Чтение онлайн

Вася широко улыбнулся и торжественно произнёс:

– Это не баг. Это фича.

Тэнра нахмурился.

– Вася, - сказал он. – А вот я всё хуже тебя понимаю.

– Не меня, – Вася сощурился. – Ящера. Его вообще мало кто понимает. Смотри: всё сломалось. Ломалось с тех пор ещё много раз. Но продолжает работать. Аномальная устойчивость. Локус-хакеры слетелись сюда, как будто им мёдом намазано. А это не просто хакеры, не какой-нибудь там Ясень Обережь. Лито Чинталли, ученик Старика, без пяти минут архитектор... И наконец – Артурчик. Артурчик!

– Кто? – уточнил Амирани.

Тэнра помрачнел.

– Я помню историю Артура, - сказал он. – Но я не понимаю, при чём здесь он.

Вася засмеялся, и второй Вася засмеялся тоже.

– При том, что он тоже здесь.

– Почему ты так думаешь?

Вася посмотрел в потолок. Тактильный интерфейс удерживал перекрытия, бетонные глыбы подрагивали, изредка осыпая вниз ручейки мелкого песка. Они сходились и расходились, будто динамическая модель материкового дрейфа. Между ними проглядывали полосы чистой лучащейся белизны, словно этажом выше дремало световое море.

– Есть только два человека, которым Ящер может доверить своих любимчиков, - сказал он. – И его жене они низачем не нужны. Но Артурчик – совершенно бесполезный тип сам по себе.

– А у меня вот нет папы-Ящера, - сварливо прокомментировал второй Вася. – Никто не отправит двух великих креатур оберегать мои пухлые бока и мягкое пузико. И слава пиву! Если б у меня был папа-Ящер, я бы, наверно, не жил. Я бы, наверное, умер под грузом комплекса неполноценности.

– И я его видел, - продолжил первый Вася совершенно спокойно. – Во время болтанки.

– Вася, но это просто домыслы, - сказал Тэнра. – Никаких доказательств...

– Я сам себе доказательство.

– Это бред, - сказал Амирани. – Вася, я бы рекомендовал тебе остаться в единственном экземпляре.

– Подожди, - Тэнра поднял руку. – Кажется, я начинаю понимать.

Вася посмотрел на него.

– Достаточно простого скрипта, - сказал Тэнра, - чтобы обеспечить всем его любимого и единственного сына. Но он отправит половину Маханаксара туда, где в опасности окажется – кто? Или – что?

Вася сплюнул.

– Эксперимент, - ответил он. – Один из его долбаных экспериментов.

И закричал вдруг, раскинув руки и запрокинув голову:

– Артур! Выкатывай уже рояль из кустов, мать твою! Всё очень плохо!

Всё действительно было очень плохо и с каждой минутой становилось хуже. Получив чёрный маркер и установив связь с репозиторием, Вася надеялся найти в нём исходники ЛаОси и заменить разрушенные и дезактивированные блоки. Если бы финт удался, он бы решил разом половину проблем. Но это действие было слишком логичным, и Чинталли его предвидел. Вторгаясь в локус, он предусмотрительно вывел из строя СЭТ-комплексы – и заодно поиздевался над оперативником, растерзав не всех демонов СЭТ, а только туннелирующие программы. Их переустановка заняла бы бездну времени, Вася даже не порывался заняться ею. А канал прямой связи был слишком узким для того, чтобы тянуть через него фрагменты исходников.

Азимутальные направляющие приняли нагрузку, которая в норме распределялась по фракционной магистрали и планарным. Они держали эту нагрузку пять тысячелетий, и запас прочности давно истощился. На данные по их состоянию Вася боялся даже смотреть. Какое-то из его тел до крови прокусило губу.

– Аналитик, - приказал он через силу, - дай мне ориентировочный срок до начала деградации азимутов.

– Умоляю о прощении. Не могу выполнить операцию.

Вася болезненно зашипел.

– Отобразить табло обратного отсчёта, - выдавил он. – Физическое время: двенадцать минут десять секунд. Техническое время: тридцать миллиардов биений.

