Чтение онлайн

«Эй, майор,— мысленно взмолился Рэмси,— не делай глупостей».

Он уже начал спрашивать себя, правильно ли он сделал, вмешавшись во все это. Якубиан точно знал что-то, что пугало Соренсена до смерти — майора весь побелел, когда генерал заговорил о солнечных очках — и они точно не выйдут отсюда без разрешения генерала. Рэмси злился, что у него не было времени поговорить с Соренсеном и тем более увидеться с этим странным Селларсом до их ареста; как если бы он, не подготовившись, оказался на суде по делу об убийстве.

Его невеселые мысли прервала Кристабель, которая протиснулась мимо него к отцу. Соренсен повернулся и отставил ее в сторону. 

— Кристабель, он еще горячий, — резко сказал он. — Я принесу тебе его, когда он будет готов.

Ее лицо скривилось и глаза наполнились слезами. Рэмси безнадежно посмотрел на капитана Паркинса, который глядел на синий ковер с таким видом, будто тот оскорбил его. Рэмси вздохнул, встал, взял девочку за руку и повел обратно на диван. 

— А теперь, дорогуша, расскажи мне о твоей школе. Как зовут вашу учительницу?

В дальней комнате что-то громыхнуло. На мгновение Рэмси показалось, что он слышит гневный голос генерала. Телохранители обменялись взглядами, потом опять вернулись к футболу. Рэмси очень хотел бы знать, с кем совещался генерал, и почему это важнее, чем допрос Соренсена. Генерал приложил много усилий, чтобы выйти на след отца девочки, и казалось очень странным, что он отложил расследование на полчаса или даже больше. Рэмси посмотрел на настенный экран. Почти час. Что же это значит?

Что-то ударилось о соединявшую обе комнаты дверь, как будто кто-то пытался выйти из нее. Рэмси успел только удивиться, почему в таком дорогом номере настолько тонкие двери, что вздрагивают от удара кулаком по столу во время телеконференции, а Дойл уже вскочил на ноги. Он в два шага пересек номер, именно так быстро, как Рэмси и боялся, встал перед дверью в спальню генерала и прислушался. Потом дважды громко постучал.

— Генерал? С вами все в порядке? — Он бросил быстрый взгляд на Пилгера, который тоже уже был на ногах, и постучал опять. — Генерал Якубиан? Не нужна ли вам помощь, сэр? — Он облокотился о дверь, стараясь услышать ответ. Ничего. Через секунду он опять ударил ладонью по двери. — Генерал! Откройте, сэр!

— Что они делают? — спросила Кристабель и залилась слезами. — Почему они кричат?..

Дойл отступил на шаг, схватился за плечо Пилгера для большей устойчивости, поднял ногу и ударил по двери. 

— Заперто, — проворчал он. В следующее мгновение они оба одновременно ударили по двери ногами. Дверь не выдержала и упала вовнутрь. Пилгер сорвал остатки двери с петель, а Дойл выхватил из плечевой кобуры огромный пистолет-пулемет, мгновенно снял его с предохранителя и осторожно вошел внутрь, скрывшись в комнате.

Потом Рэмси услышал, как он выругался: «Блин!»

Пилгер вошел следом, и его оружие уже было наготове. Рэмси подождал несколько секунд. В спальне никто не стрелял, он встал и подошел к двери под таким углом, чтобы увидеть, что там происходит. Капитан Паркинс наклонился вперед на своем кресле, его рот был открыт.

— Кристабель! — где-то за спиной Рэмси крикнул Соренсен. — Не вставай! Оставайся на чертовом диване.

Дойл присел над телом генерала Якубиана, которое лежало на полу между дверью и большой гостиничной кроватью, халат генерала сполз на ноги, открыв заросшую седыми волосами грудь. Загорелая кожа странно посерела. Язык вывалился изо рта и свисал, как кусок тряпки. Дойл начал делать массаж сердца; на мгновение Рэмси удивился, как телохранитель ухитрился за несколько секунд так сильно нажать на грудь генерала, что там образовалось широкое пурпурное пятно.

