Чтение онлайн

В поединок Одаренных обычным людям лучше не вмешиваться.

Зубов в очередной раз поднял целую тучу пыли и древесных ошметков, но я спалил их раньше, чем он успел вылепить что-то серьезное. От второй атаки пришлось уходить пируэтом, иначе растущие прямо из земли щупальца, похожие на пальцы великана, перемололи бы мне все кости. Я крутанулся на месте, отсекая сразу несколько, а от остальных увернулся – и тут же ответил Красной Плетью, прощупывая защиту.

Обычного человека с такого расстояния разрубило бы надвое, даже будь на нем доспех, но Зубов только выругался, закрываясь металлической рукой, и снова попер вперед, на ходу доставая из ножен второй клинок.

Похожий на первый, как брат-близнец – такое же короткое широкое лезвие из кресбулата. Прямое, без намека на изгиб, и так же сияющее в темноте голубым. Зачарованное, как и Разлучник – только с силой аспекта Льда.

– Что такое, ваше сиятельство? – Я крутанул меч в руке. – Мана закончилась?

– Хватит болтать! – раздалось в ответ. – Иди сюда, выродок – и покончим с этим!

Судя по бледной и мрачной физиономии, я, сам того не ожидая, попал в точку. Зубов действительно потратил большую часть резерва на Земляной Щит пока поднимался к Гром-камню, и теперь остатков энергии едва хватало на боевые заклинания. Часть маны оттягивали чары на оружии, и тело тоже требовало свое – чтобы не терять скорость в тяжеленной броне.

Наверняка его сиятельство представлял все совсем иначе.

Ярость плескалась внутри, подначивая поскорее лезть в бой, но я привычно загнал ее туда, где она не мешала соображать. Злоба и самоуверенность – не лучшие советчики в поединке с сильным и опытным врагом – холодный расчет куда надежнее. Я наверняка не уступал Зубову силой, фехтовал ничуть не хуже и хранил в своей памяти сотни сражений, но на его стороне были древние доспехи.

И два клинка – против моего одного.

Когда наши мечи в первый раз встретились, высекая искры, по телу пробежала боль. Обжигающий холод тут же поднялся до локтя, словно кто-то вцепился в руку ледяными когтями. Не будь у Разлучника собственных чар – я, пожалуй, и вовсе выронил его после такого удара.

Сияющие голубым клинки тоже ковали настоящие умельцы – каждое их касание вытягивало тепло, грозясь за считанные мгновения превратить меня в неподвижную замерзшую тушу. Похоже, Зубов неплохо владел еще и аспектом Льда, и от его магии мог защитить только Огонь.

Я быстро усвоил урок – и теперь старался держаться подальше от холодных лезвий. И больше уклонялся от ударов, чем парировал. Зубов пер напролом, полагаясь на силу и крепость доспехов, а мне приходилось отступать. Мы кружили среди застывших металлическими изваяниями гридней и горящих сосен, лишь изредка обмениваясь выпадами.

И время работало на меня. Мы оба двигались на запредельных для обычного человека скоростях, и со стороны никто наверняка не видел изменений, но я чувствовал, как мой враг начинает уставать. Его мечи светились уже не так ярко, а молниеносные движения понемногу замедлялись, теряя точность и убийственную мощь. Единственным преимуществом оставалось оружие в левой руке.

Пока я не лишил Зубова и этого. Основа взревела, разом вытягивая из контура целое море энергии. Я почти физически ощущал, как жив-камень в сотне шагов за моей спиной отдает последнее, но Разлучник вспыхнул ослепительно-белым огнем. Первородное пламя отдало ему свою силу.

Лишь на мгновение – но и этого оказалось достаточно: полыхающий кресбулат с лязгом обрушился на основание клинка Зубова, и тот переломился у самой гарды, оставляя в руке лишь обломок в палец длиной.

– Неплохо, выродок. – Зубов отшвырнул искалеченный меч и ловким движением перебросил второй из левой руки в правую. – Но что дальше? Пусть ты лучше дерешься – у меня все еще вдвое больше людей. Вам не победить!

– Напротив, болван. Мы уже победили. – Я отступил на шаг и с улыбкой опустил клинок. – Неужели ты еще не понял?

Злобный оскал на Зубова сменился недоумением, а потом его лицо побледнело и вытянулось. На щеках заиграли желваки, а в глазах появилось то, чего я еще не видел. Нет, не страх – скорее досада и обида. То ли на судьбу, то ли на самого себя – за глупость.

Зубов, наконец, почувствовал, как к Гром-камню стремительно приближается тот, чей Дар куда сильнее и моего, и его собственного. А может, и вместе взятых – особенно сейчас, после чуть ли получасовой схватки.

Горчаков долго запрягал, но ездить при желании умел быстро – а мне оставалось только развлекать незваных гостей до появления подмоги. С этим я как будто справился, сыграв всю свою партию, как по нотам – и теперь бежать Зубову было уже некуда.

Капкан захлопнулся.

Бронированные фигуры за его сиятельством исчезали одна за другой. Вряд ли сумели почувствовать появление сильного Одаренного – зато наверняка уже слышали мотор Горчаковской развалюхи, которая ревела на весь лес. А зубовская гвардия в спешке отступала вниз по холму, трусливо позвякивая доспехами.

Его сиятельство сделал пару шагов назад, в панике огляделся по сторонам и развернулся, явно намереваясь последовать за своими людьми, но на его пути тут же вспыхнула Стена Огня. Уже не такая яркая, как в начале боя – и все же вполне убедительная.

– Не стоит, Александр Николаевич, – вздохнул я. – В этой консервной банке вы все равно далеко не убежите.

Зубов не ответил. Только бросил на меня полный бессильной ненависти взгляд, будто прикидывая, сумеет ли одним прыжком одолеть разделяющее нас расстояние и свести бой вничью, пусть даже ценою жизни.

Но благоразумие победило отвагу. Бронированные плечи опустились, а из груди под кирасой вырвался вздох. Настолько протяжный и жалобный, будто вместе с ним из Зубова разом вышла вся отвага и спесь. Металлические пальцы разжались, и уцелевший меч со звоном упал на землю, напоследок сверкнув голубой кромкой лезвия.

И погас.

– Ваше благородие… Так это ж как – без пропуска? – замялся гвардеец. – Не положено ведь.

В ответ высокий мужчина с седеющей бородой только усмехнулся. Разумеется, у него не было – да и не могло быть – никаких сложностей получить любой документ, однако не имелось и желания.

И этот странный разговор с караульным вполне мог бы затянуться, не появись у дверей еще один вояка – дежурный офицер с капитанскими погонами. Он, разумеется, сразу узнал важного гостя – и тут же вытянулся по струнке.

– Здравия желаю, ваше императорское величество!

Николай Александрович, владыка и самодержец Всероссийский из рода Рюриковичей, сдержанно кивнул в ответ. И не удержался от соблазна еще раз взглянуть на беднягу-караульного.

Который, наконец, сообразил, кого имел глупость не узнать в штатском и не пустить… пытаться не пустить в госпиталь. Простое лицо парня побелело, по лбу заструился пот, а глаза увеличились так, что в одно мгновение стали размером с юбилейный золотой империал достоинством в двадцать рублей.