Чтение онлайн

— Бэзил, мы же белые люди! С давними имперскими традициями — нести свет цивилизации отсталым народам. Русские же, это просто варвары, по какому-то недоразумению внешне схожие с людьми! Это ведь чисто варварская черта — постоянно мешать всем, кто хочет установить в мире порядок. Безусловно, полезная, когда этот кто-то, наш враг. Но я надеюсь, что нового Гитлера не появится до конца этого столетия, по крайней мере. Так что примите от меня истину, о которой пока необязательно знать публике — сейчас наш враг номер один, это русские, а не уже обреченные гунны! И вся реальная политика Британии должна будет строиться, исходя из того!

— Не так все просто, Уинстон. В драку легко влезть, но из нее куда сложнее выйти. Я очень внимательно просмотрел материалы, что вы мне дали — и комментарии к ним, от нашей «команды гениев». Дело не только в том, что русские оказались неожиданно сильны — они непонятны! Стереотип, видеть их могучим, но тупым и неповоротливым увальнем-медведем — ну а теперь представьте, что с него вдруг спала шкура, и он оказался совсем другим зверем, быстрым и ловким, как леопард, и в то же время умным? Кстати, анализ происходящего в России не показал у них сейчас избыточной силы — скорее, умение дьявольски хорошо распорядиться тем, что есть! Начиная от кадровой политики — очень многие перестановки в их армии и госаппарате, непонятные на тот момент, впоследствии оказываются очень удачными, становится ясно, что это как раз те люди, которые там и должны быть, вот только кто мог знать о том заранее? О науке и промышленности русских информации меньше — но немногое, что есть, позволяет сделать далеко идущие выводы. Так установлено, что новейшие русские радиолокаторы как минимум не хуже наших — и это притом, что их отставание всего три года назад, в начале войны, было огромным! А самонаводящиеся торпеды, ставшие очень неприятным сюрпризом для немцев, и по боевым качествам намного превосходящие германский «цаункениг» — как русским удалось заставить акустическую головку работать на сильношумящей парогазовой торпеде? Отрывочные сведения о ракетных самолетах-снарядах, прицельно попадающих по кораблю, или береговой цели? Замечу, что все это может быть следствием все той же кадровой политики, ведь сказал же Сталин «кадры решают все», ну а теперь представьте, что могут натворить гении, заранее поставленные в благоприятные условия, и обеспеченные ресурсом — если их гениальность была замечена безошибочно? Что стоит хотя бы их прорыв в искусстве — «Индиана Джонс», и последующие, того же рода? Возможно, что русским удалось открыть какую-то методику в психологии или психиатрии — то ли раннее выявление гениев, то ли их производство на потоке. Так что прежде чем обозначать себя врагом русских, я бы очень рекомендовал вам разобраться, с чем же мы в действительности имеем дело!

— Я еще не сошел с ума! И когда это Британия воевала против русских в одиночку? Вполне можно напустить наших «кузенов», тем более что и они должны будут очень скоро понять — им и русским в этом мире тесно.

— Фрэнки не согласится. По крайней мере, пока не разбита Япония.

— А вы думаете, это затянется надолго? И если британские газоны подстригали триста лет — то что стоит подождать еще полвека, даже столетие, до краха России? И капля точит камень — проверенный инструмент, УСО, расформировано не будет. Координационный штаб антинацистской революции народов Европы — легко перестроить в такой же, антироссийской. Механизм отработан — если раньше нашим расходным инструментом были хивинский хан, бухарский эмир, дикие горцы Кавказа и всякие там поляки, то теперь станут жители Галиции, Прибалтики, крымские татары, кого там еще русские обидели? Для начала можно принять у себя их эмиграцию, «борцов за свободу своей родины от русского гнета», затем сделать научное открытие о древности великой эстонской цивилизации, злодейски раздавленной на взлете дикими славянами. Ну а дальше — миф заживет собственной жизнью, когда в него поверят! Что я вам рассказываю, Бэзил — так ведь мы делали, много раз! С теми же поляками, норвежцами — а всяких туземцев стравливать между собой, нам сам бог велел!

— Русские могут пригодиться в будущем. Когда мы и «кузены» должны будем определиться, кто первый, кто второй…

— Мое глубокое убеждение — нет! Для этого они, как вы заметили, слишком непредсказуемы. И могут быть привлечены, лишь в качестве британской колонии де-факто, к этому состоянию приближалась Российская империя перед той Великой Войной.

— А после пришли большевики, примерный аналог наших «железнобоких». И все придется начинать сначала.

— Ну, если те события у нас были в огромной степени личной заслугой Кромвеля, то одна пуля или кинжал могли бы крупно изменить историю. Или же, есть хороший рецепт управления толпой, называется демократия. Со сборищем посредственностей договориться намного проще, чем с одной Личностью. Зато посредственности, как правило, бывают благоразумны, не могут сговориться меж собой против вас, и не терпят в своей среде слишком выдающихся, а значит опасных.

— Тогда, Уинстон, для нас идеальным был бы распад России на множество суверенных демократических республик. Такая «латинская Америка», на периферии Европы, рынок сбыта наших товаров, источник ресурсов, дешевой рабочей силы и пушечного мяса. Мне проработать вероятность такого варианта, и пути его достижения?

— Буду благодарен. Но сейчас я позвал вас не за этим. Что вы может сказать о политических последствиях бегства Папы из немецкого заключения к русским?

