Чтение онлайн

— Бутылочку? — Возмутился Роланд. — Мы раскрошили лагерь работорговцев на опилки, спасли вас от них, убив человек сорок, отпустили рабов на все четыре стороны. Тут, как минимум, ящик, а то и два! У меня штаны кровью пропитаны все же!

— Будет тебе ящик, доблестный герой. — Засмеялся пивовар, смутив воина, а его жена лишь застенчиво взяла мужа за руку. — С моей-то мечтой все яснее ясного, но чего вы ждете от судьбы?

— Боевой славы. — С пристрастием простонал Роланд, похлопав по рукояти меча. — Жду времен, когда мое имя с трепетом будут произносить малые дети, играя во дворе с деревянными мечами, и меня будут упоминать при тренировке рекрутов в городской страже. До Легиона я был стражником, тогда только и оставалось, что жалеть о прошедших временах, болтать с людьми, пришедшими в город, и гонять карманников. А путникам говорить о том, что ты так же, как и они путешествовал, оправдываться, указывая на простреленное колено. Приходилось лгать, чтобы не опозориться.

— Правосудия. — С гордостью произнес рыцарь, ожидая хотя бы уважительного мычания. — Пока человек, нарушивший рыцарский обет, спокойно дышит воздухом, мне сложно думать о чем-то еще. Хоть и понимаю, что после мне придется восстанавливать честь своего ордена и семьи.

— Семья-то тут каким образом? — Удивился Роланд. — В ордене был кто-то из родичей?

— Был, родной брат, имя которому — Бернард. — Признался рыцарь, почувствовав сильное облегчение, хотя, по сути, ничего не поменялось. Спутники озадачено взглянули на него, после этого сложно было чувствовать себя хорошо. — Да, он мой брат. Словно я единственный, у кого в семье неладно.

— Суть дела не меняется, предатели всегда заслуживают наказания. — Поддержал разведчик. — А если предал брат, это должно караться смертью, такое нельзя прощать. Куда глупее было бы встать на его сторону.

— Поговорим об этом позже. Лучше вернемся к нашей теме, все рассказали о своих мечтах, но чего желаешь ты?

— Ничего. — Соврал разведчик, сдерживая кашель, после чего встал и отошел от костра, скрывшись в темноте леса. Она окутала его, словно приняв туда, где он должен быть всегда. Остальные просто проигнорировали подобный поступок и продолжили болтать о чем-то несерьезном, пытаясь отвлечься от мыслей о недавних происшествиях.

Де-Ветт младший ранее не испытывал дискомфорта в темноте. Алистера с детства учили приспосабливать зрение к мраку — зачем? — неясно, но этот навык всегда приносил разведчику пользу. Но сегодня что-то поменялось, он стал хуже видеть. Закашлявшись, Алистер делал шаг за шагом, и с каждым пройденным метром в глазах становилось все темнее, а походка делалась все нелепее и нелепее. Тело ослабевало, голова кружилась, до тех пор, пока разведчик не рухнул на землю. Ему казалось, что он куда-то проваливается, покидая реальность.

— Здравствуй, Алистер. — Кто-то поприветствовал его из темноты.

— Где я? — Спросил Алистер, понимая, что это сон. — Почему я не просыпаюсь?

— Ты без сознания. — Пояснил голос. — Лежишь на траве, в страшном лесу, кто знает, может, ты простудишься и умрешь. Тогда поговорили бы с глазу на глаз, а пока, давай себе это представим, потренируемся, так сказать, чтобы при нашей следующей встрече, ты чувствовал себя комфортней и задавал меньше вопросов.

Вдруг Алистер понял, что сидит за столом в роскошном поместье, но краски словно исчезли, все вокруг стало серым. А за длинным столом напротив него сидела черная тень, силуэт человека. Она словно играла бесцветным яблоком, взятым с серого стола. И понимание того, что это сон, никуда не пропадало, просто еще раз ставилось под сомнение.

— Кто ты?

— Будем считать, что работодатель. — Пояснил силуэт.

— Работать во сне, чем ты будешь платить мне? — Засмеялся Алистер и попробовал встать, но почувствовал, что словно прирос к креслу. — Что за дивный сон, я отравлен, у меня видения?

— Нет, ты, можно сказать, исчез. Тебя сейчас нет в мире живых — там лишь оболочка, плоть да кости. Все что ты видишь вокруг, не иллюзия, поверь мне. Наверное, сам узнаешь это место, когда-то ты называл его домом. Я подумал, что лучше всего разговаривать о делах именно здесь. Тебе рано видеть мир теней, зазеркалье или, как вы его называете — астрал.

— Забавно, так кто же ты такой?

— Владыка ночи, Бог Теней, властитель сумрака, покровитель воров и убийц.

