Чтение онлайн

Подобрав французских моряков, австрийская флотилия возобновила операцию и к 7 часам появилась перед Дураццо. Helgoland и Balaton остались в прикрытии, а четыре остальных корабля прошли мимо буя, отмечавшего границу минного заграждения, поставленного итальянцами за несколько дней перед этим, вошли в порт и потопили там пароход и несколько парусников. В это время две полевые пушки с берега открыли по ним огонь, и они стали выходить тем же путем. Два первых эскадренных миноносца прошли благополучно; Lika и Triglaw, уклонившись немного влево, чтобы избежать снарядов, наскочили на мины. Lika тотчас же пошел ко дну, у Triglaw же один отсек оказался затопленным и были выведены из строя машины.

Командующий флотилией, решив прервать операцию и вернуться в Каттаро, приказал Czepel взять Triglaw на буксир. После того, как Czepel намотал буксир на один из своих винтов, его сменил Tatra, и все корабли направились в Каттаро.

Helgoland предупредил Каттаро по радио о том, чтобы подкрепления были готовы вмешаться.

Между тем, в 6 ч. 30 мин. радиостанция Дураццо сообщила Бриндизи о появлении противника. Самое большее через час снялись с якоря Dartmouth и Quarto; в 8 ч. 30 мин. вышел в море 1-й дивизион французских эскадренных миноносцев, лидируемый Casque; в 9 ч. 30 мин. старший морской начальник адмирал Кутинелли выслал вслед за ними Nino Bixio под флагом адмирала Беллини, Weymouth и четыре итальянских эскадренных миноносца типа Abba.

Dartmouth и Quarto направились к Каттаро, с целью отрезать противнику путь отступления. К полудню они находились в двадцати милях к югу от этого порта и направились параллельно берегу к Дураццо, навстречу французскому дивизиону, который они нашли в 13 ч. 30 м. в районе мыса Мендерс. В этот момент группа Nino Bixio находилась к северо-западу от группы Dartmouth на параллели Антивари.

К 14 часам австрийская флотилия, следовавшая медленно вдоль берега, заметила издали дымы союзников. Она не знала точно их сил, но они находились между нею и ее базами. Положение было критическим. Командир Helgoland приказал принять экипаж Triglaw на другие эскадренные миноносцы и оставил этот корабль, попытавшись пустить его ко дну артиллерийским огнем; Czepel, который мог дать не более 20 узлов, из-за буксира, намотанного на винт, ушел к югу; Helgoland лег на юго-запад и стал уходить полным ходом (29 узлов) с Balaton и Tatra.

Командир Dartmouth, видя противника разделившимся на две группы, бросился с Quarto преследовать Helgoland и направил Casque и его дивизион на Czepel и Triglaw. Но Czepel скрылся; Casque, не замечая, что Triglaw оставлен, обстрелял его артиллерийским огнем и, выпустив торпеду, потопил; затем дивизион направился на дымы, которые были видны на юго-западе.

Это преследование, временами сопровождаемое перестрелкой, продолжалось все послеполуденное время. Helgoland, имея небольшое превосходство в скорости над крейсерами союзников, направился к итальянскому берегу, чтобы попытаться выиграть расстояние и уйти к северу; однако, каждый раз, как он начинал уклоняться к северу, расстояние уменьшалось и стрельба становилась более действенной.

В результате нескольких попаданий снарядов с Dartmouth, австрийский крейсер получил только легкие повреждения и его скорость не уменьшилась; Czepel, очистивший винт и восстановивший свою скорость, присоединился к отряду в 16 ч. 45 мин. Nino Bixio и Weymouth, так же как и французский дивизион, следовали на некотором расстоянии от противника вместо того, чтобы отрезать ему путь; он все больше приближался к итальянскому берегу, по мере чего росла для него и опасность. В 17 часов, находясь только в пяти милях от Бари, он начал уклоняться от своего пути. Дистанция уменьшилась, и союзники вновь открыли артиллерийскую стрельбу с 9000 м: огонь был беглым, но очень рассеянным. Однако наступила ночь; в 17 ч. 30 мин. темнота сделалась почти полной, и австрийцы, находясь на расстоянии только 7000 м от ближайшей группы, ускользнули от своих противников и возвратились в Себенико экономическим ходом с почти пустыми угольными ямами. Kaiser Karl VI, Budapest, Aspern, Novara и около десяти миноносцев, которые вышли из Каттаро, чтобы прикрыть их отступление, не имели случая вмешаться. В Бриндизи бригада броненосных крейсеров, а также дивизион эскадренных миноносцев находились в готовности выйти в море; однако, отсутствие точных сведений и опасение каких-либо недоразумений помешали посылке подкреплений, которые несомненно сыграли бы решающую роль, если бы они были введены в дело в послеполуденное время.

