Морская война
Шрифт:
Неприятель имел перед Остенде, Булонью и в Даунсе два 74-, три 64– и два 50-пушечных корабля. До сих пор Корнуоллис имел в своем распоряжении не более 15 кораблей, но все резервы в Портсмуте и Плимуте должны были быть посланы для его усиления перед Брестом. В Корке неприятель имел четыре или пять военных судов, не считая фрегатов и других мелких, которых было большое количество.
«Если, – сказал Наполеон Латуш-Тревиллю, – вы избежите встречи с Нельсоном, он пойдет в Сицилию, или в Египет, или в Ферроль. Я не думаю, что вам необходимо будет идти в Ферроль. Из 5 находящихся теперь в порту кораблей готовы только 4; пятый будет готов к середине августа; но я полагаю, что на Ферроль указывают слишком ясно; так естественно предположить, что если ваша эскадра выйдет из Средиземного моря в океан, то она намерена уничтожить блокаду Ферроля. Поэтому будет лучше пройти далеко от него и прибыть в Рошфор. Это усилит вашу эскадру до 16 линейных кораблей и 11 фрегатов, и тогда, не бросая якоря и не теряя ни одной минуты или обойдя Ирландию, держась подальше от нее, или же исполняя план, – явитесь перед Булонью. Наша Брестская эскадра в 23 линейных корабля с посаженной на суда ее армией будет готова двинуться в каждый данный момент, так что Корнуоллис будет принужден держаться берега Бретани, чтобы помешать ее выходу. Что же касается дальнейшего образа действий, то для окончательного выяснения надлежащего ведения этой операции, которая сопряжена с риском, но успех которой обещает такие огромные результаты, я жду вашего плана, о котором вы мне упоминали и который вы мне пришлете с моим курьером. Вы должны взять на палубу возможно больше провизии, чтобы ничто не могло вас задержать потом. В конце месяца будет спущен новый линейный корабль в Рошфоре и еще один в Лориане. Очень возможно, что они будут готовы. О том, который в Рошфоре, говорить нечего, но если тот, который в Лориане, будет на рейде, но не будет в состоянии выйти перед вашим появлением около острова Экс, я желаю знать, думаете ли вы свернуть с пути, чтобы прихватить его. Независимо от этого, я думаю, что если вы выступите с хорошим северным ветром, то успеете, во всяком случае, окончить операции до зимы. В дурное время года вы, правда, можете иметь больше шансов на беспрепятственное прибытие, но зато может выдаться несколько дней таких, что вашим прибытием нельзя будет воспользоваться. Предполагаю, что вы можете выступить в море до 29 июля, вероятно, вы появитесь перед Булонью в течение сентября, когда ночи уже достаточно длинны, а погода еще не бывает дурна на очень продолжительное время».
Тулонская эскадра, однако, не вышла в море, как предполагал Наполеон. Латуш-Тревилль умер 10 августа, но до 28-го числа заместителя его назначено не было. Наполеон колебался между Брюи, Вильневом и Розили, найдя, наконец, необходимым остановиться на Вильневе.
Вероятно, такая отсрочка заставила отказаться от мысли продолжать действия в этом году, согласно планам Латуш-Тревилля. Но не только это, а и все планы оказались совершенно измененными; достижение обладания Каналом, бывшее сначала главной целью, стало на равное, если еще не на низшее, место по отношению к планам операций против о-ва св. Елены, восточного берега Африки, против британских владений в Вест-Индии и, наконец, против Ирландии.
«Нам предстоит, – сказал Наполеон в письме морскому министру Декре 29 сентября 1804 г., – выполнить три экспедиции.
Первая экспедиция. 1) Поставить Мартинику, Гваделупу и Сент-Люсия в безопасное во всех отношениях положение. Для этой цели нужно подкрепление из 1500 человек с 4000 мушкетов и 100 000 патронов. 2) Овладеть Доминикой и Сент-Лусией, что естественно облегчит приведение в безопасное положение Гваделупы и Мартиники. Для гарнизона этих двух островов нужно будет 1000 человек. Итого, для первой экспедиции необходимо 3500 человек. Для нее назначается Рошфорская эскадра, которой будет командовать дивизионный генерал Лагранж.
