Чтение онлайн

Впиваюсь ногтями в его плечи, крепко обнимая обеими руками. Проводя кончиками пальцев по его шее, по коротким волосам и легкой щетине на лице. Прижимая к себе еще больше, хотя он и без того впечатал меня собой, и я чувствую его каждым миллиметром своего тела.

Стон все-таки срывается. Сиплый, беспомощный. Горло пересохло. Губы пульсируют после длительного жесткого поцелуя. Капелька пота стекает от ключицы в ложбинку между грудей. Жарко. Дышать совершенно нечем. Волосы липнут к телу. А его губы сводят с ума, рисуя узоры на моих плечах и шее. Так хочется попросить его поцеловать меня снова. Вытребовать хоть пару слов. Услышать его стон или рык. Утонуть в этой реальности. Застрять в этом моменте.

И сдерживаться сил просто нет. Его движения стали куда четче и быстрее. И я понимаю, что еще совсем немного, и оргазм оглушит меня. Словно чувствуя, что я близка, Лёша впивается в мои губы поцелуем, проглатывает мой протяжный стон и, не сбавляя темпа, кончает, лишь немного вздрогнув и прижав к себе крепче. Все еще ощущая уходящую волну удовольствия, не разрывая поцелуй, становлюсь на ноги, когда он отпускает меня. И не держи он меня сейчас, я бы сползла по стенке, неспособная устоять на ослабевших ногах. Только ощущение его рук пропадает. Слышу звук падающего в мусорную корзину презерватива, его застегивающейся ширинки, и магия исчезает.

Его лицо напротив все также без эмоций. Лишь испарина на лбу и напряженная венка на виске, пульсирующая так сильно и быстро. Я ведь чувствовала, как его сердце билось в такт с моим. Безумно. Слышала шумное дыхание, ощущала его кожей.

Он был во мне, целовал жадно и как-то по-животному. Прижимал до боли в костях. А сейчас, постояв напротив всего несколько минут, открывает дверь и уходит. Все также молча.

Онемевшими руками привожу себя в порядок. Чувствуя накатывающую истерику. И нет, подобное не впервой. Это я о сексе в клубе. Потому по этому поводу никаких сожалений. Но его молчание. Абсолютное. Выбивает из колеи. Все произошедшее убивает. Пусть я и не забралась в его постель. Но я чувствовала его. Пробовала. Я получила один из самых ярких оргазмов в своей жизни.

Алкоголь мешает. Меня начинает мутить и от ситуации, и от выпитого. Волосы растрепаны. Макияж, пусть и не сильно, но размазался. Наскоро пытаюсь придать себе божеский вид. Руки дрожат. Ноги все еще неохотно слушаются.

Выхожу. Проходя мимо толпы веселящихся людей, замечаю недалеко того самого парня, с которым планировала продолжить ночь. Только теперь мне это не нужно.

Зачем он это сделал? Зачем дал ощутить себя? Узнать его. Наслаждаться им. А после молча ушел, словно ничего и не произошло между нами. Какой в этом смысл? Подоплека?

Вываливаюсь на улицу, вдыхаю полной грудью ночной прохладный воздух, неумолимо покрываясь мурашками. Ищу взглядом сестру, твердо решив отправиться побыстрее домой. И найдя ее, сразу же вызываю такси.

— С тобой все в порядке? Ты выглядишь, хм… потрепанной и расстроенной, — осматривает внимательно, а в глазах читается волнение.

— Все в порядке. Я просто выпила лишнего и устала.

— А как же тот парень?

— Не сегодня, милая, — улыбаюсь через силу и откидываюсь на сидении, прикрыв глаза и проживая под опущенными веками все снова. Снова. Снова. Снова. Ковыряя собственную душу. Позволяя наполнить сердце каплю за каплей отчаянием и болью. Рву сама себя на части. Разрешая какое-то время кровоточить всему, что внутри. Не в силах отпустить так быстро пережитое. Не понимая, что будет дальше.