— В Италии — для нас хуже, чем есть сейчас, уже быть не может. Насколько мне известно, на севере все лояльные нам фигуры выведены из игры, и что прискорбно, этот Тольятти, русская марионетка, позиционирует себя как опору порядка, что привлекает к нему даже часть бывших сторонников короля. А на юге этот идиот и мясник Достлер с успехом искореняет любую оппозицию, и прорусскую, и нашу. «Кузены», правда, преуспели — но к этому их каналу мы подключиться не можем никак. Или у СИС есть свои люди среди чикагских бандитов? Впрочем, если и были бы… Эту власть категорически не приняли бы на севере! С точки зрения буржуа и пролетариев Турина или Милана, южане — тупая деревенщина, под властью высокомерных и спесивых «донов». А так как на юге к северянам относятся с полной взаимностью, то предвижу, что будущая история Италии обещает быть веселой — конец монархии, да еще вторжение безбожных коммунистов!

— Шансы объединения Италии под властью дружественного нам или «кузенам» Юга?

— Очень невелики. Это будет насквозь искусственное образование, сдерживаемое лишь силой. Южане захотят мстить за многолетнее унижение, и понимают, что при равных возможностях, северяне оставят их далеко позади, в смысле карьеры, доходов, выгодных мест. Следовательно, можно ждать объявления южанами себя «истинными итальянцами», ну а прочих «вторым сортом», такой рейх в миниатюре. А, учитывая особенности южного правосудия, и партизанский опыт северян, там начнется такое, что ирландские фении покажутся примерными бойскаутами. И это если русские окажутся нейтральными, что невероятно.

— Но тогда, Бэзил, можно поступить наоборот. Пусть Тольятти забирает и юг — а мы будем поддерживать борьбу сицилийских патриотов за свою свободу и независимость!

— Перспективно. Но продолжу. Я не верю в долгосрочный союз Папы и коммунистов, слишком разные политические силы. Но сейчас Папа, хотя бы ради приличия и своего же авторитета, должен будет сделать несколько шагов навстречу Сталину. Касаемо Франции — можно ждать, что де Голль, когда все же туда войдет, встретит поддержку населения, гораздо более полную, чем если бы Папа был хотя бы в стороне. Наибольшие проблемы будут в Испании — в зависимости от степени договоренности русских со Святым Престолом. Самое худшее что может случиться — это переход Франко не просто в антигитлеровскую коалицию, а непосредственно на сторону СССР. Тогда — как минимум, Гибралтара нам не видать. А как максимум — все наши интересы в Средиземноморье остаются в прошедшем времени. Если все северное побережье попадает, в разной степени, под советское влияние — да и с Алжиром вопрос, все ж не колония, а департамент Франции! И к кому тогда отойдет Ливия — к северной, или южной Италии? Что тогда остается — Египет, Тунис, Марокко? Это британским преобладанием в регионе назвать никак нельзя!

— Что ж, Бэзил, я решил. Наш Второй фронт в Средиземном море станет для нас столь же важным, как западный театр войны. Особенно с учетом того, что силы противника там — сильно уступают нашим, а значит можно ожидать быстрых и значительных успехов! Скорейшее продвижение по африканскому берегу, с запада и с востока — и решительная экспедиция нашего флота, с отрядом десантных сил. Мальта, Пантеллерия, затем Сардиния, Балеары, Корсика — мы не можем допустить, чтобы эти территории достались кому попало! И действовать надо быстро, пока у русских там нет значительных военно-морских сил, а итальянский флот небоеспособен. Думаю, что Адмиралтейство сумеет быстро и детально проработать план операции, ничего не упустив?

Это была бесполезная победа на ненужной войне.

Много позже, когда мне, уже в годы моей службы в Фольксармее ГДР приходилось много общаться с русскими генералами, я услышал от них, что «вы, немцы хорошо умеете выигрывать сражения, но совершенно не привыкли прежде задать вопрос, а нужны ли эти битвы были вообще». И оттого, у вас не получается выигрывать войны.

Но о какой победе в войне могла идти речь, когда фельдмаршалы должны были подчиняться ефрейтору? Который, обладая какой-то темной, колдовской волей и звериным чутьем ситуации, сумел увлечь за собой Германию — но, оставаясь не больше чем ефрейтором, так и не понял, когда надо было остановиться. Присоединение Австрии, Судет, Мемеля, было насущным желанием германского народа, несправедливо ограбленного и униженного подлым Версалем. Польская кампания также была восстановлением справедливости, ответом на унижение германской нации спесивыми панами, погромы и убийства двадцатого года. Разгром Франции был реваншем за Версаль — и при всей гнусности нацистского режима, следует помнить, что войну объявили французы, причем они имели восемь месяцев для беспрепятственной мобилизации и развертывания своей армии, так что кампания сорокового года была все же честным поединком, где вина Германии лишь в том, что ее противник оказался менее искусным в военном деле. Летом сорок первого года ефрейтор, остановись он в этот момент, имел бы все шансы войти в историю «вторым Бисмарком», одним из успешнейших и величайших германских политиков, объединившим вокруг Германии всю континентальную Европу. Но ефрейтору слава полководца показалась больше, чем гений политика, и он вообразил себя Наполеоном — забыв, что именно русский поход стал смертельным ударом для корсиканца, хотя многие германские генералы предупреждали об этом. И с этого дня Германия была обречена!

Я скорблю о миллионах русских и немцев, погибших в угоду англосаксонским интересам — ибо теперь неопровержимо установлено, что именно Англия и США сделали все, чтобы план «Барбаросса» стал реальностью. И, вопреки традиционному принципу считать эти страны в числе победителей, я настаиваю на том, чтобы включить их в число главных виновников войны — по крайней мере, не меньших чем Германия! Также не подлежит сомнению — продолжи германская армия свое наступление на восток в тридцать девятом, англичане и французы как минимум, остались бы нейтральными, не оказав России абсолютно никакой помощи — а как максимум, вступили бы в войну на стороне Германии, чтобы принять участие в разделе территории СССР.