Чтение онлайн

Растрогавшаяся Фролова поблагодарила заботливого музейного работника, который помнит о героях войны. В «дипломат» Карманову перешли многочисленные поздравительные адреса Лучинскому, фронтовые и послевоенные фотографии, некоторые личные вещи генерала и конечно же главная семейная реликвия — парадный китель с государственными наградами отца. Успокоив заплаканную от счастья женщину, Александр Юрьевич достал из «дипломата» заранее подготовленный лист бумаги и… все государственные награды и памятные сувениры военачальника принял по акту, заверив его подписью и печатью. А незадолго до своего ухода гендиректор музея еще по одной ведомости передал Фроловой «на восстановление памятника Лучинскому» десять миллионов рублей, которые она позже положила на свой счет в «Промстройбанк». А расписку за получение денег взял с собой. «Эта расписка мне еще очень пригодится», — сказал он на прощанье.

Вместе с множеством сувениров в руки Карманова перешел китель генерала армии Лучинского с прикрепленными к нему государственными наградами.

О том, что орденов и медалей генерала армии Лучинского нет в несуществующем музее, Галина Фролова узнала лишь в середине сентября того же года. Ей сообщила об этом дочь, которая ныне проживает в США. Внучка Лучинского рассказала матери, что с ней связался один из наших соотечественников из Сан-Диего по имени Михаил, который сообщил о покупке им коллекции орденов ее деда. Узнав о том, что она еще в начале лета была сдана в музей, Михаил сказал, что держит ее в своих руках, а значит, из музея была произведена кража. Чтобы удостовериться в истинности слов, женщина встретилась с Михаилом в районе Карлсбада, где он и продемонстрировал ей альбом с фотографиями о посещении Лучинским Бреста, многочисленные альбомы и грамоты ее деда и даже… грамоту Президиума Верховного Совета СССР о награждении Лучинского Маршальской звездой. Но при этом отказался назвать лицо, продавшее ему коллекцию.

Поиск «легендарного» Музея военной истории в Москве результатов не дал. Однако самого Карманова найти удалось. Да он особо и не прятался. Жил по своему старому адресу, под своей фамилией.

И ничего не боялся. В милиции, куда в начале октября 1994 года обратилась за помощью Галина Фролова, ей сообщили, что Александра Юрьевича Карманова они знают уже давно. Но не как генерального директора новоиспеченного музея, а как 52-летнего «черного коллекционера», уголовника-рецидивиста по кличке Удод, специализирующегося на мошенничестве и торговле валютой. В зоне он уже отмотал три срока общей протяженностью 17 лет: за кражу госимущества; за кражу, грабеж и мошенничество; за изнасилование и скупку краденого. Верхом его образования была должность пиротехника в Парке культуры имени Горького.

Во время обыска в большой и небедной квартире Карманова на проспекте Мира были обнаружены всего несколько орденов и медалей СССР, причем не принадлежавшие Лучинскому. Однако бдительными сыщиками был обнаружен ксерокс грамоты о награждении Маршальской звездой. Немного запаниковавший Карманов на первом же допросе показал, что продал китель с госнаградами Лучинского на вернисаже в Измайлове за 10 000 долларов США ранее ему неизвестному американцу по имени Дэвид. Но позже отказался от этих показаний, сообщив, что оговорил себя из-за того, что сотрудники милиции применяли к нему меры физического воздействия.

У следствия была лишь единственная ниточка, которая вела к другому коллекционеру и давнему приятелю Карманова — Пораю Марату Викторовичу, 1928 года рождения. Прибывшие к нему домой с обыском сотрудники правоохранительных органов обнаружили и изъяли у него: 14 орденов Великой Отечественной войны, несколько орденов Красного Знамени, орден «Материнская слава» второй степени, орден «Знак Почета», 23 медали «За боевые заслуги» и даже 2 подарочных револьвера. Но к сожалению, и эта проверка номеров орденов и медалей результата не дала. Ни один из них не числился за приобретенными Удодом наградами. Хотя Порай сообщил, что Карманов предложил ему купить 4 ордена Боевого Красного Знамени и орден Красной Звезды. Причем последний он предлагал ему вместе с орденской книжкой на имя выдающегося советского военачальника генерала Покрышкина. И все пять боевых орденов Удод оценил в три тысячи долларов США. Но Порай их не купил, считая, что это… высокая цена.