Противник потерял два из своих лучших эскадренных миноносцев, что было для него чувствительным ударом, который сделал его, по крайней мере в течение некоторого времени, менее предприимчивым и заставил воздержаться от новых авантюр. Союзники, однако, имели в этот день в море тройное превосходство в силах над противником. Им недоставало единства руководства, которое могло бы дать им полную победу.

Начиная с середины декабря, сделалось очевидным, что реорганизация сербской армии на восточном побережье Адриатики в целях возобновления борьбы невозможна и что остатки этой армии, крайне уставшей, многократно уменьшенной в результате болезней, потерявшей в значительной мере свою материальную часть, должны быть переброшены для этой цели в какой-либо пункт, удаленный от театра военных действий.

Военная французская миссия, во главе которой находился генерал де Мондезир, высадилась 22 декабря в Сан-Джиовани-ди-Медуа. Сербский король Петр, прибывший в Дураццо, был доставлен в Валону в сопровождении франко-итальянского дивизиона эскадренных миноносцев; сербское правительство и князь сербский Александр находились в Скутари и передали в наши руки судьбу их страны и их армии. Генерал Мондезир, в согласии с политическими представителями союзных держав в Албании, стремился добиться, чтобы эта армия была реорганизована в Валоне; итальянцы отказали в этом, вследствие трудностей сообщения и недостаточности местного снабжения; тогда решили, несмотря на несочувственное отношение к этому греческого правительства, перебросить ее на Корфу. Однако, согласие союзников по этому вопросу еще не было полным, и 26 декабря был отдан приказ начать переброску сербской армии в Тунис. Броненосные крейсера Jules-Michelet и Victor-Hugo отправились в Бриндизи с тремя французскими пароходами, чтобы начать эту эвакуацию; другие суда должны были следовать за ними в ближайшее время; однако итальянский главнокомандующий использовал сначала эти пароходы, так же как и несколько своих, для перевозки в Сицилию австрийских пленных, которых сербы гнали перед собой во время отступления. [47] С другой стороны, итальянцы считали погрузку в Сан-Джиовани-ди-Медуа слишком опасной и весьма неудобной, так как суда не могли там швартоваться; они настаивали на том, чтобы эвакуация происходила исключительно через Дураццо и Валону, куда сербы должны были добираться сухим путем. Они настаивали также, из опасения эпидемий, на том, чтобы военные корабли не использовались для эвакуации; они заявляли, наконец, что для обеспечения безопасности конвоев являлось необходимым сильное прикрытие и что поэтому необходимо было сохранить наши броненосные крейсера в Бриндизи.

В то время как развертывались эти дискуссии, сербская армия прибыла к берегу в катастрофическом состоянии. К счастью болгары не преследовали ее до конца; более 160000 солдат, почти уже не имевших военной организации, а также и беженцев, умиравших от голода, были распределены группами между Сан-Джиовани-ди-Медуа и Дураццо. [48] С другой стороны, ожидалась австрийская атака против Черногории; существовали опасения, что ее слишком вероятный успех мог повести к капитуляции королевства. В самом деле, 8 января 1916 г. противник, поддерживаемый артиллерией флота, пошел на штурм горы Ловчен; защищавшие ее 5000 человек, несмотря на свой героизм, были вынуждены отступить перед 30000 австрийцев, артиллерия которых имела не менее 500 пушек. Неизбежное продвижение противника к берегам озера Скутари составляло серьезную угрозу для севера Албании, где находились многочисленные сербские беженцы.