Он успел испугаться, поняв, насколько точно определил интервал – безо всяких подсчётов, на голой интуиции. Но тут же отогнал мысли и догадки: и без того было чего бояться. Передача данных замедлялась. Информация терялась быстрее, чем скачивалась.

– Мультиплексор!

– Умоляю о прощении, - отозвался Кашалот. – Память переполнена.

Это было не так. Вася видел, что это не так. Постоянная память не была перегружена. Она разрушалась.

Даже у чудес есть пределы. Мироздание способно вынести строго определённую нагрузку, и это мироздание уже вынесло вдесятеро большую. Чудеса исчерпались. Ячейки памяти таяли, рассыпались, как ветхая ткань, растворялись в Море Вероятностей. Вася мог бы запросить уточнения и пронаблюдать за процессом в деталях...

Физический распад Систем начался. Но худшей из новостей было даже не это.

– Интерфейс – авторизованному пользователю, - заговорил Змей. – Приоритет реального времени. Уведомляю: западный мультистек начинает самоуничтожение через десять минут.

Вася стиснул зубы. Убрав лишние точки внимания и второе тело, он стянул на пальцах нити интуитивной клавиатуры и поднял глаза на карту напряжений. «Вот тебе и Заклёпка», - подумал он. Может, Эльвира и не сжигала мультистеки сама, но уж точно не расстраивалась по поводу их утраты... Полохов понял вдруг, что это – рубеж. Граница проходит здесь. Если он допустит разрушение мультистека, он проиграл. Неважно, что он проигрывает не войну, а только сражение. Неважно, что один мультистек считается допустимой жертвой. Сколько их там, живых душ, готовых к рождению? Миллион? Миллиард? Это тоже неважно.

– Компилятор. Начинаем на девяноста семи процентах готовности.

– Принято.

Голос Грифа звучал так, словно у него горлом шла кровь.

– Осторожно, - сказал Тэнра. – Если ты загонишь Компилятора, у нас ничего не получится.

– Не загонит, - вдруг отозвался Гриф. – Не меня.

– Хорошо, - ровно сказал Вася. – Одно неверное движение, и ты превращаешься в ведро квантов.

– Понял, - ответил модуль. – Готов.

Вася глубоко вздохнул.

– Слышите, вы, шестеро? – сказал он. – Я хочу, чтобы вы знали. Вы заслуживаете кого-то лучше, чем я. Но больше никого нет.

Системы не ответили – да и что они могли бы ответить? Служебные алгоритмы отсигналили о готовности. Вася опустил голову.

– Ну, что? – сказал он полушёпотом. – Рискнём здоровьем?.. Поехали.

Кто-то проскакал по лестнице с воплем: «Эх, развернись ты, матушка ЛаОсь!»

Вася вздрогнул.

Болтанка? Опять болтанка? Сейчас? Настолько не вовремя, насколько это вообще возможно? «Да что же это такое? – мысленно простонал он. – Да за что же мне это?..» Видение предстало ему не картинкой и даже не болезненно реалистичным сном, всё казалось совершенно подлинным, как будто Вася перенёсся в Лаборатории физически. На долю секунды почудилось, что какой-то злобный и безумный шутник решил оторвать его от работы. Продемонстрировать, что гибель мультистека – не трагедия, а обычное дело, рядовой эпизод. Вася выругался сквозь зубы и тихо всхлипнул.

Но это была просто болтанка. Он почувствовал временную линию: как абстрактный ориентир и одновременно как рельс, по которому он скользил спокойно и мягко. То, что он видел, было записью, событиями давно минувшей эпохи.

Лаборатории.

Вечный праздник.

До самого горизонта простирались луга, зелёные и многоцветные, над ними порхали беспечные бабочки, тяжело и низко гудели пчёлы. Ослепительные горные пики устремлялись к чистому небу, и ледниковые реки сбегали с них. Ясно и жарко пылало солнце, окружённое десятком полуколец гало. Приближаясь к земле, белое сияние разворачивалось в спектр, и над цветущими лугами трепетали радуги. В холмах у подножия гор высился сказочный замок. Он выглядел нарисованным, потому что создатели его пренебрегли силами гравитации. Узорчатые башенки парили в воздухе, и вовсе невесомыми казались выгнутые балконы.