Вторая экспедиция. 1) Взять Суринам и другие голландские колонии. На это дело, я полагаю, нельзя послать из Европы менее 4000 человек – число, которое убавится по окончании дела до 3600. 2) Взять подкрепление к Сан-Доминго. Для этого нужно 1200 человек, 2000 мушкетов и 25 000 патронов. Если голландские колонии будут сопротивляться и потери наши будут значительнее, чем мы ожидаем, то надо будет уменьшить подкрепление в Сан-Доминго. Итого, для второй экспедиции надо от 5200 до 5600 человек.
Третья экспедиция. Взять о. св. Елены и устроить на нем станцию на несколько месяцев. Для этой цели необходимо от 1200 до 1500 человек. Экспедиция к о. св. Елены возьмет 200 человек для поддержки Сенегала, снова возьмет Гори, проследует по всем британским владениям вдоль берега Африки, возьмет с них контрибуцию и сожжет.
Для этой цели Тулонский флот из 11 или 12 кораблей, включая тот, который в Кадисе, выступит первым. Дойдя до океана, он отрядит 2 линейных корабля, 4 фрегата и 2 брига из лучших парусных ходоков для экспедиции к о. св. Елены. Эти 2 корабля, 4 фрегата и 2 брига возьмут 1800 человек, из которых 200 будут оставлены в Гори и Сенегале; 9 или 10 кораблей и 3 фрегата, имея от 5 до 6 тысяч человек, пойдут прямо на Гвиану, где они найдут Виктора Хэгуеса и затем проследуют в Суринам. Как только будет известно, что флот, находящийся в Тулоне, вышел в море, Рошфорская эскадра получит приказание выступать. Она пойдет прямо на Мартинику, овладеет Сент-Люсией и Доминикой и поступит в распоряжение командира эскадры, назначенной в Суринам. Эта эскадра, состоя теперь из 14–15 линейных кораблей и 7 или 8 фрегатов, обложит контрибуцией все британские острова, заберет всю добычу, которая ей представится на каждом рейде, прибудет к Сан-Доминго, высадит там 1000 или 1200 человек, свезет оружие и амуницию, сообразно надобности, сделает обратный путь в Ферроль, снимет блокаду наших 5 линейных кораблей и с 20 линейными кораблями проследует в Рошфор.
Мне кажется, что для этих экспедиций все готово. К Тулонской эскадре, к экспедиции в Суринам и к эскадре в Рошфоре следует добавить известное число бригов и других мелких судов как для надобности самой экспедиции, так и для того, чтобы оставить их в Мартинике и Суринаме. Итак, предполагая, что экспедиции будут иметь возможность выступить в течение брюмера (с 22 октября по 20 ноября), можно надеяться, что наш флот вернется в Рошфор до жерминаля (с 20 марта по 19 апреля).
Адмирал Вильнев будет командовать экспедицией в Суринам; контр-адмирал Мисиеси будет начальником Мартиникской экспедиции; выберите хорошего контр-адмирала для экспедиции на о. св. Елены.
Англичане увидят себя атакованными одновременно в Азии [65] , Африке и Америке и, не привыкшие уже с давних пор чувствовать все последствия войны, благодаря этим последовательным нападениям на их торговые центры, убедятся в своей очевидной слабости…
Я ознакомил вас со своим взглядом на эти три экспедиции – Суринам, Демара, Эскубо, св. Елену и Доминику. В этом письме я сообщаю вам мои виды на Ирландию. Один из шести транспортов должен быть отозван и заменен вооруженными транспортными судами «Ла Пенсе» или «Ла Романье»; «Осеан» должен для этого быть окончен, хотя бы пришлось работать при свете факелов. Я думаю, что это единственный способ быть в состоянии перевезти 18 000 человек, из которых 3000 составляют кавалерию, артиллерию, инженеров и нестроевых, и 15 000 пехоты; 500 лошадей, из которых 200 для кавалерии, 200 для артиллерии и 100 для штаба. Число, меньшее этого, не составило бы corps d'armee.
