Чтение онлайн

Весной 1698 года стрельцы послали в Москву выборных с жалобой к начальству Стрелецкого приказа князю И. Б. Троекурову. «Идем-де мы, — говорили стрельцы, — к боярину ко князю Ивану Борисовичу бить челом о том, кто у них хлебное жалованье отнял, и что б то хлебное жалованье дать им по-прежнему». Царь Петр находился в это время за границей. Правительство объявило челобитчиков бунтарями и арестовало. Тогда к столице, самовольно снявшись с мест дислокации, начали стягиваться стрелецкие полки.

Одновременно царевна Софья из своего заключения в Новодевичьем монастыре писала грамоты стрельцам, обещая им свое заступничество и всяческие льготы, если они поддержат ее в борьбе против Петра. Стрелецкие волнения приобрели в глазах правительства политический характер, что развязало ему руки. Волнения стрельцов правительственные войска подавили.

После разгрома начались казни. Срочно вернувшийся в Россию Петр возглавил расправу над стрельцами, сам участвовал в пытках. Москва не видала такого со времен разгула опричнины Ивана Грозного. Колья с насаженными на них отсеченными головами стрельцов были расставлены по московским улицам и дорогам. Даже не замеченные в бунте стрельцы с женами и детьми были высланы из Москвы. И еще целых семь лет вылавливали по всей стране беглых стрельцов, пытали и казнили.

Сподвижник Петра дипломат граф А. А. Матвеев в своих записках отметил «исчезновение злого и Богу противного рода и чина их стрелецкого» в 1699 году как свершившееся событие.

В уничтожении стрелецкого войска Петром руководили не разум и тем более не государственные соображения, а животный страх за свою власть. С детства Петр слышал о незаконности своих прав на престол как младшего сына Алексея Михайловича, к тому же от второй жены. С началом его «реформаторской» деятельности в народе широко распространился слух, что его «подменили» и он не настоящий царь. Петр последовательно избавлялся от потенциальных соперников — претендентов на престол: замучил в тюрьме сестру, казнил сына, принудив его перед смертью подписать отречение от прав на наследование тропа.

Сухаревский стрелецкий полк, стоявший слободою у Сретенских ворот Земляного города, в 1698–1699 годах был, как и другие полки, сселен со своих земель, стрелецкие жены, дети и прочие родственники отправились в ссылку. Их дома и дворы заселили новые владельцы.

О самом Леонтии Панкратьевиче Сухареве, кроме того факта, что он командовал стрелецким полком, никаких иных сведений не сохранилось. Видимо, он был добросовестным, честным человеком, уважаемым подчиненными, так как во время стрелецких бунтов стрельцы не выкрикнули его имя среди имен своих «злодеев». Неизвестна и его судьба после расформирования стрелецкой армии. Во всяком случае, при просмотре литературы о петровском и послепетровском времени имя его не встречается. Отсутствует оно и в энциклопедических словарях.

Но память о московском стрелецком полковнике Леонтии Панкратьевиче Сухареве и стрельцах его полка осталась в названии московской слободы Сухареве, названиях улицы, переулков, площади. А главное в том, что замечательному памятнику русского зодчества вопреки его официальному названию «Сретенские ворота Земляного города» народная молва самовольно дала иное, гордое имя — Сухарева башня и заставила признатъ истинным именно его, а не указанное и утвержденное государственными печатями и подписями начальствующих лиц.

Занятия в школе. Фрагмент гравюры ХVIII в.

Сретенские ворота Земляного города, перестав бытъ помещением для стрелецкой стражи, пребывали в состоянии неопределенности своей судьбы. Их основательные и обширные помещения были явно излишни для современной караульной службы. Зданию требовалось найти новое употребление, которое и нашлось в 1701 году.

Особенно наглядно и остро необходимость организации в России учебных заведений европейского типа Петр I осознал во время заграничного путешествия по Западной Европе в 1697–1698 годах. За границей он имел возможность наблюдать тамошнюю постановку образования. Его руководителем и советчиком в этом деле стал сопровождавший его в этом путешествии полковник Яков Вилимович Брюс.

При упоминании этого имени в памяти прежде всего возникают строки из пушкинской «Полтавы». Петр в начале Полтавского сражения появляется перед полками:

При Полтаве Брюс командовал артиллерией, которая и решила судьбу сражения.

Брюс был одним из ближайших людей в окружении Петра. В некоторых работах о Брюсе говорится, что он был в потешных войсках — и оттуда его знакомство с царем. Но это не так. Брюс стал известен Петру позже, в 1689 году, когда он, поручик Бутырского солдатского полка, решительно встав на сторону царя в противостоянии его с царевной Софьей, пришел к нему со своим полком в Троице-Сергиев монастырь.

Брюс принадлежал к древнему шотландскому королевскому роду, правившему Шотландией в XIV веке. Его отец Вилим Брюс выехал в Россию при царе Алексее Михайловиче, служил офицером, участвовал в военных действиях, за службу был пожалован поместьями и чином полковника.

Яков Вилимович родился в Москве в 1669 году в Немецкой слободе. Он получил хорошее домашнее образование, 17-ти лет поступил в военную службу корнетом кавалерии, участвовал в Крымских походах 1687 и 1689 годов, за второй получил чин поручика. В 1693 году пожалован в ротмистры и в том же году сопровождает Петра в его поездке в Архангельск, где царь намеревался заложить судовые верфи и строить крепость. С этого времени начинается тесное сотрудничество Брюса с Петром в самых разных областях.

Брюс был выдающимся ученым-энциклопедистом — математиком, астрономом, физиком, он изучал медицину, минералогию и многие другие науки, был талантливым военачальником-артиллеристом, инженером-фортификатором, исполнял дипломатические поручения, имел чин генерал-фельдцейхмейстера (начальника всей артиллерии), занимал высокие государственные должности сенатора, президента Берг— и Мануфактур-коллегий.

В 1721 году Брюсу был пожалован титул «российского графа». (Титул графа существовал в европейских странах, служившие на русской службе лица, имевшие этот титул, сохраняли его. Введя титул графа в России, Петр I подчеркнул его отечественное происхождение примечательным добавлением «российский».) Петр I неоднократно говорил о его заслугах, но по сравнению с другими «птенцами гнезда Петрова» наград, чинов и поместий Брюс получил несравненно меньше. Видимо, потому, что заботился о «пользе российской» более, чем о собственной выгоде.