— Скорую помощь к гаражу, — сквозь зубы сказал Дойл. — Сердечный приступ. И возьми аптечку.

Пилгер уже бежал обратно в главную комнату, с пальцем, прижатым к разъему на шее. Он выплюнул в воздух последовательность кодов, потом внезапно повернулся и махнул дулом пистолета: 

— Эй, вы все! На пол, немедленно! — Даже не взглянув, выполнил ли кто-то его приказ, он упал на колени, вытащил из-под дивана чемодан и бросился обратно в спальню. Открыв замки, он толкнул его к Дойлу, который все еще работал над генералом; при каждом ударе Якобиан подпрыгивал на ковре. Пилгер вытащил из одного из внутренних пакетов шприц. Проверяя надпись на нем, он заметил Рэмси, стоящего около дверного проема. Тут же в его второй руке появился пистолет.

— Черт побери, я же сказал: все на пол!

— Папочка! — Кристабель опять заплакала в салоне. — Папочка!

Катур Рэмси отступил назад, беспомощно глядя на невероятно большое отверстие на конце ствола пистолета-пулемета Пилгера, одновременно уголком глаза заметив какую-то вспышку. Он мигнул, но это был не выстрел. Взглянув направо он увидел нечто, что вообще не имело смысла: Майор Соренсен стоял на кухонном стуле с горящей салфеткой в руках, которую он держал парой щипцов для льда. Он поднял ее к самому потолку, и в таком виде напоминал странную пародию на Статую Свободы с ее факелом.

— Я приказал вам всем лечь, — крикнул Пилгер, не видевший необъяснимого зрелища. Даже когда Дойл впрыснул гиподермик в середину темного шрама на груди Якубиана, пистолет Пилгера бегал от одной стороны дверного проема к другому, потом опустился вниз и уставился на колени Рэмси. Что-то стукнуло, потом зашипело.

Внезапно пошел фиолетовый снег.

Плитки потолка сложились, как венецианские жалюзи. Дюжины летучих мышей понеслись вниз, рассеивая облака бледно-фиолетовой противопожарной пыли. Лампы в комнате замигали, включаясь и выключаясь, воздух наполнило болезненно громкое гудение. Соренсен метнулся мимо Рэмси, схватил дочку с пола, прыгнул к двери лифта и начал жать на кнопку вызова.

Дойл тратил секунды, прикладывая ко все еще неподвижной груди генерала два электрода, но Пилгер выскочил из спальни с взведенным пистолетом, разгоняя дым взмахами свободной руки. Он прижал дуло к затылку Соренсена, в нескольких дюймах от перекошенного ужасом лица Кристабель. 

— Ты же не хочешь лечь на пол вот так? — прорычал он. — Чтобы твои мозги брызнули на твою девчонку? Отойди от двери и ложись на пол!

— Нет. Никто из них не ляжет так. — Капитан Рон Паркинс вынул свой пистолет-пулемет и наставил его на голову Пилгера. Лицо Паркинса покраснело от гнева. — Мы не собираемся дать убить себя ублюдкам вроде тебя. Я отвечаю за этих людей, а не ты. Иди занимайся генералом. Мы уходим.

На мгновение все затихло, за исключением низкого воя сигнала тревоги, и тут дверь лифта открылась. Рэмси, на пути которого к безопасности стояли и Пилгер и капитан Паркинс, постарался успокоить неистово стучащее сердце. Дышать было трудно, и хотя большая часть фиолетового дыма уже осела на пол, в воздухе еще оставалось достаточно, чтобы появилась мать всех чихов. «Все, крышка,— подумал он.— Чихи плюс стрельба, капец».

— Дай нам уйти, — спокойно сказал Соренсен, не обращая внимания на пистолет Пилгера, все еще прижатый к его затылку. — Генерал мертв. Быть может вам на помощь прибегут еще ваши люди, но теперь сработала пожарная тревога, и здесь появится много народа, не вашего. Подумай об этом. Он мертв. Оно того не стоит.