Чтение онлайн

Возможно, где-то и существовали такие матери, но не в их клане точно. Белые, природные, лесные ведьмы, те же друиды или целительницы – возможно. Но у черных ведьм, к которым принадлежали зеркалицы, веретницы и кладбищенские ведьмы, был только один закон: «выживет сильнейший». Едва повзрослев, дети черных ведьм тут же вступали на тропу войны с недружелюбным миром. Кому повезло больше, те боролись за жизнь, имя и силу под строгим надзором матери: она могла наставлять, но не вмешивалась, если юная ведьма или юный колдун совершали ошибку. Потому что последствия за каждую ошибку дитя ведьмы должен был прочувствовать на себе. Ну а кто-то – как Рианнон и Морриган, и вовсе оказывались предоставлены самим себе.

И вроде бы все привычно и верно, и все же иногда в «Снежной королеве», как называл ее Ник, просыпалась маленькая капризная девочка, которой казалось, что никто и никогда ее не любил.

Морриган ненавидела себя за эти минуты слабости.

Превратившись в чернокрылую птицу, Бадб исчезла. Доминик тоже покинул особняк – отправился в один из районов Пропасти на встречу с одним из своих осведомителей, который мог предоставить ему информацию о произошедшем в Тольдебраль – замке семьи Фитцджеральд. Пропасть наверняка гудела как разбуженный улей, ведь смерть действующей королевы города означала одно: трон был свободен. И вопрос времени, когда за него разразится война.

Морриган вздохнула – как все не вовремя! И она, и Рианнон окажутся в самой гуще битвы, к которой они не имеют никакого отношения. Если, конечно, она до того времени не найдет убийцу, не очистит свое имя перед Департаментом и Трибуналом, и не заберет Риан наверх.

Чтобы скоротать минуты напряженного ожидания, Морриган отправилась изучать особняк О`Флаэрти. Была одна мысль, которая не давала ей покоя, и сейчас, когда Доминик покинул дом, было самое лучшее время, чтобы удовлетворить терзающее ее любопытство.

Титул главы Дома зачастую получали по праву наследования, а значит, все, что для этого было нужно – дождаться гибели действующего главы. Но вот для того, чтобы удержать титул, защитив свой Дом в непрекращающейся борьбе с другими Домами, нужно было обладать не только влиянием, хитростью, дипломатией и прочими необходимыми для достойной конкуренции качествами, но и… той или иной магической силой. Морриган не могла понять, какую из магических практик использует Доминик, а сам он на эту тему не распространялся.

Морриган надеялась, что что-нибудь в доме даст хоть какие-то намеки, но после получаса поисков стало ясно: ее надежды не оправдались. Морриган наткнулась на две комнаты, запертые на усиленную магическую печать. Осторожно «просмотрела» ее отражение на Изнанке: взамен разбитого духом пришлось купить новое зеркало и потратить значительную часть силы на обряд «привязки». Простое зеркало, лишенное частицы души зеркалицы, совершенно для нее бесполезно.

Печать была хитрая, с «ловушкой» – стоит допустить хотя бы малейшую ошибку в комбинации, и печать навсегда изменится, сигнализируя хозяину дома о том, что кто-то пытался взломать магический замок.

Из расположения комнат в доме Морриган сделала вывод, что одна из этих комнат – спальня эмэра О`Флаэрти, а вторая – нечто вроде его кабинета. Или своеобразного храма, где он проводил свои обряды. Раздосадованная, Морриган спустилась в гостиную… и тут же изумленно застыла.

Посреди зала стоял Дэмьен – по всей видимости, только что вернувшийся из путешествия. Рядом, довольно улыбаясь, стояла Рианнон. Морриган впервые за время, прошедшее после воскрешения, видела сестру улыбающейся так искренне, так радостно, так тепло… А на руках у Риан уютно расположилась белая кошка с золотыми глазами.

Вот только глаза младшей сестры по-прежнему были закрыты белой лентой. А это означало, что лесные ведьмы не смогли ей помочь.

Едкое разочарование кислотой затопило сердце. Даже рассудком понимая, что затея Дэмьена обречена на провал, что лесные ведьмы не сумеют помочь в том, в чем белые, целительницы и мамбо потерпели поражение, Морриган все же надеялась до последнего… Надежда – живучая, зараза, вот только сбывается не всегда.

– Милая, ты вернулась. – Морриган поспешила к сестре. – Ты… ммм… решила завести себе фамильяра?

По правде говоря, фамильяр – уже устаревший метод усиления ведьминских чар. Мало кто из ныне живущих ведьм, особенно молодых, не заставших традиции предков, заводил себе фамильяров. Но Морриган готова была выполнить любой каприз Риан. Хочет завести себе кошку – пожалуйста, пожелает двухголового питона, который, по слухам, обитал в пустыне Берагор – она раздобудет его для сестры.

– Не совсем, – поворачиваясь к ней лицом, с улыбкой ответила Риан. – Прекрасно выглядишь. Алый цвет тебе к лицу.

Морриган остановилась на полпути – кто-то словно опутал ее тело цепями, мешая двигаться и дышать. Она действительно сегодня решила изменить излюбленному черному цвету и, стремясь добавить цвета мраку, в котором тонула ее жизнь в последние несколько дней, облачилась в ярко-алое платье довольно откровенного фасона. Бретели спадали на голые плечи, спина прикрыта узкими атласными лентами, вплетающихся в подобный паутине узор.

Взгляд Морриган скользнул по белой повязке на глазах сестры, затем – по золотистым глазам кошки, которая со всей пристальность смотрела на нее.

– Кошка…

– Она не просто мой фамильяр, – тихо сказала Риан, лучась безграничным счастьем. – Она – мои глаза.

Приложив руку ко рту, Морриган несколько мгновений молчала – просто не находила нужных слов. Очнувшись, обняла сестру, смеясь, поцеловала в нос зажмурившуюся от удивления кошку и в порыве благодарности, которую просто невозможно было выразить словами… крепко обняла Дэмьена. Неожиданный для нее самой порыв длился лишь несколько мгновений, но она успела почувствовать, как окаменел берсерк и как его ладонь – машинально, наверное, – скользнула по ее полуобнаженной спине. Кожу обожгло прикосновением, отозвавшимся молниевым разрядом – ошеломляющим, будоражащим. Это привело Морриган в чувство – в смятении она отстранилась, заметив вспышку некоей растерянности в серых глазах.

Подумать только – татуированный отступник-берсерк был смущен. Впрочем, не меньше ее – просто черные ведьмы хорошо умели скрывать смущение.

На губах Риан играла лукавая улыбка. Морриган не удивилась бы, узнав, что за время их недолгого путешествия ее сестренка успела завоевать огрубевшее сердце Дэмьена Чейза. Так и оказалось: перед тем, как оставить сестер Блэр наедине, темноволосый отступник широко улыбнулся Рианнон и потрепал по загривку кошку.

– Ты уже выбрала ей имя? – с улыбкой осведомилась Морриган.