Место высадки, указанное вами, мне кажется наиболее удобным. Север бухты Лэв-Свилли, на мой взгляд, – самый выгодный пункт. Мы должны, выйдя из Бреста, обойти кругом Ирландию вне вида берегов и снова подойти к ней, как это сделало бы судно, идущее из Ньюфаундленда. Говоря таким образом, я выражаюсь как политик, а не как моряк, потому что течения должны указать тот береговой пункт, на который лучше всего сделать нападение. В смысле политики лучше бы было угрожать атакой Шотландии, чем атаковать более южные берега. Этот план собьет неприятеля с толку. Через 36 часов после того как он бросит якоря, он должен опять выступить в море, оставив бриги и все транспорты… По всем этим вопросам я с вами согласен, но высадка в Ирландии – действие только предварительное. Если бы в этом только состояла цель операции, то мы бы подвергли себя большему риску. Эскадре, после того как она усилится шестью транспортами с находящимися на них отличными моряками, следует войти в Канал и появиться перед Шербуром, чтобы там добыть сведения о расположении кораблей перед Булонью и прикрыть движение флотилии. Если по прибытии в Булонь ветры были бы неблагоприятны в течение нескольких дней и заставили бы эскадру пройти проливы, она должна будет проследовать до Текселя. Там она найдет 7 голландских линейных кораблей с 27 000 людей на них; она должна взять их под свое прикрытие и проконвоировать их до Ирландии.
Одна из этих двух операций должна удасться и тогда – имею ли я 3000 или 4000 войска в Ирландии или и в Англии и в Ирландии – успех на нашей стороне.
Когда эскадра покинет Брест, лорд Корнуоллис направится в Ирландию, чтобы наблюдать за ней. Когда он узнает о высадке на севере, он вернется ожидать эскадру в Бресте. Мы же не должны возвращаться туда. Если бы, оставляя Ирландию, наш флот нашел благоприятный ветер, он мог бы обогнуть Шотландию и появиться таким образом у Текселя. Когда он покинет Брест, 120 000 будут посажены на суда в Булони и 25 000 в Текселе. Им следует оставаться на судах в течение всей Ирландской экспедиции.
Вот таким образом я смотрю на экспедицию в Ирландию. Итак, я одобряю всю первую часть проекта вплоть до высадки в Ирландию. Буду ждать доклада, который я просил у вас, чтобы разрешить вопрос о разоружении других частей флотилии.
Вторая часть проекта будет предметом ваших собственных соображений и соображений адмирала.
Я думаю, что выступление экспедиции из Тулона и Рошфора должно предшествовать отправлению экспедиции в Ирландию, потому что уход этих 20 кораблей заставит англичан отрядить более 30 кораблей. Отправление 10 000 или 12 000 войска, о котором им хорошо будет известно, заставит их послать войска на более важные пункты. Если дела исполнятся сообразно нашим желаниям, я хочу, чтобы Тулонский флот выступил 12 октября, Рошфорский – до 1 ноября и Брестский до 21 ноября».
65
Подразумевая действия адмирала Линуа.
В этих двух письмах Наполеона, написанных в один день, мы видим второй ряд предположений, предметом которых служат частью экспедиции в Вест-Индию, по-видимому, мало или вовсе не имеющие связи с проектом вторжения, основанным целиком на успехе значительной высадки на севере Ирландии [66] . Через оба плана просвечивает один принцип – старание отвлечь внимание британцев к дальним их владениям так, чтобы сравнительно небольшая морская сила была в состоянии командовать Каналом в течение промежутка времени, достаточного для переправы флотилии через Канал.
66
James предполагает, что Наполеон хотел, чтобы Вильнев, вернувшись в Рошфор, присоединился к Брестскому флоту, чтобы вместе прикрывать вторжение. Я не вижу никаких оснований для таких предположений.
Мы видели, что июльский план, по которому Тулонский флот должен был сразу действовать как прикрытие флотилии вторжения, исчез совершенно. Теперь же замечаем, что и вышеописанный сентябрьский ирландский план тоже брошен – очень возможно, что ввиду предстоявшего испанского союза, а может быть и ради выяснения того факта, что Брестскому флоту не так-то легко было выбраться в море незамеченным, как это предполагали сначала.
4 января 1805 г. между императором и испанским королем было заключено условие, по которому император распределил свои силы следующим образом:
в Текселе 30 000 войска с необходимым числом военных кораблей и транспортов;
в Остенде, Дюнкерке, Кале, Булони и Гавре флотилия и транспорт на 12 000 человек и 25 000 лошадей;
в Бресте – флот из 21 линейного корабля, нескольких фрегатов и транспортов, способных во всякое время принять 25 000 войска, стоявшего лагерем у Бреста;
в Рошфоре – 6 линейных кораблей и 4 фрегата, стоявшие на якоре на Экских рейдах с 4000 войска;
в Тулоне – 11 линейных кораблей, 8 фрегатов и транспортов с 9000 войска.
