Чтение онлайн

– Я не могу его принять, - печально покачала я головой.

– Почему?
– Дахи смотрел на меня скорее с любопытством, чем с обидой.

– Мы и так у вас в долгу. Из-за документов.

– Ты опять бояться! Я обещать, не трогать тебя!
– Он протянул мне коврик.

Но я не приняла. Спросила его строго:

– Зачем вы пришли? Только честно!

– Быть рядом.

Сердце предательски бухнуло, но я не сдавалась:

– Зачем?

– Хотеть.

– Чего?

– Быть рядом.

О господи, разговор немого с глухим!

– Но зачем? Я не понимаю!

Он вдруг пожал плечами и покачал головой:

– Я не знать, что это. Просто хотеть быть рядом.

Меня будто кипятком окатило. Я, наверное, сильно покраснела, потому что Дахи принялся меня успокаивать. Поднял руки вверх в беззащитном жесте, забормотал:

– Я не трогать, только быть! Делать йога...

Да, вот это испытание! И как прогнать такого, если он прямо в сердце стреляет?! Искренний какой, чёрт бы его побрал... Но нужно помнить, что всё это может быть просто ещё одним приёмом: на ужин в ресторане не повелась - подключаем тяжёлую артиллерию.

Я махнула рукой и взялась за йогу. Надо же хотя бы опробовать этот чудесный коврик. Хоть узнать, от чего отказалась... Конечно, когда так пялятся, в процесс толком не погрузишься, но не идти же теперь домой из-за того, что у моего начальника неожиданно проявились неконтролируемые склонности маньяка..!

К моему большому удивлению, Дахи действительно занялся вместе со мной йогой. А к ещё большему - он ничего не знал и повторял за мной довольно коряво.

– Вы что, выучили одну позу?
– с усмешкой поинтересовалась я.

Он не понял, достал телефон с переводчиком, попросил повторить. А потом с улыбкой кивнул. Даже не стесняется! Хотя зачем такому красивому мужчине скромность... Да ему, наверное, женщины-то никогда не отказывали - вот он и лезет из кожи вон. Даже скорпиона выучил, хотя йогой никогда не занимался. Это, кстати, чудо чудное. Поза-то далеко не самая простая. Я даже спросила его через переводчик:

– Почему вы выбрали скорпиона?

– Произвести впечатление, - снова нисколько не смущаясь, ответил он.

Его манеры пугали меня. Слишком простыми и искренними они были, а я - слишком неопытной. Я не знала, чему можно доверять, а что является лишь тонкой хитростью, замаскированной под правду. Поэтому я сохраняла нейтралитет: не покорялась шефу в его желании сбоизиться со мной, но и не ругалась с ним, дабы избавиться от его общества. Общество это, скажу честно, было мне приятно: Дахи красив и мил. Я просто не знала, каковы его истинные мотивы, и жила в уверенности, что у человека его круга не может быть серьезных намерений в отношении девушки моего круга. Слишком простой, слишком бедной... это уже не говоря о культурных и религиозных воззрениях.

Закончили мы, как водится, шивасаной. Я с наслаждением растянулась на мягком, нежно пахнущем чем-то природным каучуке и закрыла глаза. А в следующую секунду на мои веки опустилось нечто мягкое и гладкое. Я вздрогнула от неожиданности, но этим предметом оказался маленький продолговатый шелковый мешочек, наполненный чем-то шуршащим и слабо пахнущий сладковатым ароматом трав.

– Что это?
– спросила я у своего начальника.

– Подарок к подарок, - улыбнулся он.
– Магазин дать. Для шивасана.

Подушечка для шивасаны с травами. Мое сердце ошеломленно-умиленно сжалось. Разве бывает на свете такая прелесть?

– Спасибо, - тихо пробормотала я, решив, что такую мелочь я принять могу. Слишком уж она хороша.

Я легла обратно на коврик и положила подушечку себе на веки. Тело приятно растеклось по земле, ум расслабился, позволяя мыслям свободно течь через голову, не сосредотачиваясь ни на одной из них. Подушечка в самом деле действовала на меня умтротворяюще. Кажется, я даже задремала, но потом вздрогнула во сне, мешочек с травами скатился с моего лица, я открыла глаза и увидела... Дахи, сидящего надо мной и внимательно рассматривающего меня своими умными, невероятно красивыми глазами. В них не было вожделения - по крайней мере, мне так показалось - только интерес и... как будто удивление. Он и не думал отворачиваться или отводить глаза - не стеснялся своего любопытства.

– Ты очень красивая, - сказал мой босс абсолютно спокойно.

Ну надо же, оказывается, мы умеем склонять прилагательные! Готовился, наверное... На его лице отобразилось замешательство, он потер собранными в щепотку пальцами и обратился за помощью к переводчику. Выглядело это просто обезоруживающе...

– От тебя идёт свет...
– со своим восхитительным акцентом произнёс Дахи, и в его устах это почему-то не звучало пафосно. Или звучало, но не резало слух. Как будто он не парень из обычного реального мира, а джинн из арабской сказки, и ему позволительно выражаться витиевато.

– Спасибо, - буркнула я, чувствуя, что, как бы ни старалась оградиться, попадаю под очарование этого восточного мальчика. Это становится слишком тяжело. Я начала поспешно скручивать свой поролоновый коврик, натягивать на него растянутую удерживающую резинку.

– Эва, - окликнул меня молодой человек.
– Можно, теперь я?

– Что - вы?

– Показать тебе мой уметь.

Я удивлённо выгнула брови, понимая, что ни в коем случае нельзя отвечать согласием на это предложение, но не имея сил отказаться. Проклиная себя за авантюризм, я поднялась на ноги и сделала шаг к шефу. А он настиг меня одним прыжком, ловко перехватил за талию, круто провернул вокруг себя и аккуратно положил на какчуковый коврик. Я и оглянуться не успела.

– Что это было?
– ошеломленно спросила я у Дахи, склонившегося надо мной с озорной мальчишеской улыбкой.

– Борьба, - с гордостью ответил он.
– Понравилось?

– Непонятно, - растерянно покачала я головой.

Меня тут же подняли на ноги и применили ещё один приём - столь же ловкий и неожиданный, но на этот раз в конце я оказалась на ногах. Он вертел мной, как куклой - легко и быстро. Честно говоря, борьба моего начальника больше была похожа на то, как будто меня берут на руки и обнимают - и это невыразимо приятно. И придраться не к чему...

– Ну как?
– снова поинтересовался Дахи, всё так же сияя улыбкой.

И я не смогла солгать ему:

– Здорово! Вы... такой сильный. Чувствую себя маленькой девочкой...

– Ты очень легкий, - махнул рукой шеф, а потом воспользовался переводчиком и сообщил мне, что это их национальная борьба, и её приемы рассчитаны на то, чтобы сразить противника вдвое больше себя, поэтому я показалась ему совсем невесомой.

– Мой отец хорошо владеет этим искусством, я занимался с его тренером, но маловато, поэтому на ринг мне выходить рано...