— Божество?! Раз так, тогда я тоже. — Процедил разведчик, пытаясь "оторваться" от кресла. — Что за бред?! Бог он, видите ли, размечтался! Дай мне только встать на ноги…

— Не торопись, советую умерить пыл. — Образ становился ближе, но с места не вставал — попросту стол, за которым они оба сидели, стал намного короче, постепенно уменьшаясь в размерах. — Ты так похож на своего отца.

— Это странный сон, богов не существует, об этом знает даже мое подсознание.

— Разве? — Удивился силуэт, внимательно ощупав свои плечи и руки. — Как-то не знал этого, и существовал, ты представляешь?! Надо будет и другим сказать, чтоб не существовали, ведь Алистер в нас не верит.

— Чем докажешь? — С недоверием произнес разведчик.

— Одной лютой зимой ты впервые убил, и вот что странно — не ощущал никаких сомнений при этом, и был уверен, что поступил правильно. Ты хладнокровный убийца. Никому не говорил этого, даже своему другу Роланду. Мне продолжать раскрывать карты, которые ты так отчаянно прячешь в рукаве?

— Подумаешь, это знал я, а значит — воспоминание хранится в подсознании, которое воспроизводит его во сне.

— Смышленый малый, упрямый, но давай продолжим, у тебя интересные суждения. Ты познакомился с северянином Роландом. — Продолжал силуэт. — На то время это был уже крепкий юноша, вспыльчивый, но бескрайне добрый, как к тебе, так и к остальным. Он вечно хвалил тебя, делал комплименты ловкости и внешности, проявлял заботу и защищал от тогдашних недругов. Но ты был намерен просто обокрасть его отца.

— Но я этого не сделал.

— Ты планировал так поступить с ним.

— Но я не сделал этого! — Выкрикнул от злости Алистер. — Делать тебе нечего, кроме как читать мне нотации о том, что я вытворял в юношеском возрасте? Вспомни еще, как яблоки у соседей воровал или как подглядывал за девчонками.

— Может быть, ты мне не веришь, но прошу, выслушай внимательно. — Произнес силуэт, и хоть Алистер хотел что-то возразить — не смог, губы словно срослись, а руки ладонями приросли к столу, за которым он сидел, ему казалось, что спинка пускает корни и оплетает тело узника собственного кошмара. — Твоя судьба мне известна столь же хорошо, как и твое прошлое. И многое, что будет всплывать при наших встречах — удивит тебя. Итак, предположим, есть камень, на котором высечено твое предназначение, будем считать, что я сам его создал. Но мне хотелось бы ускорить кое-какой процесс, обойти некоторые правила, установленные моими братьями — Войной и Пламенем. — Силуэт, встав из-за стола, подошел к гостю и уселся на стол возле него. Даже когда собеседник настолько приблизился к Алистеру, разведчик все равно не мог разглядеть его лица. — У меня много братьев, все мы — большая семья. Война порождает пламя, а после огня всегда пепел и тьма. Наверное, ты думаешь, что я несу бред. Мои братья: бог войны и бог пламени считают также. Чтоб ты понимал, еще давным-давно, когда мы, боги, жили среди вас, смертных, у нас было много споров. Соревновались, у кого приспешников больше, у кого член длиннее, как дети малые — честное слово. И вот мой старший братец, бог огня, испепелил целую страну, выжег каждое древо — ныне те земли вы величаете как Острогорье, ведь там больше нет ничего, кроме гор. Мы сказали — молодец! И у самих, что-то под ложечкой засосало, зависть сыграла свое, ведь другие боги кричали о том, какой он, видите ли, великий и сколько шороху навел — но ведь он выжег народ, который ему молился. И младший брат поступил подло, один кузнец выковал ему неимоверно крепкие латы, теперь он мог не отставать от старшего братца в величии. Да-да, Алистер, мы неуязвимы для людского оружия, но как тут не покрасоваться! Черт, я завидовал, не стану лгать, и подумал, что сделаю себе меч — нашел лучшего мастера и самую крепкую сталь, которая когда-то пала камнем с небес и была чернее ночи. За щедрую плату кузнец выковал для меня самый прочный и прекрасный клинок — имя ему "Черная роза", воистину смертоносное оружие. Мне завидовали, а я был доволен. — Силуэт соскучился по гласу собеседника и щелкнул пальцами и разведчик снова понял, что может говорить. — Что думаешь, Алистер?

— Много болтаешь.

— Я заплатил кузнецу кое-чем, созданным из частицы моей души.

— Знаю-знаю эту байку. — Покачал головой гость. — Не та ли монета из легенд? Якобы Бог Теней захотел себе меч на зависть остальным богам и прознал о самом лучшем в мире кузнеце. Платой стала черная монета, созданная из частицы его души — ведь боги не признают ценность золота.

— Именно она. — Согласился силуэт. — Эту монету и ищет твой спутник, Титус. Меч был моим, пока боги не ушли каждый в свои миры, но вскоре мы вернемся, и оружие понадобится мне. Я желаю вернуться в мир смертных вместе с братьями, во всем своем величии. А ты, потомок благородной семьи Де-Ветт, мне в этом поможешь.