Когда, казалось, следствие совсем зашло в тупик, сыщикам улыбнулось счастье. При повторном обыске в квартире Карманова была обнаружена его записная книжка, а также ксерокопированный список генеральных инспекторов Министерства обороны СССР с домашними адресами и телефонами, на котором рукой Удода стояли многочисленные пометки, указывающие на то, жив этот человек или же умер в таком-то году.

Согласно списку сотрудники уголовного розыска пошли навещать родных и близких советского генералитета. Оказалось, что еще в мае 1993 года вышедший не так давно из тюрьмы Александр Карманов решил заняться очень выгодным бизнесом — продажей государственных наград канувшего в Лету СССР, отлично понимая, что в недалеком будущем все они станут раритетом. Внимательно ознакомившись с рынком наград на Арбате и в Измайлове, Удод понял, что рядовые госнаграды никакой ценности из себя уже не представляют.

Есть спрос лишь только на награды легендарных людей — выдающихся полководцев и видных государственных деятелей Советского Союза. Добыть такие награды можно было лишь одним путем — полуофициальным.

Так, в мае 1993 года Александр Карманов знакомится с директором Народного историко-краеведческого музея Дзержинского района города Москвы Геннадием Волковым и предлагает ему заключить договор о ведении совместной деятельности и при этом оборудовать в музее комнату военной истории, где он будет выставлять госнаграды, оружие, а также военную атрибутику легендарных военачальников Советского Союза. Заключив такой договор и арендовав помещение, Удод попросил у директора музея фирменные бланки, заверенные печатями, на которых он писал просьбы к родственникам военачальников передать в музей на хранение личные вещи военачальников.

Первым в его списке был Кожедуб. Психологически тонко чувствуя горе женщины, потерявшей не так давно мужа, он с документами музея появился у нее в начале лета. Введя Веронику Николаевну Кожедуб в заблуждение относительно производимой сделки, он приобрел, якобы для музея, личные вещи, поздравительные открытки, пистолет-пулемет «ППШ», парадный мундир ее мужа. При этом не забыв по специальной ведомости передать ей на «памятник мужу» одну тысячу долларов США.

Причем мошенник объявил вдоье, что в музее будет огромная экспозиция, рассказывающая о советских военачальниках. Но для этого ему нужны… адреса их вдов и детей. Так в руках Карманова появилась ксерокопия списка генеральных инспекторов Министерства обороны СССР.

У Ольги Петровны, вдовы генерала армии Лашен-ко, Удод приобрел орден Богдана Хмельницкого второй степени и орден Суворова второй степени. Не позабыв опять же передать по ведомости на «восстановление памятника мужу» один миллион рублей.

Любовь Кузьминична Шаврова, вдова генерала армии Шаврова, категорически отказалась от продажи наград мужа. Но для музея отдельные сувениры, поздравительные адреса и даже парадный китель мужа она передала, приняв по ведомости от Карманова 300 тысяч рублей на «восстановление памятника». Много позже, уже во время следствия, вдова узнает, что все боевые награды мужа были обнаружены дома во время обыска у этого лжедиректора.

На вопрос, как они оказались у него, Удод ответил четко: «Купил. Но у кого, не помню».

Сын генерал-лейтенанта инженерных войск Бориса Благославова Юрий Борисович Благославов узнал о существовании Карманова через объявление в московской газете. Музей хотел купить боевые ордена. И Юрий Борисович сам позвонил Карманову. Что перед ним самый обыкновенный мошенник, он понял сразу. Скорее всего, сын фронтовика понял также и то, что Карманов собирает госнаграды вовсе не для музея, а для продажи. Поэтому за 2 миллиона рублей три боевых ордена отца перекочевали в карман Удода.

Но жажда наживы была сильнее. И воспитанный сын Благославова «продает» Карманову еще один адрес, где можно купить ордена, — сына адмирала П. Судьбина. Да, именно продает, намереваясь за сделку получить свои посреднические 100 тысяч рублей. Однако младший Судьбин от предложения продать боевую награду отца — орден Нахимова — отказывается. Тогда-то Благославов, зная определенные проблемы в семье Судьбина-младшего, начинает его чуть ли не шантажировать. В результате чего орден за 200 тысяч рублей уходит Карманову, а Благославов за свои старания получает 100 тысяч рублей комиссионных.