По приезде домой стягиваю с себя одежду, нервно курю одну сигарету за одной, остановившись лишь из-за накатывающей тошноты. Холодный душ. Срочно. Стою, подставляя лицо под ледяные струи. Даже не дрожа, просто не чувствуя медленно немеющее тело. В голове словно вакуум. Все мысли вразброс, но все без исключений именно о том, что было между мной и Лёшей. Это было обезоруживающе потрясно. Страстно. Горячо. И я не хочу верить в то, что ему все равно. Больно почти физически вспоминать его лицо без тени эмоций. Словно механический робот вдалбливал меня в стену, а не живой человек.

***

Утро встречает головной болью, ломотой костей и давящей тишиной внутри. Что-то явно произошло, только что — я не помню, хоть пытайте.

Скинув одеяло, замечаю на бедрах едва заметные, но синяки. Встав, отмечаю дрожь в ногах. А это, само собой, знак того, что был у меня секс. Причем бурный, особенно если учесть, что около ключицы маленький засос, а губы словно тонкой пленкой, грозящей лопнуть, покрыты. С тем, что меня трахнули я разобралась, вопрос в другом. С кем?

Паршивое ощущение, давящее на ребра изнутри, напрягает. Я не понимаю, почему мне так хреново во всех смыслах. Что же такого произошло, что отголоски непонятных переживаний до сих пор тугим обручем сдавливают?

Звоню сестре, наводящими вопросами выспрашивая, с кем она меня вчера видела. Она рассказывает в деталях о парне, с которым я посреди танцпола целовалась. По описанию понимаю, о ком она говорит, но интуиция сигналит, что не с ним я была ночью. Не с ним. Больше информации от нее нет, кроме того, что вышла из клуба я раздавленная, со стеклянными глазами и знатно потрепанная внешне.

Не помогает обжигающе горячий кофе прийти в норму. Даже тренировка не избавляет от ощущения дерьмовости внутри. И крепкий сон не убивает боль в голове.

Что-то вчера произошло, что-то, что мешает мне нормально функционировать. А узнать, что же, неоткуда. И сколько чертовых раз я зарекалась не пить? Однако успешно наступаю на эти чертовы грабли с завидной регулярностью.

— Плохо, что ты не пришла. Было очень весело, — воодушевленно рассказывает в красках Вера о прошедшем дне рождения той девки. Пили они, не просыхая, несколько дней и по ее словам мистер каменное лицо даже улыбался и был не в пример прошлым случаям их встреч пьян. Его даже раскрутили на пару танцев, он участвовал в различных игрищах и уехал едва ли не самым последним. Однако, судя по недовольному лицу рассказывающей, у них до сих пор ничего не склеивается.

— Я вас поздравляю. Мне было и так неплохо.

— Пойдем вечером в бар? Там должен прийти младший брат Алекса, поговаривали, что там очень горячий мальчик. И намного общительнее старшего брата.

— У него есть брат? — удивляюсь.

— Ага. И сестра старшая. Только она не живет здесь, уехала еще студенткой жить в другую страну. Не помню куда, — отмахивается и продолжает: — А еще я узнала, что Корень на тебя запал, — поигрывает бровями и смеется. Только мне эта информация до одного места. Будь он хоть трижды влюбленным, я в его сторону не посмотрю. И дело даже не во внешности. Типажи у меня всегда разные. В любовниках сходства если и есть иногда, то минимальные. Они разномастные. Абсолютно. Но долбанный Корень настолько взбесил меня тогда фианитом, что я по сей день не горю желанием с ним даже мельком общаться.

— И кто это такой добрый тебе биографию его рассказывал?

— Корень, кто ж еще. Он выпил и, видимо, ему очень нужно было кому-то излить душу или банально почесать языком. А я и не против. Знание — сила.

— Пойдешь со мной в кафе? Мне нужно принять вечером продукты на завтра. Да и пройтись просто охота, состояние не фонтан.

— Почему нет?

Заручившись компанией рыжеволосой, наскоро собравшись, выдвигаюсь к своему рабочему месту. Голова напоминает воздушный шар, который раздувается все больше и больше, грозясь лопнуть. Тело немилосердно ломит. И я бы душу дьяволу продала за воспоминания о сегодняшней ночи. Но… Дьявол помогать не планирует, Вера выносит мозг, а погода омерзительная в своей чертовой духоте.