Чтение онлайн

— Ты покидаешь меня?

Мой желудок сжимается.

— Нет-нет, не покидаю. Мне просто нужно проверить бар. Но я вернусь вечером, хорошо?

Он поднимает голову, положив руку на Кохо, который стоит рядом с ним.

— Хорошо.

Не хочу оставлять Атласа. Я не лгала, когда говорила, что встретила этого мальчика не просто так, и думаю, что должна остаться в его жизни независимо от обстоятельств.

Трудно решить, куда пойти в первую очередь. В бар? Домой? Я даже не знаю, куда направляюсь, но начинаю идти, позволяя своим ногам решать. В итоге, оказываюсь в баре. Ветер утих — затишье перед следующим порывом, который должен произойти около полудня. Хлещет дождь, что даже трудно что-либо разглядеть.

По всем новостям передают, что пропало судно для ловли тунца из Илвако, и, похоже, они не получили ту информацию, которую узнал Флетчер. Меня беспокоит, что я не знаю, жив Линкольн или мертв, но испытываю некоторое облегчение, узнав, что береговая охрана нашла их.

У меня не было возможности закрыть такой же гештальт с родителями, как и у Флетчера. Теперь мы оба оказались в одинаковой ситуации.

Машина Мэл припаркована за баром, рядом с автомобилями Эйва и Эверетта. На мгновение я замираю у двери, не зная, стоит ли заходить внутрь. Они спросят о Линкольне, и как я должна отвечать?

В тот самый момент, когда переступаю порог черного входа, меня встречает Мэл, а затем прижимает к своей груди. Я разражаюсь слезами. Буквально начинаю рыдать до такой степени, что не могу дышать. На меня накатывает приступ паники.

Она обнимает меня. И все. Так же, как и в течение последних десяти лет, она держит меня до тех пор, пока я не наберусь сил, чтобы рассказать ей о том, что происходит. Все, начиная с сердца и заканчивая деньгами, каждую чудовищную деталь, которая, каким-то образом, стала моей жизнью за считанные часы.

— Они нашли его лодку? — спрашивает Мэл, садясь рядом со мной в кладовке.

Я опускаюсь на колени и обхватываю себя руками.

— Известно, что нашли их, а не лодку. — Мой голос дрожит. — Но нам не сообщили, все ли с ними в порядке.

— Все будет хорошо. — Она прижимает меня к себе, и ее слова звучат как заверение, но это совсем не так. Иногда все не в порядке.

Мы сидим в тишине некоторое время, пока Мэл не рассказывает об Эйве и о том, как он заботился о ее детях прошлой ночью во время урагана. Он остался у нее дома. На ночь.

— Эйв остался?

Мэл прищуривает глаза, выражение ее лица не соответствует ее поведению.

— О, да. Ну… просто потому, что была гроза, и дети испугались, — говорит она, сглатывая.

Мое сердце замирает, и я заставляю себя задать интересующий меня вопрос.

— Мэл, я люблю тебя. Ты была мне как мать, но, если ты что-то от меня скрываешь, я должна знать.

Она слегка удивлена моим требованием, обхватывает мое плечо и сжимает его.

— Я… я… ну, Эйв уже много лет помогает мне с детьми. Ты же знаешь.

Думаю об этом, и она права. Он водил их на приемы к врачам и оставался с ними, когда они болели. Все то, чего не было у Мэл из-за секса на одну ночь, который привел к рождению близнецов.

Она произносит шепотом:

— А две недели назад, в ту ночь, когда он переспал с Пресли, он попросил меня дать ему шанс. Я ответила, что не могу, потому что знаю, как Пресли к нему относится.

Я вытираю слезы рукавом своей промокшей толстовки. Это ничего не дает, только глаза жжет от соли. Понимаю, что мое тело промокло от дождя. Меня пробирает дрожь.

— Дать ему шанс? Что это значит?

— Он сказал, что любит меня и хочет быть частью нашей жизни. А потом он спит с Пресли еще несколько раз, так что… я не знаю. Я ничего не понимаю, и меня так бесит, что она в этом замешана, и, черт возьми, я никогда не хотела причинить ей боль.

— Ты… испытываешь к нему чувства?

Она облизывает губы и вздыхает, как будто разочарована тем, что собирается сказать.

— Да, и я бы хотела, чтобы их не было. Он должен быть с кем-то вроде Пресли. У меня есть багаж. Ему не нужно это дерьмо в придачу ко всему остальному. Но, черт возьми, у меня есть к Эйву чувства, и я ненавижу это. Очень сильно. И я вела себя так, будто нет ничего страшного в том, что у него был секс с Пресли. Я сказала ему, что не думаю, что быть вместе — хорошая идея, потому что так и есть. Мы работаем вместе. Мы вместе управляем этим заведением. Мы проводили рядом столько времени, и это просто случилось, и я ничего не смогла с этим поделать.

Не знаю почему, но спрашиваю:

— У вас что-то было?

— Нет, — быстро отвечает Мэл. — Никогда.

Вздохнув с облегчением, киваю.

— Я должна пойти поговорить с ним. Он в своем кабинете?

— Да. — Она встает, протягивает руку, смотря на меня сверху вниз. Я беру ее и встаю рядом. — Ты моя взрослая маленькая девочка, Джорни. Я люблю тебя как своего ребенка. Не будь слишком строга к Эйву. Он упорно боролся за тебя. Сильнее, чем кто-либо другой, когда они собирались забрать тебя у него.

Я знаю это. Суды не считали, что тринадцатилетняя девочка под опекой восемнадцатилетнего бойкого подростка — это хорошая идея. На самом деле, наверное, так и было, но я благодарна ему за все, что он сделал и продолжает делать для меня. Если не считать его постоянных секретов, с которым я намерена покончить прямо сейчас.

Выхожу из кладовки, мои ботинки скрипят по бетону. Тишину заполняет отдаленный звук генераторов. Когда тянусь к двери кабинета брата, моя рука дрожит. Я иду к Эйву не для того, чтобы обвинять его в чем-то, но мне нужно донести до него свою точку зрения.

Войдя, застаю его за письменным столом. Сначала я ничего не говорю, но потребность все узнать пересиливает мои нервы.

— Ты знал?

Словно не услышав моего вопроса, брат задает свой, не поднимая глаз от телефона:

— Где, бл*дь, ты была прошлой ночью?

Я свирепо смотрю на Эйва, жалея, что не могу безнаказанно ударить его по лицу.

— С Флетчером и Атласом. Судно Линкольна затонуло.

Он сглатывает, медленно встречаясь со мной взглядом.

— И?

— Мы пока не знаем. Их нашла береговая охрана.

Его лицо бледнеет, наша реальность возвращает воспоминания, о которых мы не хотели бы снова думать. Встав, он обнимает меня.

— Ты знал?

Брат отстраняется и смотрит мне в глаза.

— Что знал?

Смахиваю слезы.

— Что сын Флетчера, Ретт, был капитаном судна, на котором плыли мама и папа?

— Вот сукин сын, — ругается Эйв себе под нос. Он стонет, качая головой. — Дай угадаю, Линкольн рассказал тебе и попытался представить это так, будто это я хранил секрет.