Монтана. Уровни. Начало
Шрифт:
– Пойдешь со мной вечером в бар?
«Дважды провалил тест». Урод. Нагловатый, пьяноватый и хамоватый. Да, поджарый, подкачанный, но Ринке противный. Ей под кожу уже въелся Александер, и других не надо. С другими ей снова становилось дискомфортно, с другими она не знала, как себя вести, терялась. А сегодня, итак, неудачный день, она уже на нервах.
Стоило ли упоминать, что качание головой «нет, мол», пыл незнакомца не охладило.
– А чего так? Ты ж меня не знаешь…
Она и узнавать не хотела. Но впервые поняла, что не может больше теряться, стоять и бездействовать, в который раз превращаться в кролика. Запуганного и растерянного. Хватит! Она не знала, кто оставил огромный гаечный ключ на мраморном парапете между раковинами – может, сантехник? Может, с утра здесь чинили трубы? Им Ирине замахнулась с видом столь злобным, что незнакомец побледнел.
– Ладно, не хочешь идти… Я понял…
Хорошо, что он, чертыхаясь, удалился. Назвал её дурой бешеной и еще парой неласковых слов.
Ринка бросила платье в тазу – к черту. Пусть его, правда, стирает кто-то другой, к тому же, с первых секунд стало ясно, что краска «лавочная», и она не поддастся. Пустая трата времени.
Обратно по коридору она пошла с ключом на перевес.
* * *
Анжела
Молчать – ужасно скучно. Читать нечего, смотреть нечего; Лика пыталась спать ровно до того момента, пока не хлопнула дверь.
Вернулась Ринка. С упавшей на лоб длинной влажной прядью, с намокшей майкой, с гаечным ключом.
У Анжелы отвалилась челюсть.
То был момент, когда вопросов возникла сразу тысяча. Мол, ты как? Все ли хорошо? Что случилось в душевой? Ты не пострадала? Где взяла ключ таких гигантских размеров? Он тяжелый? И где платье? Кто-то приставал к тебе, что ли?
И ведь ни один не произнесешь и даже не напишешь.
Ирине постояла в дверях, после, опомнившись, сунула ключ под обеденный стол, куда-то поближе к батарее, опустилась на свою постель.
Сама кивнула – мол, всё в порядке.
«А платье…»
Лика специально не поставила в конце вопросительный знак.
«Оставила там. Пусть другие стирают»
«Правильно»
На часах без пятнадцати четыре. Лика забыла, что время умеет тянуться так долго.
«Ложись, поспи» – нацарапала на странице.
Ринка кивнула, потом вздохнула. Прежде чем лечь, потянулась за карандашом.
«Хочу вечером в бар. Выпить»
«Хорошая идея»
«Только не одна. С тобой»
«Вместе. Договорились»
Ирине, наконец, улеглась. Анжела привалилась на подушку тоже, подумала, что им после этих двух испытаний действительно неплохо бы расслабиться. Даже если это опасно, даже если места незнакомые. В конце концов, хотелось не только сложности, но и по возможности веселья. Может, найдут место, где смогут потанцевать.
На блокнот, который Лика держала в руках, цепко и насмешливо смотрела Тесса. Мол, придумали выход из положения, дурынды.
Она отомстит ей, Анжела это уже поняла, она выпустит-таки наружу внутренних церберов. Придет момент, и Лика так стебанется над пёсиной, что последней мало не покажется.
Отправив в дальний конец комнаты уничижительный взгляд, полный превосходства, она вернула блокнот на тумбу, прилегла и закрыла глаза.
Мысль, вторая, третья.
Все спокойнее внутри. И случайно подхватил сон.
* * *
К востоку от Монтаны.
– Найди его! Отбери у него деньги! – орал Воган настолько яростно, что сделался пунцовым. Гебион просел, сделался еще уже в плечах.
– Но… он выполнил поручение. Он… не промахнулся.
– Тогда, где они?!
– Я… не знаю.
– Этот… студент должен быть… наказан! – Самюэль не умел контролировать себя в злости; у него слишком быстро перегорали предохранители. Может, именно это всегда мешало ему в отношениях с противоположным полом. Терпение заканчивалось слишком быстро, а получить хотелось так много.
– Но, за что… Мистер Самюэль?
– Не называй меня Самюэель!
– Простите… – Ученый тер стекла очков платком, который достал из кармана. – Вы же видели фото – студент плеснул краской в указанных ему людей.
– Тогда… где?! Где эти… люди?
– В общежитии, очевидно. – Лучше было не надевать очки, когда не видишь искаженные черты начальника, не так неприятно.
– Почему?!
– Я… не знаю. – Даже Гебиону, давно привыкшему к вспышкам гнева Вогана, сделалось душно в помещении. – Я могу… что-то еще сделать для вас?
– Уйди… Пропади с моих глаз…
Именно на этот приказ рассчитывал тот, кто водрузил, наконец, на нос очки, именно его он исполнил с удовольствием.
Глава 9
Анжела
(Stuart Roslyn – Freefalling)
Удивительно, но она проспала почти до семи; за окном начало темнеть. Испытания на сегодня закончились – время отдыха. Анжела полагала, что вечер закончится спокойно, возможно, даже тоскливо, они посидят где-нибудь, выпьют, вернуться в общежитие, лягут спать. Но иногда так случается: ты ничего особенного не ожидаешь, а обстоятельства вдруг складываются не против тебя, а «за». Так произошло, когда Лика подошла к шкафу, чтобы выбрать наряд для бара и вдруг наткнулась на костюм, от которого перехватило дыхание. Темные джинсы клеш книзу и коричневая блузка, похожая на ковбойскую. С вышивкой и стразовым рисунком, от которого не отрывались пальцы – тончайшая работа. Обе вещи модные, идеально подходящие друг к другу. Она могла бы наткнуться на такие в каком-нибудь бутике Москвы и не удивиться ценнику в сорок-пятьдесят тысяч. И дизайнерской бирке на обороте. В Саранск такие и вовсе бы никто не завез – слишком дорого.
И блузка и джинсы сели идеально – Лика давно не ощущала себя настолько классной, красивой, уникальной, что ли. Тут еще подоспела Ринка с фразой:
– А знаешь, что нам положено в качестве приветственного бонуса?
Уже какое-то время, выбрав себе наряд, как ни странно тоже из брюк и блузки, она стояла у инфо-бокса, искала бар для посещения.
– М-м-м?
– Одна поездка на «Каруа»
– Что это?
– Аналог лимузина, насколько я понимаю. Заказываем?
Они какое-то время смотрели друг на друга со смешком и удивлением в глазах. После Анжела кивнула.
– Заказываем.
Отдых – так отдых.
(Hellen – Brave)
Настроение стало и вовсе потрясающим, когда «Каруа» прибыл к крыльцу. Сверкающий, дорогой, длинный, люксовый настолько, что воздух моментально пропах большими деньгами, роскошью, селективными духами и бриллиантовым блеском. Уже при посадке водитель предложил дамам шампанского.
И понеслось… Как будто подхватила река, как будто понеслась жизнь, наконец, в правильном направлении. Лика торчала из открытого люка, вскинув руки кверху – любуйтесь все, это мы отдыхаем! – балдела от вечерних огней Монтаны, смеялась, время от времени принимала от Ринки новый бокал. Почему она раньше не замечала, что это место совершенно невероятное, притягательное, что из него ни за что и никогда не хочется уходить?