Чтение онлайн

— Ну что здесь обсуждать? — спокойно ответила я. — Вы мои мужья. Мои истинные. Я вас безумно люблю. И я вам… очень благодарна за то, что вы не стали препятствовать мне. Помочь всем этим людям.

Император Аллард нахмурился, Стейн откинулся на спинку стола, скрестив руки на груди и прищурив глаза.

— И я понимаю, что вы меня больше никуда не отпустите, — тихо закончила я, искривив уголок рта и не поднимая больше глаз.

— Ролана, ты даже не понимаешь, насколько ты рисковала собой… — начал Аллард.

Но Стейн поднял ладонь, останавливая брата.

— Аллард, позволь мне, — пристально глядя на него, сказал Стейн.

Император резко встал и отошел к окну, а князь посмотрел на меня.

— Ролана, мы понимаем, что твоя деятельная натура и стремление помогать, должны находить какой-то выход. Видим, как ты чахнешь и тоскуешь во дворце без возможности применять свой дар. У нас был с братом уже разговор на эту тему.

— Правда? — удивилась я. — Да, я плохо вижу себя в роли… — я помедлила, подбирая слова, — красивого украшения на балах и дворцовых приемах. Прости…

И опустила голову ниже. Всё же я произнесла эти слова.

Напряжение сгустилось в комнате. Я ощущала его физически.

— У меня есть предложение, Ролана, — вдруг неожиданно мягко произнес Стейн. — Как насчет того, чтобы… занять твой деятельный ум настоящей пользой? Гораздо более серьёзной, чем работа в госпитале. Ты была бы рада подобной возможности?

Я вскинула недоумевающий взгляд на князя. Затаила дыхание от его улыбки, тихой и светлой.

— Не понимаю… Что ты имеешь в виду?

Посмотрела на Алларда и глубоко вздохнула от его ласкающего светлеющего взгляда.

— Что бы ты хотела улучшить в империи, императрица моя? — улыбнулся он. — Уверен в твоей светлой головке много отличных идей, которые бы могли улучшить жизнь наших подданных.

Глубокий низкий голос императора окутал меня теплом. Не веря тому, что вижу и слышу, я перевела взгляд на Стейна. Невольно я улыбнулась ему в ответ.

— У тебя один муж — император, а другой — князь, — приподнял он бровь. — Что бы ты хотела улучшить в империи, счастье моё?

— Мы тебя спрашиваем о реформах, — пояснил Аллард и подошел ко мне, взял мою руку и поцеловал ее.

— Реформы? — переспросила я.

— Реформы, — подтвердил Стейн. — Ты жила среди простых людей, обычной жизнью. Работала в госпитале. Самоотверженно работала. И наверняка ты знаешь много, что можно улучшить изнутри.

— В империи мало профессиональных лекарей, — осторожно начала я. — Это из-за недостатка учебных заведений. Я помню, что целый год ждала возможности поступить в академию, и мне ещё повезло, кто-то ждёт и по пять лет. С этим надо что-то делать.

— Неплохо, — протянул Аллард, поглаживая мои пальцы. — Образование лекарей. Что ещё?

— Я бы поддерживала молодые таланты. Нужны стипендии, гранты, чтобы учиться, не думая о том, что нужно где-то жить, что-то есть и кормить семью, — уже смелее ответила я. — Сейчас обучаться и развивать свой дар могут только те, у кого есть для этого средства. Но ведь есть талантливые дети, которые не могут себе этого позволить. Империя могла бы брать расходы их обучения на себя, с условием их дальнейшей работы на Империю там, где это потребуется. Например, десятилетний контракт.

— Тоже хорошо — кивнул Стейн. — А что ты думаешь насчёт снабжения артефактами и прочими лекарскими штуками типа микстур, или чем вы там пичкаете страждущих?

— Конечно, надо улучшать снабжение, — улыбнулась я и подтянулась к нему. — Сейчас уходит очень много времени, чтобы подписать все бумаги и разрешения, потому что все утверждается через несколько разных ведомств. Например, за артефактами нужно обращаться в магический отдел, а за компонентами для микстур в — лекарский.

Облегченно вздохнула, когда он перетянул меня к себе на колени, обнял и поцеловал меня в висок. Оказывается, мне всё это напряженное утро очень не хватало его объятий.

— Мы все время упираемся в ограниченность магического резерва, — подставляя лицо под лёгкие поцелуи Стейна, продолжила я. — Если будут направлены отдельные усилия на создание артефактов, которые помогают целителям… Возможно, надо дополнительно поддерживать артефакторов, чтобы им было выгодно…

На мои плечи легли пальцы Алларда, заставляя меня заурчать от удовольствия.

— Во всяком случае, будет у нас больше амулетов, — поднимая руку и проводя ладонью по мощному плечу мужа, говорю я. — Такая катастрофическая ситуация, как… вчера… Ах, Стейн!

Пальцы моего князя уже гладили мои бёдра под подолом платья.

— Мне кажется, отличный план для того, чем занять нашу деятельную императрицу, — сказал Аллард, расшнуровывая моё платье на спине. — Что скажешь, Ролана? Тебе было бы интересно заниматься подобными реформами и проектами?

— Конечно, очень интересно, — ответила я, расстегивая тугие пуговицы на камзоле моего князя и подставляя губы под властный поцелуй моего императора. — Спасибо вам. Я буду счастлива, если мне можно будет всем этим заниматься. Я очень хотела бы…

— А мы будем счастливы, что счастлива ты, — прошептал в мои губы Аллард.

Он поцеловал меня нежно. Постепенно его поцелуй становился всё требовательнее. Их руки всё настойчивее.

— Но всё равно, Ролана, отпускать тебя одну мы больше никуда не будем, — жёстко глянул на меня император. — Только со мной или Стейном. Не обсуждается.

Даже не сомневалась. Ахнула, когда Аллард сжал мою талию и резко поднял меня на руки.

— Я очень зол, Ролана. И очень голоден по тебе. Я чуть с ума не сошел, когда увидел тебя там в городе, истощенную до последней крайности. Едва сдержал дракона, отчаянная моя. Поэтому тебе придётся сейчас принять от мужей особое наказание, — хрипло произнёс он, решительно и быстро занося меня обратно в спальню.

— Закрой глаза, — властно приказывает мне Аллард, поставив на мягкий ковер, подле кровати.

Низ живота сразу налился горячей тягучей тяжестью. Изнутри защекотало восторженным предчувствием какого-то нового сладкого и порочного приключения для меня. Я поймала взгляд Стейна. Мои драконы смотрели с таким загадочным оценивающим видом, что я без промедления опустила дрожащие ресницы.

— Умница, Ролана. Сегодняшний урок будет посвящен послушанию, сокровище мое, — довольно проурчал император, когда на мои глаза опустилась шелковая прохладная ткань.