Чтение онлайн

— Оули, милый, не делай глупостей…

Но прирожденный граблеметатель не желал ничего видеть и слышать, он продолжал что было силы размахивать граблями, а потом запустил ими в старушку. Грабли упали и сломались пополам. Только тут парень открыл глаза и обнаружил, что его прабабка, прикрыв рукой окровавленное лицо, лежит на земле.

Все застыли от ужаса. Парень переводил взгляд со сломанных грабель на скрючившуюся старуху.

Конни выпустил Лоину руку и побежал к ней.

Четверо рыбаков обрушились на граблеметателя, но тот стряхнул их с себя, точно мух, и сломя голову понесся в сторону обрыва. Мужчины побежали следом, крича, чтобы он остановился, однако парень только припустил еще быстрее, а потом вдруг исчез с берега, словно в воду канул.

Ауси тоже подбежал к обрыву, Лои за ним. У мальчика закружилась голова, когда он взглянул вниз, на полосу прибоя. Упасть с этой кручи на каменистый берет и остаться в живых было невозможно.

Двое мужчин попытались спуститься вниз, но вынуждены были повернуть назад.

— Надо попробовать с другой стороны. Может, слезем вон там, по уступам, — сказал один из них.

— Носилки, пусть кто-нибудь захватит носилки…

На фоне моря виднелись исчезающие вдали пятнышки — это улетали птицы, которых, очевидно, вспугнул упавший человек. Больше никакого движения заметно не было.

Лои отошел от края обрыва, огляделся вокруг. Ауси тем временем вскарабкался на небольшой утес, откуда лучше просматривалась полоса прибоя. Старую женщину возле клуба все еще обступал народ.

Лои вздрогнул, услышав крик Ауси. Неужели упал? Но Ауси, живой и невредимый, стоял на утесе.

— Вы только посмотрите на этого негодяя! — воскликнул он, указывая куда-то вниз.

— Что с ним? Не разбился?

— Куда там, вышагивает гоголем… Не иначе как у него крылья выросли, провалиться мне на этом месте!

И в самом деле, из-под обрыва на берегу моря появился верзила, как ни в чем не бывало отряхивая свою одежду.

— Оули, с тобой все в порядке? — прокричал Ауси.

Парень взглянул наверх, помахал рукой и опрометью бросился прочь от берега.

Лои вместе со всеми вернулся к клубу. Старушка уже поднялась на ноги и стояла, прижимая ко рту окровавленный платок.

— Неужели мой Оули спрыгнул с обрыва? — не совсем внятно произнесла она.

— Не беспокойся, с ним ничего не случилось…

— Каждому мужчине хочется показать себя, — заметила она.

Подошел Бьярдни из Грюнта, взял старушку под руку.

— Пойдем, бабуля, я провожу тебя домой, — сказал он, уводя ее.

— Здорово он ее покалечил? — спросил кто-то.

— Выбил последние несколько зубов, — буркнул Конни, вытирая с руки кровь.

После этого происшествия Лои потянуло обратно на корабль. Крики и взрывы смеха окончательно заглушили звуки гармони. Мужчины по-прежнему пускали по кругу фляжки, женщины выходили подышать свежим воздухом, отдельные парочки потихоньку удалялись в глубь острова.

То и дело вспыхивали драки. Одни дрались из-за женщин, другие пускали в ход кулаки из-за водки, некоторые готовы были подраться из-за спичек.

— Пожалуй, нам пора обратно, — сказал Конни, обращаясь к Ауси. Тот с увлечением наблюдал, как двое рыбаков расталкивают прикорнувшего у стены гармониста.

— Конечно.

Гюнни нигде не было видно, поэтому решили, если он не отыщется по пути к пристани, оставить его на берегу: наверное, у него нашлись на Гримсее какие-то дела.

Но Гюнни ждал их возле причала. Велев всем забраться в ялик, он легко, словно пустую коробку, столкнул его в воду.

По дороге на «Слейпнир» говорили только о том, как верзила выбил зубы своей прабабке. Других женщин с Гримсея на этот раз старательно обходили молчанием.

— Давай, Лои; подымайся, — сказал Ауси, зажигая лампу над его койкой. — Ты и так проспал все на свете. Мы уже выгрузили в Сиглюфьордюре четыреста бочек сельди и снова выходим в море.

— Правда?

Лои кубарем скатился с койки и заспанными глазами недоверчиво уставился на рулевого, который умывался у раковины.

— Ты много потерял, не увидев девочек в Сиглюфьордюре, — сказал Ауси.

— Врешь ты все! Не были мы в Сиглюфьордюре.

Лои натянул сапожки и помчался наверх, на палубу. Судно шло полным ходом, но качка была незначительная. Вполне вероятно, что они действительно находятся вблизи суши.

— Давненько тебя не было видно, — сказал Йоун, когда Лои вошел в рубку.

— Это правда? Мы заходили в Сиглюфьордюр?

— А почему бы и нет? Ты знаешь, какой сегодня день? Сегодня воскресенье, а заснул ты во вторник. Думаешь, мы вроде тебя все это время дрыхли без задних ног?

Выглянув из рубки, Лои увидел за кормой высокие горы. Значит, так оно и есть. «Слейпнир» в самом деле удаляется от берега. Наверное, за всю историю рыболовного промысла первый случай, когда кто-то проспал целый рейс. Этого ему, Лои, не простят. Лои клял себя, обзывая соней и лежебокой. Теперь к нему, как пить дать, пристанет кличка Лежебока. А человеку с таким прозвищем не бывать моряком, и уж тем более капитаном промыслового судна. Рыбка-Лежебока… К тому же, он пропустил заход в Сиглюфьордюр, где никогда не был.

— Какого черта вы меня не разбудили?

— Мы тебя окликали, но ты не просыпался, А того, кто не просыпается при сигнале аврала, оставляют спать, сколько влезет.

— Надо было меня потрясти!

— Хорошо, — сказал Йоун. — В следующий раз, когда ты не будешь просыпаться, я тебя багром выволоку на палубу..

Лои вышел из рубки. Ему было стыдно находиться среди настоящих моряков, которые всегда просыпаются вовремя.

Неторопливо, нога за ногу, он направился в кубрик. Насколько в море все иначе, чем на берегу. Здесь нужно следить за тем, не продырявился ли невод, и хорошо ли уложен груз в трюме, и стоит ли кто-нибудь в проходе по левому борту, когда выливают рыбу… У входа в кубрик Лои заглянул в привязанный к стойке бидон с молоком. Кок не забыл пополнить в Сиглюфьордюре запасы молока.

— Кого я вижу? Лои собственной персоной?! — приветствовал его в кубрике кок, хлопая себя по коленкам. — А я уж думал, ты решил проспать весь промысел.

Лои молча сел за стол.

— Самое главное, чтобы во время замета мальчишку не было видно на палубе, — продолжал кок. — В следующий раз я постараюсь натянуть ему на голову мешок.

— Может, Гюнни одолжит тебе капюшон, который он припас для своей гримсейской чайки? — послышался с верхней койки голос Лейфи. — Гюнни он в ближайшее время вряд ли понадобится.