовал ее Джон.

– Ничего, я, кажется, помешала твоим размышлениям.

– Нет, я просто увлекся музыкой, – Джону было неловко, что его застали в порыве гнева, кто-то еще, кроме листьев, стал свидетелем его агрессии.

Повисла неловкая пауза. Джон не знал что говорить. Он вообще не особо знал, что говорить девушкам. У него было несколько любовных увлечений, не считая его самой большой любви – в третьем классе. Девочка Элеонора покорила его сердце на целых две недели. Джон думал, что будет любить ее всегда, но всего через две недели после начала учебного года Элеонора переехала со своими родителями в другой город. Сердце мальчика было разбито на миллион осколков, как сам он думал в то время. Но произошло чудо, и сердечко быстро излечилось, заполняясь новыми впечатлениями и переживаниями. Однако с тех пор серьезных отношений у Джона не было – он предпочитал тратить время на учебу и тренировки.

– Ты просто гуляешь? – попробовал он завязать беседу.

Джон провел рукой по затылку, почесал щеку, тронул подбородок – явные признаки волнения и неуверенности в себе.

– Да, я редко прихожу сюда, но здесь красиво.

Они двинулись вместе к южному берегу озера. Чувствуя, что Джон скован и неразговорчив, Люси тоже не стремилась нарушить тишину. Но ей молчание было не в тягость. Она ощущала себя комфортно и уверенно. Видя замешательство Джона и его беспокойство, она сделала первый шаг:

– Я слышала, ты хочешь уехать в Твинс?

– Да, я подал документы на прохождение практики в «Седжен Дженерал Хоспитал», в отделение хирургии.

– Наверное, я бы хотела жить в большом городе. Парки, рестораны, кинотеатры – это все так ярко и интересно, – Люси мечтательно закатила глаза, представляя, как она выбирает самое дорогое блюдо в ресторане.

– Согласен. Но мне кажется, от городской жизни быстро устаешь. Хорошо, если есть куда уехать и спрятаться от всей этой суеты.

– А мне нравится суета. Это признак жизни, движения, энергии. – Девушка наклонилась и подняла оранжевый с красными прожилками листок. Покрутила его в пальцах и выпустила.

Разговор пошел легче, скованность прошла, и Джон, уже забыв о всех своих мыслях и переживаниях, наслаждался прогулкой и беседой.

Люси была приятным и интересным собеседником. Она многое знала, имела собственное мнение и прекрасно умела слушать. Это именно то, что Джону было необходимо в эту минуту – высказаться. Сам не понимая как, он рассказал ей о своих снах. О пожаре и о собаке, о своих слезах и о плакате, где изображена его любимая группа, но в другом образе. Все такое знакомое, но совершенно чужое. Он даже поделился с Люси своими страхами, что эта болезнь сделает его в будущем совершенно невменяемым.

– А ты не думал, что это вовсе не сны, а воспоминания? – предположила Люси.

Они дошли до обрыва, где Джон любил сидеть, свесив ноги вниз, и сели прямо на землю. Молодые люди сидели так близко, что их плечи соприкасались.

– Воспоминания? Что ты имеешь в виду?

– Ну есть же различные теории о перерождении, о реинкарнации. Есть люди, которые считают, что умирает только наше тело, а душа просто перерождается, переходя в другое тело. Причем некоторые переродившиеся помнят свои прошлые жизни.

– Думаешь, это возможно? – усомнился Джон. Ему подобная мысль ни разу не приходила в голову.

– А почему бы и нет? Может, в твоей прошлой жизни эти события были настолько яркими и запоминающимися, что ты даже после смерти их не забыл, а взял с собой в новую жизнь. Или это события, которые кардинально изменили твою судьбу.

– Ну не знаю, – с сомнением произнес Джон. – Еще скажи, что я вижу самого себя, только в другом измерении.

– Именно! В параллельной вселенной, – засмеялась Люси. – И этот другой ты сейчас 50-летний старик. Ты сидишь в кресле-качалке на террасе огромного дома и куришь сигару. И вообще ты глава местной мафии.

Люси снова засмеялась. Ее смех, чистый и звонкий, проник в самое сердце Джона, и он не смог сдержать улыбку. Но через мгновение он снова стал серьезным. Эта теория о воспоминаниях нашла в нем отклик. И снова такое чувство, что вот, верная мысль где-то рядом, но ее никак не ухватить.

– Но почему я стал видеть их только сейчас? И что мне с этим делать?

– Я думаю, эти воспоминания приходят к тебе не просто так. Тот, другой ты, хочет тебе что-то сказать или объяснить, а может, предостеречь.

– А я думаю, ты насмотрелась фантастических фильмов.

Молодые люди вместе рассмеялись. Больше не было никакой неловкости и висящей как черная туча тишины. Как благодарен был Джон Люси, что она смогла отвлечь его от невеселых, гнетущих мыслей.

Не сговариваясь, Джон и Люси одновременно поднялись. Но девушка потеряла равновесие и стала заваливаться к краю обрыва. Джон схватил ее за руку и потянул на себя. Люси практически упала в его объятия, но быстро отстранилась, лишь пробормотав «спасибо». Оба смутились как подростки, которых застукали за трибунами школьного стадиона в объятиях друг друга.

Молодые люди направились в сторону жилых домов, к выходу из парка. Поболтав еще немного, они попрощались, и каждый пошел своей дорогой. Люси – энергичной и уверенной походкой, она так и излучала жизнь и молодость. Плечи Джона были расправлены, он вдыхал воздух полной грудью и слегка улыбался.

По дороге домой Джон подумал, что ни разу не спросил, как дела у Люси с Френком. Хотя ему-то какое до этого дело?

Люси подала ему хоть и безумную, но интересную идею: Джон видит не сны, а воспоминания, поэтому они так реалистичны. Свои воспоминания из прошлых жизней или же воспоминания себя, но в другом измерении. И то, и то казалось невозможным. Но видеть такие яркие сны тоже невозможно.

Опять погружаясь в свои размышления, Джон дошел до дома. Открыв дверь, он сразу понял, что миссис Эванс еще здесь. Она тихо разговаривала с матерью, что-то рассказывала ей вполголоса. Когда он заглянул в комнату, миссис Эванс широко улыбнулась, увидев Джона. Она поспешила к нему навстречу.

– Это принесли сегодня, на твое имя, – сказала она, протягивая тонкий белый конверт. Он был длинный и словно невесомый.

Джон уже понял, что это ответ из больницы в Твинсе. Ответ на его запрос о прохождении практики. Прямо здесь, стоя в комнате матери, Джон оторвал край конверта и вынул письмо. Обычный лист бумаги, сложенный втрое, способный изменить его жизнь.

В комнате наступила ощутимая, пронизывающая тишина. Все звуки словно испарились, исчезли. Казалось, тишину можно резать ножом, настолько плотной она ощущалась. Джон развернул письмо, опустил глаза, пробежался по строкам и улыбнулся. Его сердце снова стало биться, а дыхание возобновилось. Да, его приглашают на практику в хирургическое отделение клинической больницы в Твинсе. Подать оставшиеся документы и получить пропуск нужно уже через неделю. Значит, времени у него не так уж много, но более чем достаточно.