Молодой господин
Шрифт:
– И с тех пор ты живёшь с бабушкой?
Я качнула головой:
– Я всю жизнь с ней. Пока мама на работе...
– А твой папа?
– Они с мамой развелись, когда мне было семь.
– Почему?
– Папа работал на шахте, им не платили зарплату. А он всё равно работал... Иногда дома нечего было кушать. Тогда мама уволилась из поликлиники и ушла в свободное плавание - зарабатывать деньги. Пропадала целыми днями по клиентам. Папа был очень недоволен. Злился, ревновал... Мама расстраивалась, но бросить клиентов уже не могла. Однажды папа поставил вопрос ребром: или я, или они. А мама просто задумалась... Тогда он ушёл и хлопнул дверью. Навсегда.
Я вздохнула и проглотила комок в горле. Есть больше не хотелось. Глупо. Сколько можно переживать об одном и том же? Но я никак не могла оставить эту боль позади. Дочитав эту исповедь, Дахи сжал мою руку, на лице его воцарилось совсем недетское выражение, в противовес обычной беспечности.
– Мои родители тоже не любят друг друга, - сказал он, и я чувствовала, что эти слова даются ему с трудом.
– Но живут вместе?
– уточнила я.
Дахи кивнул:
– У нас так принято. Разводы сильно не приветствуются.
– Но разве...
– начала было я традиционно-банальное рассуждение о том, какое зло меньше: развод или совместная жизнь без любви, - но Дахи перебил меня:
– Отец любит свою третью жену... очень сильно.
– Третью?
– глупо переспросила я, ещё не понимая, как у него может быть третья жена, если он не разведён, но тут до меня начало доходить. Ну конечно, на родине моего шефа принято многожёнство!
– Она русская, - загадочно улыбнувшись, поведал мне Дахи.
– И она согласилась стать третьей женой?!
– изумлённо воскликнула я, так что другие посетители ресторана начали на нас оглядываться.
– Да, - невозмутимо кивнул Дахи.
– Потому что любит его.
– Но ведь... это очень тяжело - делить любимого мужчину с ещё двумя женщинами! Представь, что тебе пришлось бы делить девушку с ещё хотя бы одним парнем!
– Лучше не предлагай мне такое!
– хищно сверкнув глазами, предупредил Дахи.
– Почему ты считаешь, что женщинам легче?
– Потому что такова их природа. Господь создал вас такими.
– Удобное объяснение, - кивнула я, наконец, осознавая, насколько наивной была наша с Дахи надежда на возможность серьёзных отношений между нами. Слава богу, что этой ночью шеф проявил благородство...
Сам же он не проявлял ни малейшего беспокойства по этому поводу:
– Ты не хочешь быть третьей женой.
Я отрицательно покачала головой:
– Ни третьей, ни второй, ни первой. Никакой, по счёту. Только единственной.
– Думаю, Ева тоже этого хотела.
– Ева?
– удивлённо переспросила я, и многие элементы паззла сложились в моей голове.
Дахи кивнул:
– Моя вторая мачеха.
– Давно твой отец женился на ней?
– спросила я, уже зная ответ.
– Примерно три года назад.
Я улыбнулась. Готова дать руку на отсечение, что Ева молода и хороша собой. Отсюда ещё одна догадка:
– Но ты сказал, что твои родители не любят друг друга...
– И никогда не любили.
– А твоя первая мачеха?
– Она совсем не похожа на мою мать.
– Тоже русская?
– Нет. Моей национальности.
– И твой отец любит её?
– По-своему. Он заботится о ней и их детях.
– Ну вот тебе и ответ.
– На какой вопрос?
– Как Ева согласилась стать третьей женой. Ведь по сути она единственная.
– Ты слишком умная, Эва!
– проговорил Дахи пугающе ледяным голосом и прищурился.
У меня даже похолодело в животе. Но сразу следом шеф расхохотался и на эмоциях чмокнул меня в щеку. Это был такой тёплый, такой интимный жест, что мою грудь затопила нежность. Мне отчётливо захотелось поцелуя в губы, но я, разумеется, решительно отогнала от себя это желание.
– Но я запомнил, - сказал Дахи, продолжая смотреть на меня.
– Ты хочешь быть единственной.
Я вспыхнула. Мы что, обсуждаем условия брачного контракта? Нас и парой-то пока ещё не назовёшь!..
– Ты веришь в бога, Эва?
– спросил Дахи таким тоном, как будто это было самое главное, что он хотел выяснить обо мне, и оттого очень волновался.
Я кивнула.
– В какого?
– Уж точно не в твоего. Мой бог создавал меня не для того, чтобы я стала третьей женой.
– А для чего? Чтобы ты тяжело работала целыми днями, добывая себе пропитание?
– Это очень однобокий взгляд. На самом деле, я помогаю людям быть здоровее и лучше себя чувствовать.
– Ты могла бы с таким же успехом делать это для своего мужа и ваших детей.
– И других его жён?
– уточнила я.
– То, что ты хочешь быть единственной, мы уже выяснили.
– И твой бог не будет возражать против такого безобразного женского собственничества?
– Нет, маленькая мисс ирония, мой бог вовсе не заставляет мужчин жениться повторно.
– У тебя много знакомых мужчин, живущих в браке с одной-единственной женой?
– Немного, но есть. Так как зовут твоего бога?
Я пожала плечами:
– Никак. У него нет имени.
– Что за шутки? Ты сама придумала себе бога?
– Можно и так сказать.
– Это несерьёзно, Эва!