Чтение онлайн

За дверью меня ожидала немая сцена. Три фигуры – повариха, Иван – видимо, уже успевший прибежать на крики с улицы – и бабушка в ночной рубашке, застыв, разглядывали кастрюлю на столе. Ничего интересного в зрелище на первый взгляд не было, и лишь подойдя поближе я, наконец, сообразил, в чем дело.

В боку несчастной посудины зияла дыра примерно в мой кулак размером. Судя по оплавленным краям, ее оставил Огненный Шар – компактной, зато весьма приличной мощности. На этой же намекал повисший в воздухе запах горелого и закопченная вмятина на противоположной стенке кастрюли: магия пробила один слой эмалированного железа, но на второй ее уже не хватило.

– Моя любимая была… – растерянно пробормотала бабушка. – В чем теперь щи варить?

– Да это бы ничего, ваше сиятельство! – Повариха прокатилась по кухне сердитым шариком и ткнула пальцем в стену над раковиной. – Вы сюда поглядите!

На кастрюле перечень разрушений не заканчивался. Осторожно подойдя поближе и отодвину повариху, я увидел еще одну дыру. Такой же формы и размера, только на этот раз проделанную прямо в стене кухни. Неведомое заклинание прожгло насквозь и доски, и толстые бревна сруба. И вряд ли примчалось из соседнего помещения.

Я чуть наклонился и, прищурив один глаз, разглядел напротив третью дыру. Похоже, ведущую уже прямо на улицу – судя по мягкому утреннему полумраку, разлившемуся по чулану.

– Это что ж такое получается, ваше сиятельство? – Иван легонько тронул меня за плечо. – Опять Зубовы пожаловали? Так сегодня ж мы с отцом с ночи в карауле стояли – а у нас мышь не проскочит!

– Нет, – усмехнулся я. – Точно не Зубовы.

Вряд ли хоть кому-то здесь могло дать подсказку едва заметно фиолетовое свечение на опаленных краях дыры, но мне уже приходилось такое видеть. И не так давно, чтобы воспоминания о подобных на первый взгляд незначительных деталях успели стереться из памяти. Перед глазами снова пронеслись темные очертания деревьев в лесу за хутором, перепаханная сражением неведомых сил полянка и здоровенная туша, которую оружие Древних буквально превратило в решето.

Нет, магия здесь была, можно сказать, не при чем. Дыра в стене напоминала те, что остались на теле некромедведя после схватки с Пальцекрылом. И я, кажется, уже понял, что именно ее проделало.

Осталось только выяснить – как.

– Можете не беспокоиться. Враги на нас не напали. – Я вышел обратно в обеденный зал, прошагал в коридор и принялся завязывать ботинки. – Только напротив дыры в стене лучше все-таки не стойте. А то мало ли…

Иван растерянно посмотрел на меня, потом оглянулся обратно в сторону кухни. И снова на меня – будто никак не мог решить, что ему следует делать: то ли выйти на улицу и защищать своего князя от неведомой опасности, то ли остаться в доме с бабушкой, поварихой и дядей, который как раз с ворчанием топал где-то на лестнице.

Я не стал дожидаться, пока парень решится, и, кивнув, отправился к гриднице в гордом одиночестве. Как и следовало ожидать, четвертое – и, хотелось надеяться, последнее на сегодня! – отверстие зияло на стене в паре десятков шагов от господского дома. Разогретая до сверхвысоких температур плазма начала свой путь в покоях Святогора. И на этот раз ее источник почему-то сработал даже мощнее, чем тогда в лесу.

– Я не специально! И вообще – это оно само!

Когда я рывком распахнул дверь в оружейню, Катя отскочила от верстака, убирая руки за спину. Впрочем, вряд ли это было спектаклем для сердитого старшего брата. Судя по бледному лицу и вытаращенным в испуге глазам, ее сиятельство вредина сама не ожидала подобного эффекта. И только сейчас сообразила, что ее любопытство запросто могло продырявить вместе со стеной кого-то из домашних.

– Прости… – еле слышно прошептала она. – Там… Там не?..

– Все целы. – Я прикрыл за собой дверь. – Ты что тут устроила, госпожа изобретатель?