Наконец, соглашение было достигнуто. 5 января союзники приняли окончательное решение эвакуировать сербскую армию на о. Корфу, который был 9 января занят одним из соединений французского флота, и использовать в качестве пунктов посадки Сан-Джиовани-ди-Медуа, Дураццо и Валону. Генерал Мондезир получил задачу организовать распределение сербов между тремя портами и обеспечить сношения с итальянскими и французскими властями. В Бриндизи были собраны все транспорты, которыми союзники могли располагать, и обеспечено прикрытие конвоев в море, в соответствии с планами капитана 1 ранга Какерэя, который заменил капитана 1 ранга Лежея в качестве командующего французским отрядом на Адриатическом море; [49] две линии английских дрифтеров, снабженных сетями с подрывными патронами, охраняли коридор вдоль берега, между Валоной и Корфу; дозоры итальянских и французских эскадренных миноносцев охраняли подходы к Сазено, Линьетта, Дураццо и район мыса Мендерс; эскортирующие миноносцы находились при каждом транспорте; подводные лодки занимали позиции у Далматинских островов, в Каттаро и в заливе Дрин. Кроме броненосных крейсеров Edgar Quinet и Ernest Renan, посланных в Бриндизи в качестве подкрепления на случай выхода австрийских крейсеров, наш флот предоставил в распоряжение командующего французским отрядом на Адриатическом море дивизион траулеров; число наших эскадренных миноносцев было доведено до пятнадцати, а число подводных лодок — до десяти. Английское адмиралтейство предоставило тральщики, два легких крейсера и четыре добавочные подводные лодки. Транспортный флот состоял из 42 пассажирских и грузовых пароходов, из которых 21 итальянский, 7 французских, 4 английских (вдобавок еще наши броненосные крейсера, делавшие рейсы в Бизерту) и 6 госпитальных судов, из которых 5 итальянских и одно французское; 30 союзных и нейтральных пароходов доставили в албанские порты 25000 тонн продовольствия и медикаментов; 70 военных кораблей и сотня траулеров и дрифтеров были использованы для непосредственного прикрытия.

В Сан-Джиовани-ди-Медуа, кроме сербского и черногорского королей и членов правительства как сербского, так и черногорского, должны были погрузиться гражданские беженцы и солдаты, истощенные и бывшие не в состоянии продолжать свой путь к югу. Адмирал Трубридж, который принимал участие в обороне Белграда с британским отрядом и сопровождал сербскую армию в ее отступлении, руководил операциями в этом порту и обеспечивал порядок несмотря на большое скопление беженцев, делавшее его задачу трудной. Но Скутари был взят 22 января и нужно было покинуть Сан-Джиовани-ди-Медуа 25 января. Наши траулеры Mane-Rose и PetrelII, оставшиеся там последними под командой мичманов Куйлло и Оже, приняли еще 400 сербских солдат, 22 пушки и вывели на буксире, несмотря на атаку неприятельской подводной лодки, три шхуны.

Эвакуацию ускорили. Британская миссия построила вдоль берега дорогу с мостами из оказавшегося под руками материала, при использовании которой войска получили возможность быстрее продвигаться к югу. К концу января 3000 человек ежедневно отправлялись из Дураццо на транспортах, и вскоре количество эвакуируемых было удвоено; в отдельные дни имелась возможность отправлять до 12000 сербов. 26 января начали эвакуацию через Валону.

Деятельность противника в течение этого времени была осторожной по причине воспоминаний, оставшихся у него от операции 29 декабря; его деятельность ограничивалась атаками самолетов на Дураццо, постановкой минных заграждений, обстрелом 3 декабря крейсерами района Ортона и двумя десятками атак подводных лодок, из которых ни одна не увенчалась успехом. Мины вызвали гибель трех пароходов со снабжением у Сан-Джиовани-ди-Медуа, шести траулеров, тральщиков или патрульных кораблей в районах Дураццо и Бриндизи, итальянского транспорта Cittadi Palermo и двух английских траулеров, пришедших к нему на помощь, которые погибли перед Дураццо, а также госпитального судна Marechiara, перевозившего раненых сербов, которые все были спасены, благодаря самоотверженной работе команды. Koenig Albert (германский пароход, захваченный итальянцами и оборудованный под госпитальное судно), шедший из Сан-Джиовани-ди-Медуа с тысячью раненых и больных на борту, был остановлен подводной лодкой, отведен в Каттаро и затем освобожден. Два французских судна, каботажное — Jean-Bart и пассажирский пароход Memphis, погибли перед Дураццо, первый — в результате торпедирования подводной лодкой, а второй — подорвавшись на мине, поставленной U-24.