Испания, согласно договору, должна была выставить: в Ферроле 8 или по крайней мере 7 линейных кораблей, 4 фрегата, предназначенных действовать совместно с 5 французскими линейными кораблями и 2 фрегатами, которые находились тогда в этом порту; 2000 пехоты и 200 человек артиллеристов с 10 орудиями должны были быть готовы к выходу в море к 20 марта или – самое позднее – к 30 марта;
в Кадисе должны были быть готовы к выступлению на 30 марта 15 линейных кораблей или – по меньшей мере-12 с 2000 пехоты, 100 артиллеристами и 400 кавалеристов без лошадей;
в Картахене к тому же времени должны были быть готовы 6 линейных кораблей.
Испанский посланник, еще подписывая договор, был того мнения, что хотя корабли и могут быть готовы к назначенному сроку, но их не успеют укомплектовать командой и снабдить припасами. Инструкции, данные Вильневу, были теперь изменены, чтобы допустить присоединение к нему испанских кораблей, стоявших в Кадисе; также оставлена была, по-видимому, экспедиция на о. св. Елены. Во всем остальном планы императора, выраженные в его письме от 29 сентября 1804 г. относительно Тулонской и Рошфорской эскадр, оставались в полной своей силе. Однако назначение Брестской эскадры – теперь под начальством вице-адмирала Гантома – изменилось, и Вильнев должен был ожидать ее в Вест-Индии [67] .
67
Джемс этого не заметил, но это ясно из нескольких писем императора. Он пишет 21 апреля к Декре: «Меня очень беспокоит, что Гантом до сих пор не отправился». 23 числа он говорит, что послал курьера в Брест для извещения Гантома, что Нельсон отправился искать Вильнева в Египте: «молю бога, чтобы мой курьер уже не застал его в Бресте». В тот же самый день, услыхав, что Гантом еще не выступил, он выражает свое нетерпение и советует выслать целый ряд разведочных шхун и бригов, чтобы давать Вильневу известия, предписывая ему вредить неприятелю всем, чем только может, пока не прибудет генерал Гантом… «Вы понимаете, что, когда прибудет эскадра Гантома, ваша сила увеличится более чем на 2000 чел., что позволит мне господствовать во всей этой местности». План был изменен, когда стало известно, что Гантом не может избежать Корнуоллиса и что Вильнев должен освободить его, прорвав блокаду. 8 мая Наполеон решил, что если Гантом не в состоянии выбраться раньше 20 мая, он не должен и пытаться трогаться, а ждать прибытия Вильнева. (Precis des Evenements Militaircs; vol. XI. Pieces Justificatives passim.).
Первые движения при этих условиях были сделаны в январе. Вильнев, стоявший в это время в Тулоне, воспользовавшись тем, что Нельсон был у Маддаленских островов [68] , вышел в море 17-го числа этого месяца с 11 линейными кораблями и 6500 человек войска. Миссиеси, избегая блокирующей эскадры сэра Томаса Грэвса, ушел восемью днями позже со своими 5 линейными кораблями и 3400 человек войска и отправился прямо на Мартинику, в Вест-Индию. Он безнаказанно разорил британские Вест-Индские острова и нагрузил на суда награбленные богатства [69] .
68
Группа, образующая часть южного берега пролива Бонифачио.
69
100 000 франков из Розе, 192 000 франков из Сент-Китса и 89 000 франков из Монсерата.
Но в первых числах марта в Мартинике Миссиеси получил известие, что движение Вильнева не удалось, и приказание вернуться в Европу. Он тотчас же отправился туда и (самый счастливый из всех французских адмиралов), совершив обратный переход, как и из Европы, без всяких задержек и затруднений, бросил 20 мая якоря на рейде в Эксе.
Но его движение было совершенно бесполезно по отношению к главному течению операций. Он отдал казне свою добычу и уступил место Аллеманду, при котором эта эскадра также не имела никакого влияния на события.
Гантом с 21 кораблем и 3500 человек войска сделал несколько попыток выбраться из Бреста, но так как англичане довели свои силы до степени, равной его силам или даже превосходившей их, и так как он сам был стеснен категорическим запрещением вступать в дело, то настоящих действий не начинал и оставался блокированным на своем месте с самого начала до конца операций.
Интерес борьбы сосредоточивается на неудачном движении, которое сделал Вильнев из Тулона 17 января. Следует остановиться на том, почему именно это движение сделалось неудачным.