В целом все и так было понятнее некуда: полуразобранная голова Пальцекрыла на верстаке, и зажатая в тиски на верстаке пушка из его пасти почти не оставляли простора для домыслов. Страшное оружие автоматона сделало один-единственный выстрел.

Похоже, последний: блок управления почернел и оплавился, короткий ствол согнулся, обвиснув под собственным весом, а его наконечник выглядел так, будто только что побывал в горне с первородным пламенем. Оплавленный металл все еще тускло сиял алым, понемногу остывая. Даже для конструкции Древних нагрузка оказалась запредельной – пушка явно свое отработала.

– Жалко, конечно… – вздохнула Катя. – Если честно, я и не думала, что получится. А оно как пальнет!

– Жалко ей… Хорошо самой руки не оторвало! – Я нахмурился, старательно изображая грозного старшего брата. Но потом все-таки не выдержал и задал вопрос, который на самом деле интересовал меня куда больше воспитательного процесса. – Ты откуда энергию взяла, госпожа изобретатель? Там же вся голова от жив-камня работает.

– Не обязательно. Вот тут провод к блоку шел. Толстый такой, как у дяди в автомобиле. – Катя сначала порыскала взглядом по разложенным на верстаке деталям автоматона, но потом просто ткнула пальцем в обрезок, свисавший из пушки в тисках. – Но можно и напрямую подать, без трансформаторов, без…

– Да это понятно. – Я махнул рукой. – А взяла-то откуда? Тут или жив-камень нужен, или резерв, как у Горчакова. Чудес не бывает.

– Из жив-камня и взяла. Который там, в подземелье. – Катя вытянула руку в сторону господского дома. – На нем чары какие-то странные еще. Не знаю, откуда взялись, но мана так и хлещет. Я вот и подумала, что можно попробовать к ним эту штуку приделать, чтобы заработала.

От неожиданности я едва не закашлялся. Мне уже приходило в голову, что младшая сестренка соображает в некоторых видах магии получше всей семьи вместе взятой, но такое… Ей хватило таланта не только распознать среди местных чар контур с первородным пламенем, но и каким-то образом подцепиться к нему и взять ману для эмиттера плазменной пушки.

С остальным, впрочем, вышла промашка: энергии оказалось слишком много, а про генератор магнитного поля, который должен был защищать хрупкое нутро устройства, Катя не могла знать по определению. Я никогда не соображал в технике, однако в общих чертах понял, что случилось: пушка заглотила в несколько раз больше маны, чем нужно, и попросту сгорела.

И все же результат впечатлял. Если как следует разобраться со всеми узлами и подключить источник нужной мощности, то на выходе получится оружие, по сравнению с которым даже холландовский штуцер покажется детской игрушкой. Не хуже картечниц, которые стоят на стенах крепости в Орешке.

– Ругаться будешь? – осторожно поинтересовалась Катя, втягивая голову в плечи.

– Да теперь то уж чего, – усмехнулся я. – Но бабушке мы об этом говорить, пожалуй, не будем. А то она с обоих голову снимет.

– Спасибо!

Ее сиятельство вредина заулыбалась во все зубы и, подбежав, обняла меня и уткнулась лбом в грудь.

– Да не за что. Мне, знаешь ли, тоже жить охота… А стенку починим. – Я погладил чернявую макушку. – Только в следующий раз одна с такими штуками не ковыряйся. Лучше меня позови – вместе быстрее разберемся. Обещаешь?

– Обещаю! – Катя отступила на полшага и запрокинула голову. – Словно княжны!

– Только прибери тут все, княжна, пока не догадались, кто весь дом с утра на уши поставил. – Я развернулся и неторопливо зашагал к выходу. – А я уж тебя, так и быть, прикрою.

Улица встретила меня первыми лучами солнца и колючим утренним воздухом. По пути сюда я не обращал внимания на погоду, но теперь в очередной раз заметил, как сильно похолодало за последние дни. Октябрь уже вовсю заявлял свои права на все вокруг и, похоже, успел подзабыть, что ему положено хотя бы иногда быть теплым и мягким.